— Влад! Ты сейчас сознание потеряешь! — Возмутилась девушка. Она схватила его за руку, попыталась пережать кровь.

— Да, пожалуй, хватит, — Влад и сам чувствовал, что уже начинает мёрзнуть. Да и мысли стали какие-то слишком плавные. — Но ведь голодная же!

— Да на, пусть у меня возьмёт! — Огрызнулась демонесса, и, вытянув из стены щупальце с лезвием, тоже полоснула по руке. — Доволен? Что у тебя за страсть всех накормить?

«Вот как? Как он ухитряется найти неприятности на свою голову везде⁈ Неприятности и девиц, которые сразу же начинают его обожать? — Недоумевала Каси, — Даже у меня в родовом доме! Насквозь простом и понятном, знакомом до мелочей! Здесь нет никаких девиц, так он соблазнил сам дом!»

Теперь собственный родовой особняк уже не казался ей простым и понятным. Теперь-то она понимала, почему их семье здесь всегда было так неуютно! И почему гости, члены отцовской и её команд изображают из себя испуганных детей.

«Получается, мне не казалось в детстве, что он за мной наблюдает! Он… точнее, она, действительно наблюдала! И всё ждала, что её накормят! Вот в какой момент знание о природе дома потерялось во тьме тысячелетий? Когда и как это произошло? Просто какой-то пра-пра-прадед подумал: „А зачем рассказывать очевидные вещи, это ведь и так всем известно“, так, что ли? И не стал делиться сведениями с потомком? Бред какой-то!»

Каси отвечала на десятки вопросов от разумных, которые вдруг куда-то утратили свою самостоятельность, а сама всё не могла прекратить думать, откуда в её доме взялось… такое!

«Или всё было проще? У нас были плохие времена. Тогда, после провала, значительная часть семьи погибла. Как и многих других семей. Может, тогда и потерялось это знание? Но почему тогда никто из других знакомых не рассказал? Хотя… дядя Валдрик ведь тоже не знает. И ни от кого из знакомых демонов я даже упоминаний о таком не слышала. Об этом просто забыли. Ведь и старых особняков осталось не так много. Разве что императорский дворец…»

Она представила, что за чудовище может жить там, и ей стало неуютно. А скоро ведь предстоит его посетить!

После того, как они вернулись из страшного подземелья, у Каси всё из рук валилось. Трудно на чём-то сосредоточиться, когда постоянно помнишь об огромной ненасытной утробе, имеющей полную власть над всем содержимым особняка! Общалась с лекарями, обсуждала что-то с ребятами, договаривалась о лечении, а сама нет-нет да прислушивалась к чувствам… дома. И вспоминала, сколько раз она что-то подобное ощущала, когда они здесь жили. Даже взрослым жаловалась, но те убедили её, что это просто фантазии.

— Я и сам в детстве что-то подобное придумывал, — объяснял ей отец. — Это просто фантазия. Игры твоего собственного разума, который должен как-то интерпретировать всё непонятное. Дом большой. Здесь всегда где-то что-то стучит, поскрипывает, здесь завывает ветер, касаясь декоративных элементов снаружи. И мозг пытается придать этому смысл. Фантазию нужно развивать, но нельзя идти у собственных выдумок на поводу. Дом — это просто дом, он не может за тобой наблюдать. Это наше родовое гнездо, оно видело десятки поколений наших предков. Это место помнит столь многое и многих, что мы невольно наделяем его собственной волей и сознанием. Однако нужно понимать, что это — лишь наше свойство как разумных существ наделять вещи свойственными нам признаками. Я ведь даже к своему кораблю отношусь, как к живому, хотя он построен совсем недавно…

Она и верила. Каждый раз, заметив что-то необычное, объясняла это играми собственного расшалившегося разума.

