— Я думаю, Дамиэн не выберет между войной и миром заранее. Он создаёт условия, при которых сможет выбрать позже. Где дешевле купить — купит. Где выгоднее поставить зависимого человека — поставит. Где достаточно договора — подпишет. Где не получится — у него останется армия.

Комната стала слишком тихой.

Я смотрела на карту и чувствовала знакомое раздражение. Не страх даже. Узнавание метода — Дамиэн никогда не начинал с клетки. Он начинал с выбора, в котором один вариант становился удобнее остальных. Партнёры? Безопасность? Я помогу тебе выжить. Я знаю больше. Доверься. Ни одной команды, пока не выяснялось, что все дороги уже проложены им.

— Это на него похоже, — сказала я.

— Похоже, но не доказано, — кивнул Восс.

— А договор с Авалорией?

— Заморожен. И Дамиэн уже прислал новую редакцию.

— Выгоднее?

— Намного. Ниже пошлины, без требования технологического обмена, плюс имперская защита от теневых атак без войск и советников на нашей территории.

— То есть убрал всё, что пугало Арториуса.

— Именно.

Рилет хмыкнула.

— Значит, цена спрятана глубже.

— Мы её ищем.

Эдгар вмешался:

— Если условия выгодны, почему не принять и одновременно готовиться к худшему?

Восс посмотрел на него.

— Возможно, так и поступим. Меня интересует не выгода договора, а зачем Дамиэн готов за неё платить.

Я спросила:

— Он знает, что я жива?

— Доказательств нет. Ваше имя нигде не всплывало, узел молчит, Феллхарта и пропавшего Ловца Душ не нашли. Если Дамиэн знает — пока не показывает.

Вот и всё. Мир не обрушился. Сердце не сорвалось. Его имя всё ещё могло пройти через комнату и не забрать себе весь воздух.

— Что конкретно получает Каллан? — спросила я.

Восс достал последний документ.

— Статус особого королевского посланника на время миссии. Ограниченные полномочия вести переговоры в рамках инструкции, подписывать промежуточные соглашения о связи и обмене информацией, запрашивать содействие авалорских представителей. Белый Щит — безопасность и полевая часть.

— Он не дипломат, — сказала Элейн.

— Король тоже это заметил.

Каллан посмотрел на Восса.

— Спасибо.

— Поэтому к вам назначен профессиональный секретарь, — сказал Восс. — Дипломатическая канцелярия, Три Устья, плюс стажировка у меня.

Рилет заинтересованно подняла брови.

— У вас?

— В том числе по разведке.

— Полезный человек.

Краем глаза я заметила, как Думс чуть выпрямился и перестал улыбаться. Похоже, слово «полезный» ему понравилось заметно меньше, чем Рилет.

— Имя получите вместе с документами перед выездом, — добавил Восс.

Восс сложил руки.

— И теперь главное. Госпожа Вельская.

Я напряглась.

— Нет.

Он моргнул.

— Я ещё ничего не спросил.

— Но собирались.

— Не совсем. Приказ на вас не распространяется. Вы не состоите на королевской службе. Статус защищённого свидетеля не даёт Арториусу права отправлять вас через полматерика. Я должен сообщить вам сведения, потому что они касаются Дамиэна и потенциально вашей безопасности. Ехать или нет — ваше решение.

Я посмотрела на карту.

На Каллана.

На Рилет, которая уже мысленно прокладывала маршруты, хотя ещё сама этого не признала. На Феордана. На Горста. На стол, который три недели назад отскоблили до чистого дерева. На окно, за которым в темноте стучали плохо закреплённые ставни — завтра Каллан обязательно полез бы чинить их сам, если я не найду плотника раньше.

И сказала:

— Я не поеду.

Никто не заговорил сразу.

Это было важно.

Никто не сказал: «Ты должна». Никто не напомнил, сколько людей может пострадать. Никто не произнёс имя Дамиэна как заклинание, которое обязано поднять меня со стула.

Восс первым кивнул.

— Принято.

Каллан сказал:

— Я поеду.

Я повернулась к нему.

— Даже если я останусь?

— Да.

