Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Там Край Света, — пояснил Соловей-разбойник. — До него версты две, не больше.

— Так это там надо искать Водяного Царя? — поинтересовался я. — Да, — подтвердил Соловей.

— Давайте, эта, лодку спустим, — предложил Лешек.

— Давайте, — согласился я, — если она не рассохлась за долгие годы.

Мы спустили на воду единственную имевшуюся на борту шлюпку. Я сбегал в каюту за драгоценной флягой с нашим зельем — ведь мы направляемся на рандеву с Водяным Царем, — а когда вернулся на палубу, Лешек с Германом уже сидели и ждали меня в лодке. Нет, она не рассохлась, по крайней мере за пять минут воды не набрала. Я передал мужикам флягу и спрыгнул сам вслед за ней.

— Ребята, а можно я останусь на корабле? — спросила Катька.

— Нужно, — ответил я. — Как раз хотел предложить кому-нибудь остаться. На всякий случай.

Шлюпка была шестивесельной, но грести могли только двое из нас, поскольку кто-то должен сидеть на руле. Мы с Германом взялись за весла, предоставив право порулить Лешеку. Течение, не сказать чтобы сильное, на речных перекатах и пошустрее бывает, но все же помогало нам. Мы гребли минут восемь или десять, вдруг наш кормчий испуганно крикнул:

— Эта! Табань, мужики!

Мы с Германом резко загребли назад, в ту же секунду лодка заскрежетала днищем по камням и, сев на мель, остановилась. Поскольку мы с Германом сидели спиной по ходу движения, то не могли видеть, куда плывем и что творится там, впереди. Мне показалось, что мы просто налетели на галечную отмель, я даже хотел пожурить Лешека, мол, ты же рулевой, не мог что ли объехать мель!? Но, обернувшись, тотчас обомлел от испуга. Это удачно, что мы сели на мель, без нее могли бы и не успеть затормозить.

Впереди эта отмель поднималась еще выше, сравниваясь с уровнем моря, камни высовывались из воды, а струи, обтекая их, сваливались в водопад, до которого оставалось едва больше корпуса лодки. Воды устремлялись с обрыва в бездну, но не просто в бездну, а в БЕЗДНУ, которой не было видно конца, то есть водяные нити сваливались прямо в темноту. Подобную пропасть мы наблюдали, когда добывали молодильные яблоки в садах Хой Ёхе. Только там был виден противоположный берег, а из пропасти поднимался розовый туман. А здесь не было ни другого берега, ни тумана — просто была пустота, черная, пугающая пустота. И полное ощущение того, что туда, в эту пропасть, чернея, опускается и небо. Кромка обрыва простиралась в обе стороны, сколько хватало глаз.

— Жесть! — прокомментировал Лешек. — Край Света и Начало Тьмы!

— Это фантастика! — воскликнул Герман. — Феноменально! Такого просто не может быть!

— Никак гости ко мне пожаловали? — услышали мы негромкий голос.

В воображении я представлял себе Водяного Царя этаким великаном с огромной зеленовато-белой бородой до пояса и с трезубцем. Но мы увидели щупленького старикашку с небольшой козлиной бородкой, посохом в руке и в длинной белой рубахе. Он был бос, а потому брел осторожно, спотыкаясь на камнях, вдоль обрыва, рискуя свалиться в бездонную пропасть, но совершенно этого не боясь.

— Это вы — Водяной Царь? — спросили мы втроем в один голос.

— Да, это я.

— Дело у нас к вам, — сказал я. — Очень важное.

— От этого зависит судьба большого народа, — добавил Герман.

— Может типа случиться большая война, — пояснил Лешек.

— Рассказывайте, — предложил Водяной.

Мы, перебивая друг друга, начали свой нестройный рассказ, потом, наконец, пришли к выводу, что говорить должен кто-то один. Быть рассказчиком предоставили право мне. Говорил я где-то с полчаса, пока, наконец, не дошел до сути. Как ни странно, старикан слушал терпеливо и внимательно, почти не перебивая, лишь изредка задавая вопросы по существу.

— Давайте свое зелье, — сказал Водяной, после того как выслушал меня.

Я достал флягу из лодки. Старик осмотрел флягу, открутил крышку, понюхал, улавливая запах ладонью, как обычно делают химики.

— Баба-яга знает свое дело, — одобрительно констатировал он. — Профессионал.

Потом сложил большой и указательный палец колечком в знак O'key, засунул их в рот и переливчато засвистел. Тут ему мог бы позавидовать и Соловей- разбойник.

