Это настолько важно? Вон, тому же Калди ничего не было за его ментализм! И вообще, разве здесь не у каждого второго мультимага по неучтённой стихии?

Однако, судя льду, вдруг сковавшему черты распорядителя, прегрешение Мр’Гроффа было серьёзным.

— Ещё прошу обратить внимание на рыцаря Лоо’рхи! — подал голос Ли. — У ледяных кристаллов, которые использовала его пешка, также в основе магия воды. Хотя в заявленных перед турниром умениях её нет.

Трибуны, до того притихшие, заволновались, а названный рыцарь бесстрастно проронил:

— Вода — моя третья стихия.

Вроде бы негромко, но не иначе как благодаря магии (или архитектурному гению создателя Арены) я его хорошо расслышала.

— Дело требует вмешательства судейской коллегии, — официальным тоном постановил распорядитель. — Партия остановлена до окончания разбирательства, однако пока всем игрокам оставаться на местах. Выход за пределы клетки означает удаление с доски.

И он заставил свою платформу взмыть прямиком к ложе судей. Все задрали головы, следя за происходящим, а до меня внезапно дошло: Лоо’рхи и Мр’Грофф! Те самые игроки, которые ну никак не могли восстановиться меньше, чем за прошедшую от прошлой игры половину суток.

«Всё-таки подстава. И Ривер её вроде бы разгадал».

Как бы по-мудацки он себя ни вёл иногда, как бы я к нему из-за этого ни относилась, конкретно сейчас я мысленно послала Риверу самую искреннюю благодарность, на какую была способна.

— Отличный ход.

На этот раз я шестым чувством уловила приближение Фулаха и, не вздрогнув, повернулась к нему. С чувством ответила:

— Только бы выгорело! — и спохватилась: — Ой, а вам можно с нами разговаривать?

— Не с вами, а с тобой, — поправил тренер. — Ты ведь стоишь рядом с доской, а не на ней. И пока перерыв, правила никак не регламентируют наш разговор.

Успокоенная, я кивнула и вновь подняла взгляд к судейскому балкону, перед которым висела платформа распорядителя.

Потому не увидела, а почувствовала, как мне в ладонь незаметно вложили что-то небольшое.

— Пока не вешай на шею, — тихо сказал Фулах. — Пусть просто полежит у тебя в кармане. Если игра продолжится, вернёшь.

«Подвеска-феникс!» — догадалась я.

Как можно естественнее спрятала амулет в карман штанов и только сейчас поняла, насколько неуютно мне было без его защиты.

Между тем совещание в судейской ложе (если, конечно, там было совещание) подошло к концу. И итог его оказался неожиданным: платформа распорядителя увеличилась, и на неё с достоинством взошли Кракен и Вараха.

«Лично разбираться будут. — Я почувствовала, как на загривке приподнимаются волоски. — Интересно, а где Надин? Тоже среди судей или предпочитает следить за происходящим инкогнито?»

Платформа мягко опустилась на чёрно-белые клетки Арены. Демиурги сошли с неё — один постоянно меняющий внешность, другой, наоборот, хранящий верность единственному образу. Приблизились к Риверу и Мр’Гроффу и где-то с полминуты просто молча изучали обоих.

«Нер-рвы взвинчивают!» — раздражённо подумала я.

И тут Вараха наконец заговорил.

— Ваше имя? — буднично осведомился он у Мр’Гроффа.

— Подмастерье третьей ступени академии Маппет Мр’Грофф, — в тон ответил тот.

Демиурги переглянулись, и Вараха сделал знак распорядителю. Тот протянул маппетцу пластинку и стилус, а Вараха прокомментировал коротким приказом:

— Напишите.

Мр’Грофф подчинился. И, возможно, я видела то, чего не было, но подчинился с усилием. Вернул пластинку распорядителю, и тот превратил её в видимый всем магический экран. Необычные, похожие на «пляшущих человечков» буквы на глазах стали меняться, пока не превратились в понятную запись «Мр’грофф».

