— Понятнее не стало, если честно, — тихо сказал я, но Гул’Карон прекрасно услышал.

— Ты можешь противиться чужой воле и подчинять других своей. По сути, на тебя не будет действовать любой вид ментального вмешательства, — вот эта информация меня сильно порадовала, — ну а сам ты можешь воздействовать на других, причём, насколько я знаю, очень даже эффективно. Ты помнишь, как проходило твоё первое испытание? — я кивнул, — Расскажи.

Я не видел смысла ничего утаивать и рассказал ему всё в подробностях, причём не только про первое, но и про все остальные. Он точно разбирается в этом во всём гораздо лучше меня. Может, что и подскажет дельного.

— Вот как… — он задумался на какое-то время, — Если у императора воля выражалась мыслями, то у тебя, как я понимаю, она должна воплотиться в голосе. Скоро с тобой станет опасно разговаривать, ученик. Первое время ты можешь сам не замечать, как станешь воздействовать на других голосом, и они начнут исполнять любые твои команды. Я постараюсь обучить тебя контролю, но я в этом не очень хорошо разбираюсь. Будет сложно.

— Ага, больно и долго, — данный постулат я уже успел осознать во всей его красе, — кажется, я уже начинаю к этому привыкать. Что по поводу пространства и буста?

— С пространством всё просто: телепорты, твой телекинез, хранилища, да и много чего ещё полезного. Это редкая предрасположенность, но у меня такая же, поэтому я смогу тебя обучить и развить дар на максимум, — обрадовал он меня. — К тому же, теперь тебе точно никогда не быть бедным, — он заливисто рассмеялся, — пространственные артефакты, которые я научу тебя изготавливать, стоят очень дорого.

Это что же получается? Я сам научусь делать браслеты-хранилища и пространственные палатки? Ух! Уже чувствую, как ИБ текут рекой в мой карман! Осталось только дело за малым — выбраться отсюда на волю.

— А вот с бустом всё сложно, — Гул’Карон продолжил разъяснения, — об этой способности я только слышал, она считалась у нас чем-то вроде легенды. Никогда не встречал никого, кто бы владел бустом, только слухи.

— Но всё же, что-то ты можешь рассказать? — мне очень хотелось разобраться в том, что же я всё-таки получил.

— Начну с того, что способ, которым ты получил свой четвёртый дар, крайне необычен. Я в первый раз слышу, чтобы хранитель выдавал дар лично, и также в первый раз слышу, чтобы он выдавался в начальном пространстве — это что-то новенькое.

— Это хорошо или плохо? — уточнил я на всякий случай.

— Наверное хорошо, — он пожал плечами, — в этом нам предстоит разобраться вместе. Твой кот получил укрепление, он может значительно усиливать собственное тело и отдельные его составляющие, к примеру когти. Буст — это что-то похожее, вот только ты можешь кратно усиливать абсолютно любой аспект, будь то сила, скорость, мысль, магия, да вообще всё, что угодно! Это вспомогательный навек, который в разы увеличит эффективность всех остальных. В том числе и волю. Если честно, ученик, я уже начинаю немного завидовать тебе и раздумываю, не лучше ли тебя уничтожить, пока ты не вошёл в силу…

— Может не надо? — я прекрасно понимал, что прямо сейчас ничего не смогу противопоставить лорду демонов. Если захочет меня уничтожить, сделает это без проблем.

— Не надо, — легко согласился он со мной, — ты мой единственный шанс выбраться из проклятого домена. Но теперь у меня будет условие, без которого я не стану продолжать твоё обучение. Ты должен поклясться, что никогда не станешь применять свои способности против меня. Это будет клятва на крови, которую нельзя нарушить. Нарушишь её когда-то — умрёшь.

— Хорошо, — ответил я после продолжительной паузы, — я согласен, но с оговоркой. Ты тоже дашь клятву учитель, что никогда не пойдёшь против меня или моих близких.

— Это не так просто, я должен подумать, — ответил он, обдумав моё предложение.

— А в чëм проблема? — я сразу заподозрил что-то неладное.

— Проблема в том, что кровь — это один из моих даров. Я могу принять у тебя клятву на крови, но то, что предлагаешь ты — это несколько мной ритуал. Братание на крови. После него мы станем практически родственниками, сможем общаться мысленно на расстоянии и будем чувствовать состояние друг друга. Ты осознаëшь последствия? Мы плохо знаем друг друга. Готов довериться демону, пусть ты и называешь его учителем?

— Не уверен, — признался я честно после некоторого размышления, — но давать одностороннюю клятву я точно не стану. Слишком большие риски.

— Понимаю тебя и принимаю твоё решение. Нам нужно узнать друг друга получше, — согласился он, — я обучу тебя некоторым базовым навыкам и так. Кто знает, как всё изменится за это время? Когда-нибудь мы вернёмся к этому разговору.

— Договорились, учитель, — я облегченно выдохнул. — А какой у тебя третий дар, если не секрет?

— Обычно о таком не принято спрашивать, но ты и так уже знаешь ответ. Подумай.

— Алхимия? — я вспомнил горошины, которые он давал нам с Васькой.

— Молодец, внимательный, — похвалил он меня, — ладно, пошли в дом. Сегодня отдохнешь и приведешь себя в порядок. Завтра начнём настоящее обучение. Нам обоим придётся очень много поработать. Я сделаю из тебя настоящего воина и сильного мага. Это будет…

— Долго, сложно и больно, я помню, — я кое-как поднялся на ноги, — я уже понял, что ты садист, учитель.

— Ну а чего ты хотел от демона, ученик? — кажется, его моя фраза только позабавила.

Земля. Две с половиной недели с исчезновения Брода.

— Так и нет вестей? — спросил Юрий Загонов у собравшихся на совещание соратников.

— Нет, — покачал головой Андрей, который временно заменял Брода в переговорах с важными людьми. Он очень надеялся, что действительно временно, ведь в гибель самого сильного из них товарищи верить отказывались.

— У каменного куба постоянно кто-то дежурит, — добавила Катя, которая помогала Андрею в переговорах, — Толик вообще как с ума сошёл, ни в какую не хочет уходить оттуда. Как Хатико какой-то прям. Но мы так и не поняли, как этот кирпич открыть или забраться внутрь.

— А как другим попасть на Луркерию, тоже не придумали? — Загонова очень интересовал этот вопрос. Когда ему рассказали, что встретили настоящего капитана космического корабля, который случайно прилетел в тот мир и застрял там, он крайне возжелал исследовать данный корабль, чтобы освоить новые технологии, но возможности такой не было. С исчезновением Олега пропал и способ переправки на Луркерию. Теперь туда могли ходить только те, кого провёл он лично. И даже способ хотя бы поговорить с этим капитаном он так и не нашёл.

— Способ есть, — пояснил Танк, — Самуэль слетал в Элестос, сходил в разведкорпус, нашёл там в продаже нужный навык, вот только у него не хватает очков, чтобы его купить. Но это вопрос времени. Даже если Брод… Будет отсутствовать неопределённый период, — он не хотел говорить вслух «не вернётся», — когда-нибудь способ у нас появится. Возможно даже скоро.

— Ну хоть одна более-менее хорошая новость, — кисло прокомментировал Юрий Петрович. — По поводу Анатолия мне тоже известно, дочка все уши прожужжала, и ведь тоже сидит там с ним, не уходит практически.

— Толик крайне предан Олегу, — сказала Катя, — нет, мы, конечно, все ему преданы, но парень относится к нему, как к отцу. Для него он стал самым близким и родным человеком. Он тяжелее всех переживает потерю.

— Да уж… — Загонов тяжко вздохнул, — остаётся только надеяться, что Олег жив и найдёт способ вернуться. Есть какие-нибудь новости по поводу этого куба? Узнали что-то новое?

— Только то, что рассказал нам капитан Ган, — Андрею оставалось лишь развести руками, — я озадачил помощницу Олега на Луркерии поиском информации, передал ей целую кучу баллов, но результата пока нет. Такое ощущение, что никто ничего толком не знает про эти домены. Даже на аукционе нет информации, но мы ищем.

— А как вообще дела с заработком ИБ? — Загонов сменил тему на ту, которая его интересовала ничуть не меньше пропажи партнёра.