«Ну всё. Достал».

— Я предупреждала, что надо вести себя прилично? — холодно осведомилась я, глядя не умеющему промолчать придурку в глаза, и сама же ответила: — Предупреждала. Поэтому быстро, стремительно упал и отжался. Для начала сто раз.

— Нет.

Тинг вольготно откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. «И как ты меня заставишь?» — говорил его насмешливый взгляд.

Вопрос, ответа на который у меня не было.

— Сто пятьдесят, — монотонно накинула я количество отжиманий, не придумав ничего лучше, как гнуть пальцы дальше. — Не советую продолжать выделываться.

Тинг глумливо ухмыльнулся. Остальные молчали, даже Найтмар. Причём последний, как мне показалось, наблюдал за происходящим с научно-естественным интересом. Тоже хотел отыграться за мои слова у кабинета Кракена?

— Итак, двести отжиманий. — Я блефовала, судорожно пытаясь сообразить, что буду делать, если так и не смогу продавить Тинга. — Двести отжиманий — раз. (Вариорец как будто занервничал.) Двести отжиманий — два. (Уже заметно напрягся.) Двести отжиманий… — Я выдержала многозначительную паузу и, не сводя с Тинга взгляда, ножом гильотины уронила: — Три. Упал-отжался.

И он вдруг действительно поднялся из кресла. Странным, дёрганым движением, словно его телом управляла чужая воля, опустился в планку. Мышцы на его плечах и спине закаменели — он отчаянно сопротивлялся овладевшей им силе.

— Бесполезно, — заметил Найтмар равнодушным тоном. — Потеря свободы после проигрыша — не какая-то формальность, а магические узы. Я ведь предупреждал вас: относитесь к этому серьёзно, если не хотите себе лишних проблем.

Несмотря на всю борьбу, Тинг отжался раз. Второй. Третий.

— Лучше не сопротивляйся, — равнодушно посоветовал Ричи. — Время слишком дорого, чтобы тратить его на тебя.

Вариорец зло выдохнул сквозь зубы, однако стал двигаться быстрее. Сотню он сделал в неплохом темпе, но вот потом начал выдыхаться. Рубашка у него на спине намокла от пота; со лба на пол то и дело падали капли. Сказать по правде, я уже и сама была бы рада отменить приказание, опасаясь, как бы это не закончилось сердечным приступом или ещё каким-нибудь дерьмом. Да, тот же Хант сделал две сотни без серьёзных проблем для здоровья, но тут наверняка сыграли роль фулаховские тренировки. О том же, как тренировал свою команду Найтмар, я понятия не имела. И теперь мучилась совестью за то, что пошла на поводу у злости и вообще затеяла эту игру в госпожу. Или хотя бы просто не остановилась на ста пятидесяти.

Тем не менее Тинг всё же сумел сделать заявленные двести отжиманий и, совсем как недавно Хант, рухнул лицом в пол.

— Прекрасно. — Я сумела изгнать из голоса нотки вины. И чтобы экзекуция не прошла впустую, добавила: — Надеюсь, подобное больше не повторится… ни с кем. А сейчас мы постараемся найти досье, которые собрал тренер. Это ненадолго.

Кивнула Ричи и Орму, и мы втроём вышли из гостиной. Тем самым в лучших традициях гроссмейстера Далйета поразив одновременно две цели: наказ Хааса не разлучаться и позволив вариорцам переварить случившееся в своём кругу.

— Ты знала, что так получится? — с любопытством спросил Ричи, едва мы оказались в галерее.

Я покачала головой.

— Нет. Чистейшая импровизация.

От последнего слова в сердце толкнулось беспокойство: вдруг это ещё один «привет от Индетерминиста»? И одновременно заныла голова — будто я вновь подумала о том, о чём не следовало.

«Нет, надо, надо с этим разобраться, — хмуро рассуждала я, открывая дверь в комнату Фулаха. — Но после того, как вариорцы свалят к себе».

Обыск нам делать не пришлось: папки обнаружились прямо на чайном столике. Правда, Орм, осмотрев их, сообщил, что на бумагу наложено заклятие искажения. Потому тем же вариорцам давать досье бесполезно — прочтут совсем не то, что написано на самом деле.