«Нужно обязательно поговорить с Владом, и решить, что с этим делать. Он прав, уничтожать особняк было бы глупо. Но и жить в совершенно, как выясняется, незнакомом месте, которое контролирует неизвестное существо, было бы ещё глупее и недальновиднее! Сначала его следовало бы изучить хорошенько, насколько это возможно. Убедиться, что здесь безопасно. Хотя какая безопасность⁈ — Девушка вспомнила, в каком виде сейчас пребывает Влад. — Мы не знаем, что взбредёт в её голову. Мы даже не знаем, где у неё голова, и чем она думает. И думает ли вообще! Вот только раненые…»

Увозить раненых, и, особенно, Марвина, сразу после операции, было бы тоже неправильно. Врачи строго-настрого запретили ему шевелиться как минимум ближайшие несколько дней. Причём эльф сам виноват — Леннарт ведь предупреждал его, чтобы не вставал! Но эльфу, как всегда, было наплевать на мнение лекарей. В результате операция оказалась сложнее, чем могла бы быть. И реабилитация после неё займёт больше времени. Если остальные пострадавшие встанут на ноги уже через несколько дней, то Марвину придётся оставаться неподвижным гораздо дольше.

«А оставлять здесь раненых, чтобы убраться самостоятельно — это будет вовсе глупо! Этак мы вернёмся, а в особняке никого нет! Может, в самом деле, расположиться где-нибудь всей компанией, чтобы не терять друг друга из вида? Ага. Ещё и часовых выставить, чтобы следили, как бы что не произошло. И в уборную ходить парами! В собственном доме!»

И всё-таки Каси боялась. Теперь она постоянно чувствовала жалобную просьбу поесть, и опасалась, что дом сорвётся.

«Пока мы не решим эту проблему нужно действительно следить друг за другом. Не терять друг друга из вида, и, самое главное, не ходить вниз! Особенно — Владу. А, кстати, где Влад?»

Влада не было. Вот только что был здесь, и Каси была уверена, что он где-то на больничном этаже, получает помощь, как и остальные пострадавшие от голодающего дома, но его там не было. Демонесса схватилась за переговорник, узнать, где он. Потом передумала, и решила попробовать по-другому. Сосредоточилась, обратилась к особняку… Влад был внизу. В средоточии — так она назвала себе ту жуткую комнату из плоти.

«Я же только что решила, что туда лучше не ходить! Это ведь очевидное решение!» — Девушка быстро спустилась вниз, перешла в секретный проход.

Влад сидел на удобном мышечном кресле, вытянув руку, с которой частыми каплями лилась кровь. Прямо на пол.

«Идиот!»

Нет, демонесса всё понимала. Можно было даже не спрашивать его, как он додумался до такого. Решил покормить дом. Очень хотелось крикнуть — «Да как ты можешь ей доверять? Как вообще можно лезть куда-то, где тебя только что чуть не сожрали⁈ Ты же её дразнишь! Это всё равно, что угощать собственной кровью акулу — кто знает, не захочет ли она большего?»

Не сказала. Какой смысл об этом говорить, если он сам всё прекрасно знает? Ещё и подавать идею этой… этому существу. Вместо этого тоже резанула себе ладонь, потому что Влад упорно продолжал кормить эту… Алису.

«Почему вместо того, чтобы предотвращать совершение глупостей этим человеком, я сама к нему присоединяюсь? — Подумала девушка. — Как так получается? Бездна, да он совсем бледный! И испарина на лбу! Он что, в самом деле, решил отдать ей всю кровь?»

В какой-то момент оба почувствовали, что Алиса уже не так мучительно голодна. Того, что ей дали по-прежнему было недостаточно. Слишком мало. Но на психику перестало давить чужое ощущение, что вокруг столько всего вкусного, а съесть нельзя. Каси посмотрела на свою окровавленную ладонь, посомневалась пару секунд, и…

— Дай сюда, — Попросила девушка, и схватила Влада за порезанную ладонь. Левой рукой, с которой тоже до сих пор капала кровь. — Вставай. Пойдём. Хватит уже.

«Всё равно так уже давно никто не женится. — Размышляла девушка, довольная своей шалостью. — Только в дамских романах сочетаются по древнему обряду, смешивая кровь в сердце дома. А ведь вот какое сердце, должно быть, имелось ввиду! Но это ерунда, всё равно понарошку. И он всё равно ничего не понял. И вообще — не ему одному же творить глупости! В конце концов, почему именно я должна всё время всё делать правильно?», — Она понимала, что это совершенно детское поведение, но отчего-то на душе стало приятно и спокойно от этой шалости. — «Будет теперь знать! Главное, чтобы папа не узнал! Он-то сразу поймёт!»