Ответ был спокойным. Без вызова. Без скрытого «тогда ты должна выбрать меня».

— Почему?

— Я подал прошение не ради дома. И не ради тебя. — Он на секунду остановился. — Хотя ты одна из причин, почему я понял, каким не хочу видеть этот орден. Если хартия есть и первое дело касается угрозы Авалории, я не буду отказываться только потому, что предпочёл бы остаться здесь.

У меня внутри неприятно кольнуло, и одновременно стало легче.

Рилет громко вздохнула.

— Я, разумеется, не еду.

Восс даже не посмотрел на неё.

— Разумеется.

— Во-первых, я только закончила крышу. Во-вторых, кто-то должен следить, чтобы Эдгар не вернул серые занавески. В-третьих, Три Устья — ужасное место. Семь наборов пошлин, четыре системы складских расписок, два типа фрахтовых залогов и портовые сборы, которые меняются от прилива.

Она замолчала.

— От прилива? — переспросила я.

— В двух портах. Неважно. Каким путём вы собираетесь ехать?

Восс развернул карту обратно.

— По южному тракту к побережью, потом кораблём.

— Плохой маршрут. Осенью южный тракт размывает. Если через верхнюю переправу, выиграете два дня и не будете платить двойной сбор за мост.

— Вы не едете, — напомнил Восс.

— Я консультирую бесплатно один раз. Дальше за отдельную плату.

Я посмотрела на неё.

— Рилет.

— Что?

— Ты уже едешь.

— Ничего подобного.

— Ты только что выбрала переправу.

— Это профессиональная деформация.

Горст почесал подбородок.

— Я останусь.

На этот раз все повернулись к нему.

— Накопитель, — объяснил он. — Мне нужна кузница. Таскать стенд по кораблям бессмысленно. И кто-то должен следить, чтобы ваши мастера не перепутали хороший металл с тем, что годится только на петли.

— Справедливо, — сказал Каллан.

— Кроме того, если вы едете договариваться, зачем вам одноногий старик с молотом?

Восс посмотрел на разобранную карту, затем на Горста.

— Потому что в Трёх Устьях уже появились лунные предложения по защитным магическим системам. Мы не знаем, что именно они продают. Потому что один из портов экспериментирует с собственными подавляющими контурами на складах. И потому что если разговор пойдёт о технологиях, я предпочёл бы человека, который умеет отличить накопитель от красивой коробки.

Горст нахмурился.

— Кто сказал, что умею?

— Ваши отчёты из Артории.

— Я не писал отчётов.

— Именно поэтому их писал кто-то другой.

— Ненавижу государство.

— Это взаимно, но оно готово оплатить дорогу.

Горст посмотрел на меня.

— Стенд не поедет.

— И правильно.

— Разберу. Возьму безопасные детали, измерительные пластины и инструменты.

— То есть едешь?

— Я сказал, что разберу стенд.

— Это «да» на языке Горста, — пояснила я Воссу.

— Уже понял.

Феордан всё это время молчал.

Теперь он спросил:

— У вас есть сведения о Ловцах Душ вне Империи?

Восс не ответил сразу.

— Есть обрывки. После смены власти несколько человек исчезли с назначений. Часть могла просто уйти. Двое, возможно, проходили через Вольные города. Имена пока не подтверждены.

Феордан поднял на него глаза.

— Какие города?

— Получите после допуска к материалам.

— Если я соглашусь на капитанство?

— Если получите разрешение и доступ как участник миссии.

— Удобно.

— Я уже говорил.

Феордан посмотрел на Каллана.

— Семь дней?

— Семь.

— Тогда завтра поговорим.

Это не было согласием. Но впервые не было и отсрочкой без срока.

После ужина Восс ушёл в гостевую комнату, которую Рилет успела объявить «почти готовой». Его охрана разместилась в хозяйственном флигеле. Элейн забрала королевскую копию хартии, чтобы утром найти для неё сухую папку. Эдгар ушёл раньше всех, не попрощавшись.

Я поднялась наверх одна.

В комнате было прохладно. Каллан оставил окно приоткрытым, и ветер шевелил занавеску. Я закрыла створку, поправила фитиль лампы и села на край кровати.