— А снять его нельзя? — спросила я, и Падаван качнул головой.

— Заклятия тренера — не та штука, которую можно просто взять и снять.

— Ясно, — протянула я. И, отвлекаясь от некстати всколыхнувшейся тоски, постановила: — Значит, зачитаем досье. Пусть на слух воспринимают.

Ричи кивнул и не без огорчения заметил:

— Жаль, на Мелейн у нас ничего нет. Очень уж странные у этих ребят магические сочетания.

— У Найтмара спросим, что он об этом думает, — предложил Орм. — Что это вообще за тренер такой, что не может собрать информацию по противнику своей команды?

— Наверное, дело в том, что там три команды, а не одна, — вступилась я. — И вообще, помните, как он сказал? Список примерный.

— Я был бы чрезвычайно рад, если бы в итоговом не оказалось этого говнюка Далйета, — проворчал Ричи. — Как будто нам чисто даркейнцев мало.

— Ты, кстати, как? — с пониманием посмотрела я на него. — Сможешь против них играть?

Итальянец невесело усмехнулся.

— А какие варианты? Кракен чётко сказал: чтобы все игроки Элиума были на своих местах. Так что… буду преодолевать.

Орм одобрительно хлопнул его по плечу, и Ричи поспешил вернуть себе прежнее беспечное выражение лица.

— Ладно, давайте возвращаться. Тинг, конечно, остережётся от новых комментариев, но время и правда дорого.

Я кивнула, сунула папки под мышку, и мы отправились обратно в гостиную.

Тинг уже не лежал пластом на полу, а вполне прилично сидел в кресле. Правда, вид у него был, словно он без подготовки пробежал марафон.

«Живой, наученный, и на том спасибо», — мысленно сообщила я совести. И, сделав дисклеймер насчёт искажающего заклятия, принялась зачитывать досье на противников.

— Весьма неплохо, — оценил Найтмар, когда была закрыта папка с информацией по Тарбринду. — Мне прямо-таки интересно, что сумел собрать ваш тренер на нас.

Я предпочла пропустить намёк мимо ушей и перевела разговор на более животрепещущую тему:

— Как видите, проблема в том, что мы ничего не знаем об игроках Мелейна. Возможно, у вас всё же получится что-нибудь выяснить?

— Постараюсь. — Увы, по тону Найтмара нельзя было сказать, отговорка это или реальное намерение. — Однако уже сейчас могу сказать: набор магических умений Хо Ши и Ми Го очень характерен для тех, кто использует технику самопожирания.

— Как это? — Я (а не Терри) уже давно была в том возрасте, когда не боишься признать, будто чего-то не знаешь. Даже если тем самым выставишь себя полной лохушкой.

— Огонь пожирает дерево, волны гасят ветер, тьма поглощает свет, — терпеливо пояснил Найтмар. — Маг приносит одну из своих стихий на алтарь другой, и получает кратковременный, но весьма существенный прилив сил.

— Правда, после его раскатывает отдачей, — добавил Суинн, — но для игры это, обычно, уже неважно. Самопожирание — крайняя мера, чтобы скинуть с доски опасного противника.

— Неравноценный размен, — пробормотала я и уже громче продолжила: — Теперь понятно. Благодарю.

Суинн ответил кивком, а Найтмар, полагая, что всё сказано, переменил тему.

— Необходимо подать список игроков за команду Элиума, — официальным тоном произнёс он. — Всё ясно с гроссмейстером, офицером и турой. Что до остальных, я предлагаю не менять специализацию и провести замену один к одному.

— Возражаю, — немедленно встряла я. — Последние события ярко продемонстрировали, что маршал Тинг не умеет отделять личную неприязнь от необходимости работать в команде ради общей победы. Потому я предлагаю отдать позицию маршала Доку Суинну, а вторым рыцарем взять Данэ. Всё равно его место офицера занято Босвелом.

У Тинга вздулись желваки: ему очень хотелось высказаться. Однако урок с отжиманиями он тоже усвоил и потому сдержался.

Зато Найтмар посмотрел на меня с крайней укоризной.

— Аарес Тинг — сильный игрок, — заметил он. — Отказаться от него означает ослабить команду. Тем более что тогда у вас не окажется целителя.