Оглянувшись и найдя взглядом противницу, старый гнолл-шаман скривил морду в подобие ухмылки, но быстро перестал обращать на нее внимание и повернулся обратно к стене. Сбоку от него встали целых трое гноллов-щитовиков — вторая стрела Лизалии воткнулась в один из щитов. Сам шаман в то же время задвигался пальцами и забормотал себе под нос очередное заклинание, нацеленное, как я понял, прямо на уже обогревший и немного окисленный участок частокола. Если ему все-таки удастся сделать достаточных размером брешь… Все гноллы перестанут лезть на стену и тут же рванут туда, сметая оборону защитников!

Старшая эльфийка подумала о том же о чем и я. Попыталась остановить шамана огнем из сразу нескольких стрел, но тщетно — все они воткнулись в сиреневое облачко перед шаманом, будто в желе. Его защитные возможности впечатляли. Запоздало и с досадой отметил: нужно было его грохать первым.

С такими мыслями я спрыгнул с насыпи и уже мчался вдоль частокола.

— Марко ко мне! — нашел я взглядом воеводу, который с ужасом уставился на то, как шаман дочитывает заклинание. Мотнув головой, он наконец отмер и побежал по насыпи параллельно мне, на ходу выслушивая приказы. — Все резервы вниз! Пусть встанут в построение с щитами и копьями чуть позади меня! Сам не своди взгляда с третьего атамана, до последнего не давай ему забраться на стену, ты меня понял⁈

— Я… Я понял!

К этому моменту часть бревен стены прямо на наших глазах с громким хлопком обратились в гниль и рассыпались прахом; обожженные кислотной магией щепки полетели во все стороны, явив в частоколе проход в полтора метра высотой и столько же шириной, куда тут же с рычанием хлынули первые гноллы.

Я находился неподалеку, поэтому без раздумий ускорился, будучи сбоку в слепой зоне одного из собакоголовых. Мой клинок вошел прямо ему под шею. Тот дернулся на меня, но я пинком отбросил его. Зажимая рану на шее, враг заскулил и осел на землю. Свист стали совсем рядом с ухом, но я уже рефлекторно присаживаюсь — мощный цеп проходит всего в каких-то сантиметрах над моей головой.

Оказавшись лицом к троим собакоголовым, держа меч перед собой, я начинаю быстро отступать к десятке резервных ополченцев. Краем взгляда замечаю: не слишком уверенно, но они успели встать в боевую формацию.

Гнолл с цепом хищно двинулся было за мной, но в его морду всаживается серебристая стрела. Другие собакоголовые настороженно отпрянули в стороны, прикрываясь кто чем может и пытаясь найти взглядом эльфийку.

К этому времени шаман вместе с тройкой щитовиков-телохранителей показался в проеме частокола. Еще десяток гноллов рычали позади, стремясь проникнуть внутрь. Ситуация принимала катастрофический оборот.

— Отходим! За баррикады! — хладнокровно скомандовал я ополченцам, мечом указывая направление. — Не теряйте строй!

Затем я громко свистнул, привлекая внимание Марко со стрелками и копейщиками на стене. Как только тот бросил быстрый взгляд на меня — я подал ему знак: коснулся ребром ладони горла и ткнул пальцем в сторону. Это означало: «Покиньте стены к ближайшему укрытию».

Тем временем еще один гнолл упал с торчащей из затылка стрелой. Асалия методично избавлялась от зазевавшихся противников, пользуясь тем, что ее до сих пор не могли найти в утреннем тумане. Отчего забежавшие внутрь частокола гноллы не слишком спешили догнать группы отступающих ополченцев.

Дела у ее сестры, думаю, шли не сильно хуже. С верхушки сосны на юго-западе Лизалия могла точечно достать врага вплоть до первых крестьянских домов. Даже если гноллы догадались послать по ее душу нескольких воинов — найти и с такой высоты выкурить ее будет довольно проблематично.

Мой десяток ополченцев успешно занял баррикады из бревен и валежника, которые стояли прямо посреди улицы между двумя избушками. Здесь у противника не будет преимущества в численности, силе и маневренности.

Я подоспел вовремя и тоже занял свою позицию, подбадривая вчерашних крестьян.

