Каси деловита разоблачалась, аккуратно складывая одежду на тумбочку возле шкафа.

— Именно! Поэтому я ночую с тобой! И это даже не обсуждается. И вообще, раздевайся давай! Я, между прочим, соскучилась! И очень удачно, что мне нужно тебя как следует опустошить!

— Это ещё зачем? — Обычно Каси так пошло не изъяснялась.

— Затем, что я собственница! И не собираюсь устраивать любовные приключения в стиле этих зелёных озабоченных девиц! Так что ты должен быть совершенно удовлетворён! И хватит болтать! И почему это у тебя глаза так блестят? Что, про гоблинш подумал, изменщик проклятый⁈

Глаза у Влада блестели, потому что Каси в процессе объяснений почти окончательно разделась, а смотреть на такую красоту спокойно и равнодушно было совершенно невозможно. И ещё потому, что он тоже здорово соскучился. Так что возражать и спорить даже не подумал.

— Ты, конечно, абсолютно не права, и я даже не задумывался о том, чтоб бы тебе изменять, но сейчас мне твоя подозрительность очень на руку! — широко улыбнулся Влад. Демонесса как раз рассталась с последней деталью туалета, и дальше обсуждать нравы гоблинш было бы неуместно.

Ночью Влад и Каси проснулись от дикого шума и скандала. Они, надо сказать, так хорошо отвлеклись, что уже и думать забыли обо всяких гоблинах и их сексуальных предпочтениях. Так что первая мысль была именно о нападении. Влад схватил пистолет, выскочил наружу и начал дико озираться в ожидании нападающих, но вокруг были только гоблины. Точнее, гоблинши. И появление Влада заставило их замолчать и удивиться.

— Что происходит⁈ — Раздался у него за спиной требовательный голос демонессы.

— Дык, эти праститутки хатели майего Ждана патрахать! И Аликсандра! И Влада! А йа им ни разришала! Па крайней мере Жданчика! — Голос Шмякки Влад узнал, а вот её саму увидел не сразу. Она оказалась погребена под кучей полуголых гоблинш, возле самой двери комнаты Ждана. Правда, закончив свои объяснения, ловко юркнула за дверь и чем-то её изнутри привалила.

Вторая кучка желающих запретных удовольствий нашлась возле соседней двери, там, где расположился дядя Саша. Они и теперь машинально продолжали в неё скрестись. Сосед, по всей видимости, заблаговременно позаботился о том, чтобы его не беспокоили — дверь, несмотря на отсутствие запоров, не думала открываться.

Но сейчас никто никуда не пытался проникнуть. Вся толпа горящими глазами прожигала Влада. И смотрели они ему не в глаза.

— Влад, возлюбленный жених мой, — Вежливо сказала Каси. Но лучше бы кричала, потому что от этого голоса по спине у Лопатина пробежали мурашки размером со слона. От этого голоса даже жерло вулкана должно было замёрзнуть. — Не мог бы ты одеться? Не замечала раньше за тобой любви к демонстрации окружающим собственных статей.

Влад опустил глаза и обнаружил, что он голый. Пистолет схватить он не забыл, а вот накинуть на себя что-нибудь спросонья в голову не пришло.

— Я… это… пойду, наверное.

Он, не поворачиваясь, шагнул назад, обошёл демонессу. Она, кстати, тоже одеться не потрудилась. Оказавшись вне поля зрения алчущих зелёных коротышек рванул в комнату, больно ударившись головой об косяк.

— Блин, это реально страшно! Куда там светлорождённым с их авианосцами — вот, где настоящий кошмар!

Влад больше так и не заснул, чем изрядно повеселил Каси. Та иногда задрёмывала, но, просыпаясь, неизменно видела большие, испуганные глаза жениха. И почему-то совсем не проникалась сочувствием. Наоборот, веселилась.

— Не желаешь сходить на ночную прогулку, любимый? Слышишь, они там скребутся! Ты их очень впечатлил своей неземной красотой! Только смотри не поскользнись, девочки, наверное, весь пол залили… слюнками, конечно же!

А Владу и в самом деле казалось, что он слышит перешёптывания. Время от времени даже представлялось, что ручка двери начинает опускаться. Стул, который Каси подставила под ручку, не казался ему достаточно надёжным запором.

