- Какой рассказ? О чем? – тем временем Даниэль собирал мое оружие и вернул мне. Неуверенно приняла из его рук свой арсенал и рассовала по ножнам.

- О том, кто вы такая на самом деле – он взял меня за руку и повел за собой без каких-либо видимых усилий. Я по-прежнему пыталась противиться его воле – безрезультатно.

- Я знаю, что была наследницей Дуата, теперь я никто – ответила, сдаваясь на милость победителя.

- Не правда, слушайте...

- Все началось девятнадцать лет назад, во время войны. Дуат, Конгор и Ниора объединившись, напали на Трой, а затем на Маджи. Цернунн, которую вы привыкли считать своей матерью, отправилась на войну вместе с Сагром.

Во время похода она родила дочь. Резервные войска Дуата, в стане которых находилась Цернунн, были уничтожены. Она с ребёнком сумела спастись и в повозке добраться до дворца Лас-Ивэн, чтобы предупредить конунга о случившемся. Во дворце она никак не могла найти Сагра и в одном из коридоров её настигла вражеская стрела. К счастью для младенца, висевшего у неё за спиной, стрела не прошла насквозь.

В это время в апартаменты правительницы Маджи – Равенны – ломились воины Дуата. Три дня назад у неё тоже родилась дочь. Королева ещё не оправилась от тяжёлых родов и была очень слаба. Взяв ребёнка, она вместе с кормилицей ушла через тайной ход, что вел в тот самый коридор, где лежала Цернунн.

Как только Равенна показалась в коридоре, попала под обстрел и также была смертельно ранена. Кормилица, сопровождавшая королеву, в страхе спряталась за угол. Женщина изредка выглядывала, выжидая момента, чтобы подобраться ближе и спасти хотя бы ребенка.

Умирая, Равенна понимала: воины Дуата вскоре займут этот этаж, что означало смерть для её недавно родившейся дочери. И в этот момент королева увидела Цернунн. Равенна подползла к ней, подменила детей и, откатившись с чужим ребёнком подальше, умерла.

Вскоре этаж действительно заняли воины Дуата во главе с Сагром. Он был глубоко потрясён, увидев свою жену распростёртой на полу, со стрелой в груди. Но на тот момент Цернунн ещё была жива. Она нашла в себе силы прошептать, что резервные полки пали и войск у Дуата больше нет. Но не успела сказать конунгу, что за её плечами чужой ребёнок.

Сагр тогда смог подавить гордость и с остатками войск покинул замок. В суматохе никто не обратил внимания на мёртвую Равенну, державшую в руках настоящую наследницу Дуата.

Всю сцену в коридоре наблюдала старая кормилица, которая пряталась за углом. Несчастная старуха от пережитого ужаса онемела и никак не могла рассказать королю Харальду о том, что произошло. Не могла она и написать, поскольку была неграмотна.

После смерти королевы её отправили в родную деревню: в замке она держалась только по желанию её госпожи. К тому времени, когда кормилица выучила язык немых, у нее начались проблемы с памятью. Она не единожды отправлялась в Лас-Ивэн, но всякий раз забывала, зачем туда идёт. Возвратившись, она вспоминала все и в горе плакала до тех пор, пока не засыпала. А утром все начиналось сначала.

Так продолжалось долгое время и вся деревня считала её сумасшедшей. С памятью у старушки становилось все хуже. Она вспоминала о своём неотложном деле всё реже и реже. Но однажды всё изменилось.

Дело было осенью. Холодным, дождливым и ветреным вечером старый колдун по имени Огма брёл по дороге в поисках ночлега. В душе он поклялся, что непременно попросится под кров в первый же попавшийся дом, будь это даже жилище самого дьявола.

Дом кормилицы был крайним в деревне и Огма постучал именно в её дверь. Но старуха жила одна. Родных у неё не было, поэтому она очень боялась, что её могут ограбить и открывала двери только соседям, которых знала по голосам. Не слыша ответа на свою просьбу о ночлеге, Огма сотворил заклинание и прошёл сквозь дверь.

Увидев странного, мрачноватого вида старика, по бороде которого ручьями сбегала на пол вода, да ещё и вошедшего сквозь двери, словно привидение, кормилица завизжала, как девица, узнавшая, что за ней подглядывают во время переодевания.