— Уже сдохло больше десятка собакоголовых! И сдохнет еще столько же! — рявкнул я. — Не ссать, братья, и слушать мои приказы!

Подгоняя, я разделил десяток на две четверки, а еще двоих поставил позади себя с наказом стать моей тенью. Четверки заняли обе стороны от узкого прохода, прячась за бревнами, я же встал с двойкой по центру чуть в глубине, наблюдая, как к нам подходят первые группы гноллов. Чертов шаман впереди ватаги бежать не стал… а жаль.

Троица гноллов не заметила скрытых по бокам за баррикадами людей и с раскатистым лаем метнулась прямо на меня, мешая друг другу, как вдруг — сразу по четыре копья высунулись промеж бревен — и к тому моменту, как я заблокировал своим щитком размашистый удар тесаком переднего гнолла, двое его сородичей уже корчились на земле в предсмертной агонии.

Военная мудрость говорит о том, что когда во врага тыкают сразу четыре копья — одно да обязательно попадет куда надо!

Мой противник едва успел осознать, что произошло с его подругаями, как два копья выскочили у меня из-за спины, по бокам, и воткнулись ему в живот. Собакоголовый тут же взвыл и ослабил хватку на тесаке, чем я и воспользовался. Отвел щитком лезвие в сторону и с подшагом всадил клинок ему под челюсть. Пинок — и тело врага с хрипом соскальзывает на землю прямо под ноги второй троице гноллов. Пребывая в боевой ярости, они не сразу поняли, как подохли их более прыткие сородичи.

Уже не так идеально, но и эта троица была заколота копьями. Третья группа собакоголовых насторожилась и уже не рвалась со всех ног вламываться в узкий извивающийся проход. У меня появилось время на мгновение подняться на бревна и обозреть, сколько их там.

Угу… Всего двое. Плюс чуть дальше шаман с тремя телохранителями. Остальные гноллы разбрелись по округе вдоль частокола — часть побежала влево и стала преследовать Марко и его группу. Другая, гораздо медленнее и настороженнее, преследовала людей, отступающих вправо. Оттуда в гноллов прилетел серебристый росчерк стрелы… Теперь ясно почему они не спешат и так осторожны. Обстановку понял. Что они разделились — это даже хорошо.

Пора нанести ответный удар.

— За мной! — махнул я мечом. — Не терять строй!

Как только две четверки не слишком уверено показались из-за бревен и заняли позиции за моей двойкой, я на полусогнутых ногах двинулся вперед, выставив меч и щиток перед собой.

А как только оказался за баррикадами — тут же накинулся на не ожидавших моего появления парочку гноллов. По всей видимости, они собачились и спорили между собой, кто пойдет первым в узкий проход. Теперь уже никто.

Первого я удачно полоснул по кисти, отчего тот выронил свою дубину. Второй — на инстинктах отступил назад, защищаясь, я за ним, игнорируя первого подранка. Спиной ощутил, как к нему метнулась парочка копий.

Второй гнолл неплохо защищался топором от моих выпадов, но ровно до того момента, как из-за баррикады позади меня не появилось еще несколько ополченцев с щитами и копьями.

Встретился взглядом с удивленным шаманом. Он явно не ожидал, что, едва спрятавшись, люди так быстро покажутся обратно. Старый гнолл пролаял приказ и трое гноллов со щитами выстроились перед ним. К этому моменту четверки крестьян закололи двоих гноллов и вновь встали за мной, выставив копья. Теперь уже гораздо смелее и увереннее — я это чувствовал. Минус восемь вонючих шавок за минуту… Такое лечит любую робость.

— Человеческий выродок! — гортанно прохрипел на имперском наречии шаман с большим акцентом и взмахнул посохом, став зачитывать заклинание. — Шандха кара…

В этот момент я понял, что пора менять тактику. Шаман и трое-телохранителей… Остальные гноллы далековато. Нас одиннадцать. Шаман готовит что-то убойной, и мы у него прямо на ладони, даже если закроет глаза, как пить дать кого-нибудь заденет… — мысли пронеслись в одно мгновение.

— В рассыпную, парни! — отдал я приказ. — Окружаем этих! На одном месте не стоим! Все время двигаемся! Прикрываем друг друга! Все как учили! Шаман на мне! Щитовики на вас! Как поняли⁈ — в конце повысил голос я.