— Си?вушка! — гаркнул он зычным голосом, закончив свистеть.

Из бездны появился белый конь, встряхнул гривой и ткнул старика в плечо своим носом. Водяной щелкнул костлявыми пальцами, материализовал ведро, вылил туда наше зелье и сказал:

— Пей, Сивушка, пей, мой хороший!

Конь фыркнул, опустил в ведро морду и принялся пить. По мере поглощения жидкости, он раздувался, увеличивался в размерах, терял форму и темнел, пока не превратился в огромную грозовую тучу.

— Лети, Сивушка, лети за горы, за пустыню, за степь, пролейся дождями над лесами и долами до самого Синя моря…

— И остров Буян пусть захватит, — напомнил Герман.

— …и остров Буян захвати. Пролей все до капли, да возвращайся ко мне.

Туча поднялась в небо и медленно поплыла на восток.

— Сивка — мой лучший помощник, — пояснил Водяной Царь. — Все сделает как надо, на него можно положиться. Ну, добры молодцы, прощевайте, вам в обратный путь, а мне — делами заниматься. Пока!

— Спасибо вам! — мы поклонились Водяному и направились к лодке.

Отмель стала значительно больше, а струи водопада превратились в редкие капли. Лодку пришлось метров пятнадцать волочить к воде.

— Море-окиян мелеет! — испуганно воскликнул Лешек. — Белый конь все выпил!

— Я думаю, это отлив, — предположил я. — У нас такое с морями довольно часто происходит, каждый день. А в прилив тут наверное вся отмель полностью накрыта, водопад о-го-го как струячит. Мы бы и не выгребли…

Глава 18

Шестнадцатое июля, остров Буян, вечер

— Как же хорошо быть человеком! — не уставал повторять Бэдбэар, уплетая за обе щеки китайскую тушенку, ложкой прямо из банки, и запивая ее виски.

— «Как хорошо быть генералом, как хорошо быть генералом…» — пропел Петрович.

— Человеком! — с набитым ртом поправил Бэдбэар.

— Обожрешься, магейшество, — предупредил Фрол, — Изжога замучает, гастрит, чего доброго, заработаешь.

— Ничего, вылечу. Ты сам попробуй вот так без малого неделю стоя на четвереньках одну травку пощипать.

— Нет уж, спасибо, чегой-то большого желания нету.

— Вот, видишь? Человеком, все-таки, быть лучше!

— Хочешь быть человеком — будь им! — изрек Петрович.

Он вел себя более сдержанно и много не ел. Желудок легкой изжогой выразил свое недовольство жирной тушенкой, Петрович выпил соды и развалился на тахте, лениво взирая на какой-то второсортный сериал по дальнозырику. Конечно, после вынужденного вегетарианства неплохо бы отведать чего-нибудь такого, изысканного — севрюжьего балыка, например, или буженины, или телячьей ветчины, на худой конец. Но эти гады охранники смели? из кладовки практически все запасы деликатесных мясных и рыбных продуктов, поэтому пришлось довольствоваться консервами.

— Так. Ладно, давайте к делу, — сказал Черноус, выключая дальнозырик. — Развлекаться будем потом. Значит так, вот что нам доложила разведка в лице моего подмастерья Никитки. Отделение воинов в количестве двенадцати человек, посланное Губарем в стан противника с целью напугать его и вызвать панику, сидит в тереме Бабы-яги и мирно попивает чаек. Так, Никитка?

— Ага, так, — ответил молодой человек.

— Так. Значит так, — в минуты волнения Черноус начинал чаще повторять «так». — Стало быть Яга их околдовала и обещала распустить по домам. Так. Но с определенной долей вероятности можно предположить, что она уговорит этих дезертиров воевать на своей стороне. Так. Получается, что мы сами, по своей воле увеличили армию противника за счет своей. Это плохая новость. Так. Но есть и хорошая. Даже две. Первая — Кощей Бессмертный находится где-то далеко и в предстоящих разборках участия принимать не собирается. А Змея Горыныча своего оставил бабке, чтобы она за ним присмотрела. Так. Вторая хорошая новость — те четверо, что от Емели на летающем пузыре полетели, направлялись, как выяснилось, к Водяному Царю и что-то там ему везли. Может, жертвоприношение какое или еще чем его задобрить, а за это Водяной царь должен был устроить нам какую-то подлянку…

1833
{"b":"907728","o":1}