— Так даже кудесникам надо отдыхать. Прирезать его во сне или из засады было бы нетрудно, — перебил я брата.

— Все не так просто. После гибели царствующей фамилии в Закрытом городе Мадриде власть в свои руки взял Трибунал священной канцелярии инквизиции…

— Мы тут все в курсе, что упраздненная сорок лет назад организация возродилась и захватила власть по всей Испании. Давай ближе к теме! — возмущенно сказал я.

— Я по теме. Как это рассказывал дон Хуан.

— А ты как его услышал?

— Пересказала Кьяра. Продолжать?

— Ладно, слушаю.

— Так вот, возродившийся Трибунал вскрыл завещание, оставленное первым Великим Инквизитором Томасом де Торквемада. Его должны были прочесть только в случае катастрофы мирового масштаба. В этом послании находились инструкции к действию. Одна из них требовала назначить мужчину из рода Тенорио на пост руководителя тайных операций. Подходил под это только дон Хуан. За несколько лет он заставил все благородные семейства Испании и частично Франции подчиниться Трибуналу под руководством королевы Англии.

— А при чем тут Англия? — не выдержал я.

— Дон Хуан, когда изливал душу Кьяре, проболтался, что скоро убьет лорда Уильяма Кавендиш-Бентинка. Для этого он и прибыл на Корсику. Он хотел этим разорвать связь между орденом и Англией, что открывало ему самому путь к испанскому трону. Сразу по прибытию на Корсику, до того как устроить бойню, он еще взял в заложники Франческо, чтобы сильнее связать руки герцогу. Сейчас Франческо держат на корабле солдаты инквизиции во главе с Триумвиратом, там же ночует и сам Хуан, чтобы не застали врасплох во сне. Кьяра, отказываясь от навязанной свадьбы, сказала что у нее есть жених, Жозеф Бонапарт. И отправила его искать меня в самшитовую рощу, откуда-то зная, что туда направился лорд Кавендиш и надеясь их стравить. Сама примчалась к нам домой, предупредить об опасности. Я, зная что ты пошел в эту рощу, бросился тебе на помощь. И нашел вас в тот момент, когда Антонио продавил преграду. Ты был без сознания и весь в крови. Я схватил ведро, стоящее у того большого куста, чтобы смыть кровь. Чтобы Антонио удобнее лечить тебя, — завершил свою речь Жозеф.

Я понял, что загадка ведра будет меня мучить еще долго.

Антонио в это время закончил лечебные процедуры, приведя мое тело в окончательный порядок. Мне даже с легкостью удалось сесть. Взгляд зацепился за шпагу, взятую трофеем у дона Хуана. Клинок быстро покрывался ржавчиной и через несколько минут осыпался желтыми хлопьями на порезанные во многих местах брюки. Парочка, стоявшая возле меня, уже привыкла к различным чудесам, происходящим рядом с таким замечательным ведьмаком.

— Наполеон, извини за неподобающее поведение. Я очень благодарен за помощь сестре. Теперь, прошу прощения, мне необходимо спешить на помощь брату, — сказал Антонио устало и официально.

— Я иду с тобой, мы обязательно спасем Франческо! - с пафосом произнес Жозеф.

— То есть вы вдвоем собираетесь взять на абордаж испанский галеон, заполненный толпой рыцарей веры? — поинтересовался я.

— Нет, мы зайдем в замок, соберем солдат и покажем им, кто хозяин Корсики! — выдал Антонио.

— Предположим, тебе удастся разгромить святош и даже освободить брата. Теперь скажи, сколько проживет род Маналезе, когда за это вас отлучат от церкви и объявят на вас крестовый поход? — уточнил я.

Растерянный взгляд этих героев стал мне ответом. О таком развитии событий никто не подумал.

— Что делать? Ведь тогда эти фанатики сожгут Франческо! — воскликнул Жозеф.

Подключив «Распараллеливание сознания», я получил совет: стравить англичан и инквизицию. Под «Гневом орков» составил черновой план и начал раздавать поручения.

— Жозеф, спрячь труп мерзавца. Торопитесь домой, возьмите Кьяру, всех бойцов, которых найдете, и отправляйтесь в замок. Антонио, веди их к отцу. Пусть герцог собирает самый мощный отряд и, как только в порту начнется заварушка, поспешит туда. В бой пускай вступает на стороне инквизиторов против чудовищ.

