Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Парируя удары легкого самурайского меча, Сандерс едва успевал уворачиваться от глубоких выпадов второго противника. Тот норовил нанести режущий удар по ноге или руке, надеясь, что болевой шок заставит Сандерса ослабить внимание. Наконец Дик выбил катану сильным ударом снизу. Меч, вращаясь, взлетел к потолку. Крис скользнул по клинку палаша, ткнулся в гарду и ушел в сторону. Сандерс, как на фехтовальной дорожке, сделал стремительный глубокий выпад. Острие «бастарда» на ладонь вошло в грудь противника. Тот выронил крис и схватился за лезвие. Сандерс выдернул палаш, разрезая ему ладони, и обернулся. Вовремя – первый противник протянул руку, чтобы поймать падающий меч за длинную рукоять. Сандерс ударил по клинку, отправляя катану в сторону выхода. Противник в замешательстве отступил, наткнулся на столик и повалился, увлекая за собой столовые приборы. Полубой уже обезоружил нападавших – обломки клинков валялись на полу, похожие на серебристых рыбин. Его противники отступили, унося рябого верзилу, который так и не очухался.

– Жив? – спросил мичман, вытирая лоб тыльной стороной ладони.

– Вроде, – отозвался Сандерс. – Касьян!

Боевики, отступившие к дверям, одновременно взмахнули руками. Полубой подхватил стол и выставил его, как щит, перед собой. Сандерс успел нырнуть за мичмана – в столешницу вонзились несколько метательных ножей и два сюрикена.

– И подойти не дадут, суки. – Полубой подтянул второй стол и соорудил из них баррикаду.

– Зато и к нам не сунутся.

– А толку? Выбираться как-то надо.

Под защиту баррикады заполз белый, как скатерть, метрдотель.

– Господа, может, лучше договориться?

– А ты знаешь, кто это?

– Люди господина Сигевару.

– И что, с ними можно договориться?

Метр тоскливо огляделся.

– Теперь уже нет.

– То-то. – Полубой посмотрел за окно. – Ричард, глидер хорошо водите?

– Нормально. В гонках участвовал. А что? – в свою очередь спросил Сандерс и подумал, что только глидер угнать не хватало. Хотя по-другому не уйти.

– Пригодится. – Полубой помолчал и добавил погодя: – В будущем.

– Почему не сейчас?

Полубой ткнул большим пальцем через плечо. Сандерс оглянулся и выругался – возле парковочной площадки ресторана парили три глидера. По кургузым обводам он узнал «ершей» – бронированные машины, недавно поступившие на вооружение спецвойск Содружества. Эти уйти не дадут, будь ты хоть трижды чемпионом по экстремальным гонкам. Неплохо кланы обеспечены…

– Выходим по одному, руки перед собой, чтобы я их видел, – сказал гнусавый голос, усиленный динамиком.

– Лучше выйти, – прошептал метр, слизывая с губ капельки пота, – три раза предлагать не будут. И ресторан разнесут… – Он всхлипнул. – Семья, дети…

– Ладно заливать-то, – пробурчал Полубой. – Какие дети на Хлайбе?

– Ну нет детей, нет семьи, – легко согласился метр, – так что ж теперь, ложись и помирай? – Он выглянул из-за стола и, внезапно обмякнув, распластался на полу.

– Что, попали? Куда? – Сандерс попытался разжать стиснутые на груди руки метрдотеля.

– Н-не-е… не попали, – пролепетал метр. – Сейчас попадут – они огнемет принесли.

– Что? – в один голос воскликнули Сандерс и Полубой. – Разве огнеметы на Хлайбе разрешены?

– Господин Сигевару, пусть он не огорчит предков, задержавшись на этом свете, с недавних пор не признает запреты на оружие, – стуча зубами, выговорил метрдотель.

Полубой схватил его за лацкан и притянул к своему лицу.

– Я тебя спрашивал: через кухню есть выход? Говори, есть или нет?

– Нет. Продукты доставляет грузовой лифт. Но он сейчас внизу, и пока доедет, из вас бифштекс будет. Хорошо прожаренный. И из меня тоже.

– Попробуем, – сказал Полубой, быстро выглянув из-за стола. – Ричард, вы готовы?

– Готов. – Сандерс сунул палаш в петлю на куртке и принял низкий старт.

– По моей команде на счет «три», – предупредил Полубой. – А ты оставайся здесь, тебя не тронут.

– Хотелось бы верить, – отозвался метр. – Это… удачи вам, ребята. Как мне надоели эти паразиты, кто бы знал!

– Спасибо, – кивнул мичман. – Ричард! Один, два, три!

Сандерс рванул вперед так, что едва не выскочил из ботинок. Как его успел опередить Полубой, осталось загадкой, но мичман ломился впереди Дика, расшвыривая столы и стулья, как ледокол тонкий весенний лед. Двери кухни были уже совсем близко, когда Сандерс уловил краем глаза вспышку. Огненный шар, вспухая и пожирая все на своем пути, устремился к нему. Последним усилием Сандерс бросился вперед, пролетая в распахнутые Полубоем двери кухни. За спиной пламя огнемета бушевало по залу, мгновенно сжигая дерево, плавя пластик, обугливая стены и потолок.