— Тебе смешно! А мне теперь от ужаса и правда в туалет захотелось! — Ворчал Лопатин. — Может, ты меня проводишь?

Но Каси только смеялась. Предлагала полить комнатные растения — Шуша не ограничивалась цикламеном в гостиной, на подоконнике в спальне тоже что-то такое цвело и пахло. Но портить растения Влад не стал, предпочёл потерпеть. Тем более, до рассвета оставалось совсем недолго.

— А зачем мы вообще ждём рассвета? Может, надо было сразу уйти?

— Ты же слышал, что сказала Шуша. Мне даже интересно, что у неё за пиратское гнездо, в котором она предлагает нам остановиться. В общем, не мешай старушке развлекаться… а мне спать! И сам тоже прекращай дрожать! Вот уж не думала, что ты так напугаешься, учитывая твои предыдущие подвиги! Я на тебя за это до сих пор злюсь, так и знай! Так что сегодняшняя ночь будет мне отмщением.

— Мы с тобой тогда ещё не встречались! И, между прочим, я совершенно не собирался ничего такого делать. Они меня чем-то опоили! И дрожу я, как раз вспоминая эту самую ночку! Мне, знаешь ли, не понравилось выступать в роли секс-игрушки!

Влад отчего-то был уверен, что как только наступит утро, все притязания на честь землян закончатся. Видимо, сработал стереотип, или привычка, что всякая нечисть и оборотни действуют исключительно под покровом ночи. Как оказалось, озабоченные гоблинши нечистью не являются, и вполне готовы действовать в любое время суток.

Они с Каси вышли из комнаты, как только рассвело. В первый момент Влад радостно выдохнул — никого нет. Толпа почитательниц испарилась. Они с Каси разбудили сначала дядю Сашу, который прежде, чем выйти, опасливо выглянул из комнаты, потом Ждана. Все втроём спустились со второго этажа вниз, в гостиную. И обнаружили спящих вповалку гостий, которые спящими быть тут же перестали, зато вновь стали очень заинтересованными и кокетливыми.

Судя по всему, ночка у них была весёлая, особенно, у Шуши. Бабушка выглядела слегка помятой и сонной. Впрочем, на остальных зеленокожих красотках тоже были заметны следы бессонной ночи — по всей видимости после того, как стало ясно, что к вожделенным красавчикам не прорваться, девицы устроили праздник, который закончился совсем недавно.

— Шуша, ты не находишь, что сейчас не совсем подходящее время для брачных игр? — Спросила Каси. — Мы здесь по делу. И я рассчитывала, что о нашем появлении не будет знать весь архипелаг. По крайней мере, не в первый же день.

Владу это тоже не нравилось. Мероприятие планировалось серьёзное, а тут водевиль какой-то пополам с жёсткой эротикой! Гоблинши ещё и оделись на встречу с потенциальными любовниками так, что могли бы и не одеваться. Разницы практически никакой. Ещё и взглядом раздевают постоянно, да так яростно, что хочется на себя паранджу надеть!

— Так, а кто, по-твоему, будет на тверди эльфов гнать, госпожа Касиодорра? — Хмыкнула одна из девиц. — Вот они и будут. И ещё такие же. Ты не подумай, нам тоже не нравится, что остроухие красафчеги нас грабют. Похолодало на островах. Сельское хозяйство в жопу скатится, голодать начнём… а эти уродцы продолжают радостно вещать, что под рукой эльфов мы придём в светлую семью цивилизованных народов, и у нас будет много-много мальчиков, чтобы трахаца. Но потом. А сейчас надо потерпеть.

Влад не сразу понял, что бойкая девица на самом деле куда старше, чем основная масса страждущих. Скорее, ровесница Шуши. Вот и встретились, получается, со второй бабушкой Шмякки. Очень уж она молодо выглядит — не сразу понятно, что возраст уже приличный. А ещё его осенило:

— Я не знаю, чего вам там обещают остроухие, но у нас возле острова висит огромный авианосец, в котором болтается около пяти тысяч пленных представителей этих самых цивилизованных народов, — коварно улыбнулся Лопатин. — И мы совершенно не знаем, куда их девать. Могли бы и вам как-нибудь переправить. За ваш счёт, конечно же. Но только когда здесь не будет светлорождённых и под обязательство, что они все останутся на архипелаге.