Ситуация в Орлейне, на первый взгляд, аховая, но не безнадежная. Безнадежной она бы была, не будь здесь вообще людей, а так… Долги, полная разруха, враги у ворот и постоянная угроза из леса… Максимальный уровень сложности, но мне ведь не привыкать?

В прошлой жизни я кем только ни был, успел прожить довольно долгую и насыщенную жизнь. В юношестве и на стройке успел поработать, и получить высшее, и помотаться по фирмам «кризисником», а под конец и свой маленький бизнес открыть. В общем, крутился и так, и этак, чтобы обеспечить себе достойную старость. Наверное, был из немногих, кому это на самом деле удалось.

Даже и не думал, что весь этот багаж опыта и знаний наконец пригодится, а то ведь в шкуре бесправного салаги особо своими навыками из прошлой жизни не пощеголяешь. Быстро укажут свое место или того хуже — зарежут и прикопают под ближайшим кустом. Я это отчетливо понимал, поэтому старался не выделяться. Служба в армии мне еще в той жизни разбила розовые очки, а в этой, в легионе… Я сходу умножил все на десять, поэтому и остался целым.

В какой-то момент раздумий краем зрения я обратил внимание на грубую каменную кладку у камина. Один из камней показался мне выбивающимся из ряда… А затем и вовсе — я «подсветил» его Оком и удивился. Камень испустил едва заметное сияние, будто скрывал какой-то секрет.

Я подорвался с кресла и начал осторожно ощупывать то место. Камень под слоем копоти имел другой, более темный оттенок, и наощупь — оказался более гладким и отполированным, то ли временем, то ли частыми прикосновениями. Выходит, зрение меня не обмануло…

Я уже потянулся к лезвию боевого ножа, чтобы поддеть и вытащить его из кладки, как перед глазами вспыхнуло кроваво-алое оповещение:

[ВНИМАНИЕ! Обнаружено срочное задание: Защити деревню от катастрофы любой ценой!]

…

[Награда: Местонахождение Драконьего Яйца]

Едва я очумело заморгал, пытаясь осмыслить вспыхнувшие слова, как в этот самый момент, резанув по барабанным перепонкам, раздался протяжный и холодящий душу вой, полный ненависти и злобы. За ним последовал второй, затем третий, уже в несколько глоток, сливаясь в нарастающую симфонию приближающейся беды.

Я метнулся к узкому окну, отодвинув потрепанную штору. Уже давно сгустились сумерки, но Оком я разглядел в темноте за частоколом десятки багровых огоньков, быстро приближающихся к деревне от северной кромки леса. Среди них особенно выделялась аура какого-то огромного существа, пылающего первобытной яростью.

Тут же перед глазами возникла еще парочка сообщений:

[Волна монстров через: 00:03:00… 00:02:59… 00:02:58…]

[Прогнозируемая угроза: стая Искаженных волков. Вожак: Теневой волколак (Ранг II). Состояние: Опасно озлоблен, готов убивать без разбора]

Три минуты. Всего три минуты до начала настоящего кошмара.

Я закрыл штору, вдохнул и выдохнул пару раз. Воздух показался ледяным. В свете стоящей на столике одинокой свечи в потускневшем окне мельком отразилось мое лицо с густой щетиной. Выражение серьезное, собранное, но удивительно спокойное. Я уже не единожды видел смерть. Привык к ней. Я больше не тот слегка растерянный перерожденец полугодовой давности и не тот неудачливый легионер, которому некуда бежать и некуда податься.

Теперь я — Лорд, владыка этих земель, у меня есть ключи к силе, о которых я мог только грезить по ночам, стоя на бесконечных дежурствах и вместе с лесными мышами кутаясь в одеяла в промозглых палатках.

И какой-то волколак и его волчьи псы хотят у меня все отнять? Когда я только это обрел? Не бывать этому!

Пусть начнется мой первый бой во имя себя, а не интересов проклятой империи. За свой новый дом и свое будущее!

…Мысленно воззвав «молитвы» в духе Земных стоиков, я в темпе взял со стола свой старый легионерский меч, натянул шлем и надел на руку наруч со щитком. Знакомая защита на голове, шершавый эфес в ладони и кожаная перевязь щитка настроили меня на нужный лад: убивать или быть убитым. Зазубренное немного ржавое лезвие последний раз зловеще блеснуло в свете оплывающей свечи, и вот я уже бегу по лестнице вниз. На краю зрения по-прежнему висит таймер:

[Волна монстров через: 00:02:30… 00:02:29… 00:02:28…]

Впереди ждала ночь — холодная и жаркая одновременно. Ночь, которая определит, чего я стою на самом деле. Всю мою дальнейшую судьбу в этом мире. Тварь я дрожащая или право имею.

— Ацио келма куарис! — сквозь зубы бросаю я в темноту боевой клич и выбегаю на крыльцо усадьбы.

…И ни шагу назад.

Воздух в Орлейне в эту ночь как назло пропитался тяжелым давящим свинцом. Каждый вдох с непривычки к холоду обжигал легкие. Температура опустилась ниже нуля.

После короткого броска до частокола былая предбоевая эйфория исчезла, оставив лишь осевшую в костях ледяную сосредоточенность. Отголоски первого воя стихли, и наступила та самая гнетущая тишина, что бывает перед бурей.

— Аву-у-у!

Ночь вновь разорвал вой. Протяжный и полный нечеловеческой ненависти, от которого кровь стыла в жилах. И снова его подхватили десятки глоток, сливаясь в жуткий звериный хор.

Вместе с группой самых храбрых крестьян я застыл у широкой щели в северном частоколе, вглядываясь в непроглядную живую тьму. Напрягал Око до предела, чтобы оценить численность четвероногого противника.

Из черной чащобы на опушку, один за другим, продолжали выскакивать крупные тени, больше любого волка из видимых мной в двух жизнях. Их глаза горели алым, волосатые морды перекосило от кровожадности, а из пастей капала белесая слюна.

Так вот они какие… Искаженные волки. То, что их морды исказило, тут без вопросов, но как это отразилось на их боеспособности? Вот чего бы мне сильно хотелось узнать заранее. До столкновения с ними.

Бросил взгляд в сторону семерых бледных крестьян с вилами и мотыгами. Боюсь, в этом деле они мне не советчики. Вон как дрожат, ляпнешь чего не то — и они тут же разбегутся кто куда, дай им только повод.

— Мужики! Вы же понимаете… отступать некуда? — с этими словами я вряд ли кого подбодрил, но выбора не было, надо до них достучаться, пока страх не парализовал окончательно. — После нас они примутся за остальных, ваших чад и домочадцев. Такие туши нами не наедятся… Вскроют ваши ветхие избы как скорлупу!

…О том, сколько в прошлый раз полегло людей, причем обученных держать меч, я здраво упоминать не стал. Тут уже будет перебор.

Мужчины побледнели, но покрепче схватились за свое оружие.

— … По крайней мере, вы не трусы, — одобрительно процедил я, пройдясь перед ними и цепко ловя взгляды. — Трусы сейчас отсиживаются по своим домам, надеясь на чудо и божью благодать. Вы и сами знаете… Она покинула эти места еще задолго до моего прихода. Все в ваших руках, парни! Ваше настоящее, ваше буду…

— Ау-у-у!

Договорить речь мне не дал очередной злобный вой. Я обернулся и встретился взглядом с… настоящим чудовищем. Вожаком искаженных волков.

Тот неспешно вышел на опушку леса после своей стаи. Массивный, на двух ногах, с грудью как у колеса телеги и покрытый спутанной шерстью цвета печной сажи. Пара пронзительно-желтых глаз на вытянутой морде светила в туманной темноте, и в этом свете виднелся не обычный звериный голод, а расчетливый кровожадный разум. Аура вокруг его фигуры пылала таким густым, червонно-черным маревом, что у меня на мгновение перехватило дух. С настолько устрашающим созданием в свою бытность легионером я еще не сталкивался. Мой внутренний радар буквально кричал об угрозе, чей уровень зашкаливал, преодолевая все мыслимые и немыслимые пределы. С первого взгляда я понял: в прямом бою я ему не противник.

Чего уж там… Поджилки затряслись, но я хладнокровно сцепил зубы. Умерев однажды, даже испытывая испуг, начинаешь по-другому относиться ко всему — и ко страху в том числе.

По команде волколака толпа волчьих рыл трусцой рванули в нашу сторону…

— Оружие держать перед собой! — командирским тембром сказал я, привычным и отработанным движением крепко сжимая щиток и свой легионерский меч. — Напоминаю, вы двигаетесь строго за моей спиной. Не даете окружить меня. Бьете и разите сбоку. Так, словно от этого зависит ваша жизнь! И да поможет нам господь… Или в кого вы там веруете!