От страха к ней вернулся голос и она тут же стала угощать вошедшего такой отборной бранью, вперемешку с молитвами и заговорами от духов, что колдун, хоть и не такое за свою жизнь повидал, и то по началу смутился.

После того как эта парочка, наконец, нашла общий язык, кормилица рассказала Огме о подмене детей и попросила помощи. Наутро они вдвоем отправились в Лас-Ивэн и Харальд, наконец, узнал всю правду. Вы – настоящая наследница клана Маджи и я послан вернуть вас домой.

Несколько мгновений молчала, осмысливая сказанное, а потом спросила:

- Как вышло, что Харальд послал с таким важным поручением человека из клана Трой, а не кого-то из своих людей?

- В королевстве Харальда не нашлось безумца, готового сунуться в самую пасть Дуата, даже за огромное вознаграждение. Тогда он обратился к Сиятельному Владыке Энриэлю – правителю дивного народа. Я тоже не горел желанием отправляться в Дуат. Но мне наглядно показали, что за отказ от такого «предложения» лишат многого.

- Хорошая история.

- Вы снова мне не верите?

- В твоем рассказе слишком многое не сходится.

- Тогда скажите мне, что вы хотите знать – я отвечу на все ваши вопросы.

- Кто ты такой?

- Это правильный вопрос – улыбнулся мужчина – Я – жрец Храма Луны.

Ни больше, ни меньше… я онемела. О могуществе лунных магов ходят легенды. И я собиралась сбежать? Если он достаточно долго состоит в этом ордене, побег мне точно не светит! Но принимают ли в Храм Луны людей? Кажется, исключения бывали – три-пять человек за несколько сотен лет.

- Вот с этого тебе и следовало начинать свой рассказ – наконец выдавила я – Я никому не говорила о побеге. Как ты узнал, что меня нужно искать не в спальне, а за воротами замка?

- Я добрался до Ат-Дишан и стал за вами следить. Прикинулся засветившимся лазутчиком, чтобы попасть в замок. Потом составил цепь случайностей, которая привела вас сначала в подземелье, а потом в мою камеру.

- Вот здесь поподробней. Каким образом ты всё это провернул?

- Я узнал, что ваша сестра вас люто ненавидит. Её ненависть сильно возросла, когда она узнала о том, что вас хотят выдать за муж за Слэйта. Ярость ослепила ее, и я этим воспользовался, подбросив ей идею с покушением.

- Так это твоя работа! А если бы те трое меня убили?

- Исключено: я знал, что вы справитесь. Кроме того, я следил за ходом поединка и в нужный момент пришёл бы на помощь.

- Находясь за решёткой?

- Достаточно маленькой случайности, чтобы изменить направление событий в нужную сторону… и такую случайность я способен создать своей волей. Вспомните, тот третий убийца, что прыгнул на вас с арки, совершил свой прыжок с опозданием, не так ли? А ведь все трое планировали напасть одновременно…

- А идею отравить меня тоже ты Зирте «подбросил»?

- Нет. Это моя оплошность. Но я снова устроил маленькую случайность: предложил поварихе, готовившей ужин, мысль приготовить несколько острых блюд. Специи, как вы знаете, вызывают сильную жажду, которую я немного обострил в нужный момент. В итоге вы отправились на кухню и узнали о покушении.

- А как ты понял, что именно Зирта собирается предпринять?

- Я наблюдал за ней и увидел, что она принесла в замок яд. Зная, что она боится быть разоблаченной, я предположил, что исполнителем будет ваша горничная – это самый лёгкий путь. Желая привести вас в свою камеру, я предложил Сагру мысль поручить ведение допроса одного из нападавших вам. Как вы уже догадалась, драгера я приманил кровью.

- Своей?

- Для этого я поймал пару крыс – в подземелье их великое множество. Оружие я пронёс…

- Так же, как сегодня обошёл засаду.

- Верно. Я организовал случайность с факелом, упавшим в лужу на полу, потом убил второго драгера чакрой (Чакра (санскр. — колесо), металлическое кольцо с режущим наружным краем. Диаметр до 30 см. Оружие раскручивают вокруг указательного пальца и метают в цель на расстоянии до 50 м.), позаботившись, чтобы она попала в ваши руки. Я хотел вас заинтриговать, и у меня это получилось. Я знал, что пыток на допросе можно не опасаться. Но, надо сказать, с кинжалом вы меня удивили. Думал, что  меня вот-вот начнут разделывать, как кролика.