Ноги пекло. Сандерс перекатился на спину и сел. Брюки тлели, и он захлопал ладонями, сбивая тлеющую ткань. Полубой уже тащил к дверям огромный холодильный шкаф. Забаррикадировав им дверь, мичман прошелся по кухне. Из-за разделочного стола в дальнем углу выглянул кто-то в белом поварском колпаке, и мичман поманил его к себе:

– Ты кто?

– Шеф-повар-вар… – выдавил тот, выбивая зубами дробь.

– Где грузовой лифт?

– М-м… – Повар потряс головой, будто не мог понять, чего от него хотят.

– Погодите, Касьян, – вступился Сандерс, – дайте человеку прийти в себя.

– А нас тем временем поджарят. Где лифт, тебя спрашивают? – заорал Полубой, делая зверское лицо.

– Во… вон там, за микроволновкой и лазер-грилем.

Полубой подошел к лифту, нажал кнопку подъема.

– Сколько он сюда будет ехать?

– Около семи минут. Он старый…

В двери кухни ударила волна огня, холодильный шкаф покачнулся. «Не успеем, – подумал Сандерс, – к тому же, пока мы будем спускаться, они сожгут нас не спеша и со вкусом. В шахте огонь сожрет все. Даже если не сгорим, тросы расплавятся и полетим мы с тридцатого этажа, как те бедолаги, у которых антигравы не сработали».

– Что теперь? – спросил он, прислонившись к электровакуумной плите. – Может, дождемся залпа и попробуем прорваться?

– Не успеем. – Полубой стоял посреди кухни, сосредоточенно роясь в карманах. – Ага, есть.

Он вытащил полукруглый предмет, напоминающий половинку теннисного мяча, положил его на пол и, нажав кнопку, выступающую сверху, отступил назад.

– Что это? – поинтересовался Сандерс.

– «Миксер», – коротко ответил Полубой, – как у вас называется, не знаю.

– Как работает?

«Миксер» загудел. Сандерсу показалось, что от него побежала рябь, как по воде, образовав на полу полутораметровый в диаметре круг.

– Смешивает, взбивает. В общем, что-то такое на молекулярном уровне, – туманно пояснил Полубой, – идите сюда, только близко к нему не подходите. Вообще он рассчитан на глубину около восьми метров, но надеюсь, так глубоко не пробьет. Старая машинка. Так, в кармане завалялась. Сейчас по команде прыгаем.

– Куда?

– Вниз. Один, два, три! – Мичман взвился в воздух, Сандерс последовал за ним, чувствуя себя последним дураком.

Пол под ногами просел, ноги погрузились в него по щиколотку, и вдруг опора под ногами исчезла, и Сандерс полетел вниз. Нос и глаза мгновенно забило известкой, рукой он порвал какие-то провода. Затем он больно ударился обо что-то ступнями, одно мгновение стоял, ошарашенно озираясь, и снова полетел вниз. Рядом, рыча и ругаясь сквозь зубы, падал Полубой. На этот раз Сандерса повело в сторону, и он рухнул на спину так, что перехватило дыхание. Поблизости ворочался Полубой, пытаясь выпутаться из плаща.

– …твою мать! Не скисла машинка, – бормотал мичман, – два этажа пролетели как огурчики.

– А теперь тем же путем пошли вон отсюда! – раздался звонкий женский голос.

Глава 12

Темп нарастает

Монотонный голос Уэйнстейна убаюкивал, и Герберт ван Хонк налил себе еще одну чашку крепкого кофе. Традиционный послеобеденный доклад секретаря в последнее время начал его тяготить. Наверное, годы сказывались. В последние месяцы он стал замечать за собой склонность к излишнему комфорту, к чересчур изысканной пище, дорогим и редким винам. Конечно, он мог себе это позволить, но, вспоминая прежние годы, когда он не раз участвовал в разборках с другими кланами или усмирял уличные банды и мог обходиться простой грубой пищей и четырьмя-пятью часами сна, ван Хонк признавался себе, что лучшие годы ушли в небытие. Даже к женщинам он теперь испытывал странное чувство: они казались ему забавными и красивыми игрушками, способными скрасить вечер, ночь, но не более того. Исключение составляла, пожалуй, только мисс Салливан, и то ему казалось, что, уступи она его ухаживаниям, он потерял бы к ней интерес и постарался бы свести партнерские отношения к схеме начальник – подчиненный. Он невесело усмехнулся, подумав, что и в этом она права! Чтобы окончательно не заснуть, ван Хонк поднялся с кресла и подошел к окну. Армированное тончайшими сигнальными нитями бронестекло среагировало на его приближение, затемнив поверхность. Уэйнстейн замолчал, и ван Хонк шевельнул рукой.

262
{"b":"904678","o":1}