— Об этом мало кто знает, — тоном рассказчика начал Вараха, — но в мире Харраш, где находится академия Маппет, очень трепетное отношение к именам. Их нельзя перевирать, нельзя давать прозвища, называться чужим именем и тому подобное. Каждая буква, вернее, символ имени что-то да значит. Например, когда в семье рождаются близнецы, тот, кто появился на свет первым, получает заглавную букву после апострофа. А тот, кто вторым, — строчную. Как видите, — он даже не шелохнулся, но рядом с экраном распорядителя загорелся ещё один: со списком игроков Маппета, — на участие в игре был заявлен некий Мр’Грофф. А на поле вышел уже Мр’грофф.

Он выдержал паузу, давая возможность всем уяснить смысл сказанного. И затем уже Кракен нудным тоном завзятого бюрократа произнёс:

— Подмена игроков без предварительного согласования с организаторами турнира является нарушением пункта двенадцать, подпункта три раздела «Ответственность команд». Оное нарушение в единичном размере предусматривает начисление команде-сопернику трёх ходов вне очереди. Если нарушений от двух и больше, команда-нарушитель дисквалифицируется с присвоением технической победы её соперникам.

— Потому, — подхватил Вараха, — сейчас распорядитель турнира лично проведёт сличение имён всех игроков команды Маппета. И в случае если выяснятся ещё нарушения, победа присваивается академии Элиум, а команда Маппета попадает в полное распоряжение организационного комитета.

Лица слушавших его маппетцев стали как будто ещё тупее и невыразительнее. А у меня в душе вместе с облегчением (не торжеством — ведь это нельзя было назвать настоящей победой) поднималась волна злости.

Неужели демиурги, создатели мира, не знали, что на Дессу прибыли лишние игроки? Неужели не понимали, насколько это неспроста? Равно как и отказ от лечения на общих правах.

А тут их, выходит, припёрли к стенке, и они, в лучших традициях гроссмейстера Тарбринда, скинули с доски ставшие помехой фигуры. Причём так скинули, что без особенных затрат обзавелись партией сервов.

«Хитрые ублюдки!»

Так вышло, что именно когда я подумала эту мысль, Кракен посмотрел на нас, и наши взгляды случайно встретились. По спине как наждаком продрали, но почти сразу же Фулах перекатом сместился, закрывая меня от демиурга. А тот, вдруг сделавшись неприятно похожим на профессора Сноу, отвернулся и уже живым, а не бюрократическим голосом произнёс:

— Этот случай — важный урок для всех организаторов будущих турниров. И я уверен: больше подобное не повторится. Мы будем крайне внимательны.

«Ага, ага, да».

Я, не особенно скрываясь, скорчила брезгливую гримасу и переключила внимание на распорядителя, по очереди подходившего с пластинкой и стилусом к игрокам Маппета. Каждый из них молча писал своё имя, и распорядитель без комментариев переходил к следующему. Наконец, закончив обход, он вернулся к демиургам и с поклоном подал им собранные записи.

Вараха и Кракен едва опустили на пластинку взгляды. Затем первый с видом «Какая же тягомотина!» подвёл итог:

— Обнаружено три нарушителя: офицер Мр’грофф, рыцарь Лоо’Рхи и тура Заа’крисс. Посему партия завершена в пользу академии Элиум, и у нас определён первый финалист турнира!

Трибуны зааплодировали, но, несмотря на свою поддельную сущность, без большого энтузиазма. А Вараха буднично закончил:

— Команда академии Маппет отправляется в отведённые для них комнаты и ожидает дальнейших распоряжений организационного комитета.

Пожалуй, впервые я увидела на лице маппетца по-настоящему живую эмоцию. Злосчастный Мр’грофф таким взглядом полоснул по Риверу, что удивительно, как напополам не рассёк. Однако при демиургах, естественно, даже не пикнул. Просто развернулся и походкой механической игрушки двинулся к своему гроссмейстеру.

Под зазвучавший над Ареной сигнал об окончании игры демиурги поднялись на летающую платформу, и распорядитель таксистом доставил их обратно в судейскую ложу.

А совершенно нерадостные парни подошли к нам, и Ли высказал общее ощущение: