Но у Влада никаких мыслей не было. До окраин города они добрались уже на следующий день, к вечеру. Гаррак напрасно тревожился — никакой засады так и не случилось, они благополучно прошли до самых предместий Заводского–5, так никого и не встретив.

В город заходили снизу. Влад не сразу понял, с потом догадался, что видит перед собой тот самый Колодец, на краю которого ему довелось уже побывать. Под огромной, почти отвесной стеной с вьющимся по краю серпантином дороги расстилалась туманная каменистая долина — верха колодца даже не было видно. Впрочем, стена была отвесной не до самой земли. Метрах в тридцати начиналась каменно-земляная осыпь, которая плавно сходила на нет. Они были ещё довольно далеко от стены, а смог не позволял разглядеть подробнее, но Владу казалось, что на камнях насыпи что-то есть чужеродное. То ли кучи тряпья, то ли мешки какие-то. А может, просто камни такие, выделяющиеся?

Они остановились в самом начале долины, давая себе время на отдых и рекогносцировку.

— Слишком много их. В городе что-то происходит, — напряжённо сказал Гаррак.

— Кого много? — Не понял Лопатин.

— Трупов. Не видишь, что ли? Это ж Колодец. На дне часто кто-то оказывается. Сам падает, или помогает кто… Старых уже не видно — здесь всяких зверей полно, кто с этого кормится, растаскивают мёртвых. Дожди смывают кровь. А сейчас — глянь, сколько.

Только теперь Влад сообразил, что за кучи тряпья или странные камни он рассматривает.

— Зашибись. Их там десятки.

— Если не сотни. Отсюда большую часть не видно.

— Ладно. Смысл гадать? Ты лучше скажи — вот мы дошли до города. Дальше-то что? Идём по тому серпантину, поднимаемся?

— Ну, если хочешь быстро сдохнуть — давай, иди. Долину обходишь, и идёшь. Дорога с той стороны начинается, и уж там, верно, есть пара-тройка волков, что вынюхивают местных. А мы в другую сторону пойдём. Только не сразу. Надо сначала посмотреть, как идти.

В туннели под горой попасть можно было разными способами. Гаррак вёл их в какую-то естественную пещеру. Гном вообще местность знал отлично, ориентировался здесь так, будто неоднократно бывал. Объяснял, что расщелину, через которую им предётся пройти, случайно найти невозможно, только если знать о ней. Известна она, судя по всему, немногим. Следов разумных поблизости почти не наблюдалось — стоило им немного отойти от покрытого телами дна Колодца, и они будто бы снова оказались в девственных местах. Хотя Влад чётко знал — там, над головой, всего в нескольких сотнях метров — гномий город. От этого было неуютно — казалось, что их компанию могут заметить буквально в любой момент. Дело ещё осложнялось тем, что в туннели под горой можно было попасть не только через обещанную Гарраком пещеру. Есть и «официальные» входы, которые необходимо обходить очень осторожно. Сейчас они как раз крались мимо такого, обходя по широкой дуге, таясь за камнями, перебегая буквально по несколько шагов. На посту возле выхода из штольни стояли двое гномов и спригган. Почти вся группа уже прошла, скрылась за очередным поворотом ущелья, но Гаррак всё никак не хотел уходить. Сидел и наблюдал издалека за костром на самом выходе из штольни, возле которого сидели несколько гномов и спригган.

На лице у Косматого проступало всё возрастающее удивление.

— Что не так? — Спросил Влад, не выдержав. Они шли целый день, ему почти на себе приходилось тащить Лилианну. Особенно тяжело пришлось сейчас, когда они обходили эту штольню. Пришлось даже кляп ей завязать, потому что он ей всё-таки не доверял. Одно дело — корабли, редко пролетающие над головой — можно и проследить, чтоб чего-нибудь не вякнула, но тут приходилось соблюдать тишину постоянно, и сейчас выдать своё нахождение было бы слишком просто.

— Не нравятся они мне, — прошептал Косматый. Почему так мало? Всего один зверь, и смотри: он больше следит за гномами, чем по сторонам смотрит. По правилам, спригганов должно быть меньшей мерой трое. И они должны не в пещере сидеть, возле костра, а рыскать вокруг.

Владу стало сильно не по себе. Показалось, что вот сейчас на спину кто-то бросится:

— Так может, они там и есть? — Прошептал Лопатин. — Может, за нами уж давно следят, как мы тут корячимся? — Даже показалось, что он чувствует между лопаток чей-то недобрый взгляд.

— Не трясись, — бросил Гаррак. — Будь здесь звери, давно бы нас заметили. Это-то и странно. Мы не должны были дойти сюда, но волков не было. Нас даже не искали — те корабли не в счёт. А дойдя сюда… Нас должны были уже вынюхать. Я надеялся, что кому-то удастся прорваться под гору. Остальные должны были сдохнуть. Так всегда бывает, остроухие твари не идиоты, они умеют ловить беглецов. Но на нас, такое ощущение, вообще всем плевать! Всего один зверь! И, смотри, он больше смотрит на гномов, чем вокруг! Костёр запалили. Всё неправильно.

Спригган в самом деле сидел слегка на отшибе. Четыре гнома по одну сторону костра, и оборотень по другую, который глаз не сводил со своих «коллег». Действительно, странно.

— Я думал, это хорошо, что нас тут не перерезали.

— Хорошо. Но если нас сейчас пропустят под гору, то, считай, упустят. В тоннелях гнома найти не так просто. Я вообще уже ничего не понимаю. Дочка посла — вот она. Ты нанёс оскорбление эльфийскому послу. И… как будто вообще ничего не произошло. Поиски такие, как будто какой-нибудь мелкий воришка сбежал, который и так никому не нужен. Ладно, хватит здесь сидеть и плохое кликать. Пошли.

Туннели под Заводским-5 были… неудобными. Прокладывали их под рост гномов, которые всё-таки ниже людей, так что Владу приходилось беречься и держать голову склонённой. Сыро, холодно, грязно. Растительности здесь, в отличие от той здоровенной выработки, в которой оставили Ласточку, почти нет. Впрочем, эти штольни были прорыты гораздо позже, чем та — возможно, просто не успело ничего вырасти. К тому же эти ходы не были совсем уж необитаемыми. Кое-где встречались следы деятельности разумных. Мало, но были — то пустая разбитая вагонетка встретится, то сломанный инструмент. Всё ржавое, очень-очень старое, но в труху не рассыпается.

В самих штольнях разумных им пока не встречалось — видно было, что они по большей части не используются.

— Здесь давно выработка закончилась, — пояснил Гаррак, когда Лопатин полюбопытствовал. — Основная добыча идёт в другой стороне, и вывозят добытое другими путями, прямо в город. Сюда тащить просто бессмысленно. Но вы всё равно по сторонам смотрите. Здесь всякое бывает. Горы — они гномов любят. И накормят, и напоят, и укрытие дадут. Здесь можно долго выживать.

— Но не жить, — подал голос один из мастеров. — Что нам теперь делать? Я не собираюсь всю жизнь как тоннельная крыса прятаться! На что ты рассчитываешь, Гаррак? Я слышал о тебе. Ты ведь из непримиримых. Вас таких не осталось совсем. Потому что всех повылавливали. Раньше ли, позже, всех добьют.

— О том думать после будем, — отрезал Косматый. — Сначала верхние уровни пройти надо. Здесь ещё опасно.

Опасными штольни пока не казались. Всё выглядело довольно мирно. Пусто, тихо и заброшенно. Нет, окажись тут Влад в одиночестве, наверное, мог бы и испугаться тишины, темноты и мрачного свода давящего прямо на голову, но в такой большой компании бояться неведомых монстров было бы просто странно.

«Неужто тут много народу слоняется?» — Думал Лопатин, когда они проходили очередное ответвление. Этих ответвлений, развилок и боковых ходов встречалось ну очень много — настоящий лабиринт. Влад уже и не пытался запомнить дорогу — бесполезно. Тут нужно либо какими-то особыми способностями обладать, либо затверживать карту ногами, десятки раз обходя этот запутанный лабиринт и запоминая приметы. И судя по всему, среди негномов, таких знатоков не найти. Да и гномов — любителей здесь ходить явно немного. Если там, где они шли вначале, ещё встречались следы разумных, пусть и старые, спустя час эти следы стали и вовсе древними.

«На кой-чёрт мы вообще туда лезем? — Задумался Лопатин. — Гаррак же сам отлично понимает, что жрать нечего. Ну так и где он собирается добывать еду на такую-то ораву? Что-то здесь не видно полчищ крыс!»