— Каких чудовищ? Откуда они там возьмутся? — воскликнул чародей-медик.

— Монстры будут. Это моя забота. Твое дело — предупредить отца. И пусть делают вид, что торопятся на помощь, но на деле действуют аккуратно. Чем больше враги перебьют друг друга, тем лучше.

— А ты сам куда? — спросил Жозеф, видя как я со скрипом всех суставов воздвигся на ноги.

— Я пройду дразнить чудовищ, — объявил я. С большим усилием заставил себя сделать первые шаги в в сторону усадьбы купца. — А трупом пусть займется дриада.

Злоупотребление замедлением времени перегрузило все мышцы и связки. Смягчившись поначалу при ходьбе, они вскоре отчаянно заныли. Отходняк от борьбы на грани выживания, тревога за реализацию интриги по стравливанию сильных противников, кровавая изрезанная одежда — в ворота усадьбы купца я вполз, словно бомж после приема литра денатурата. Охранник с удивлением уставился на меня.

— Зови главного, — прохрипел я, прислонившись бессильно к створке ворот.

Подошедший франт с презрением в голосе поинтересовался у охранника:

— И ради этого недобитого куска мяса ты осмелился оторвать меня от трапезы?

— Он утверждает, что принес вести про лорда Уильяма, - пробубнил смущенный боец.

— Сэр, прошу выслушать меня. Я, Наполеон Бонапарт, должен был с утра передать уважаемому лорду Уильяму Кавендиш-Бентинку важный для королевы груз. Во время нашей встречи неожиданно появился дон Хуан Тенорио из Триумвирата инквизиции. Он напал на лорда, и их отгородил купол, не позволяющий мне вмешаться и оказать помощь лорду. Через некоторое время препятствие исчезло, и оттуда вышел дон Хуан. Один! Он со смехом нанес мне множество ран, забрал товар и оставил меня умирать. С помощью лечебного зелья от матери, которое я всегда ношу с собой, мне удалось выжить и добраться сюда. Куда пропал лорд Уильям после боя не представляю, — голосом умирающего лебедя произнес я, рассматривая через полуприкрытые глаза новую занимательную личность.

На голове франта красовался темный котелок, задорно сдвинутый на затылок. Бледность лица подчеркивали тонкие черные усики, словно приклеенные к верхней губе. Серый сюртук идеально сидел на изнеженно-хрупком теле. Рубашка и брюки были пепельно-белого цвета. Танцующей походкой он приблизился и одним стремительным движением, ухватив за остатки изрезанной одежды, с легкостью оторвал меня от земли. Его глаза с вертикально вытянутым зрачком приковали мой взор. Мир замер. Казалось исчезли звуки, свет, любое движение. Ощущение мерзкого и холодного проникновения под черепушку заставило срочно обратиться к спасительному умению «Тупость тролля». Как вовремя дракоша снабдил меня возможностью защищаться от ментальных атак! Не иначе, у него предчувствие!

Чужая воля, отдавшая приказ всецело подчиняться, бессильно омыла каменную крепость, защищавшую мой мозг. На всякий случай я подыграл менталисту: свесил голову на плечо, глаза свел к переносице, широко улыбнулся и пустил слюну через нижнюю губу.

— Сэр, вы опять вложили слишком много энергии. Теперь он бесполезен, только на самые простые вопросы сможет отвечать, — тяжело вздохнув, заметил охранник.

— Сам вижу, что перестарался. Попробуем так. Ты сказал правду?— прошипел франт.

Я как болванчик закивал головой и радостно заорал:

— Да! Да! Даааа!

Франт царапнул мне ногтем щеку и, словно грязную тряпку, отбросил в сторону мое тело.

— Собирай всех бойцов! — рявкнул он. — Этого — к остальному мясу. Фермент созревания блюда я ему уже ввел.

Охранник, схватив меня за руку, поволок в дом. Чувствовать себя куском мяса для дешевой тушенки было не очень приятно. Хотелось надеяться, что все это не зря. Мой путь завершился в знакомом подвале, заполненном людьми, лежащими на полу. Здесь рыдали и просили о помощи, в нос ударил ужасающий запах разложения.

Охранник оставил валяться меня сразу у входа и захлопнул дверь, погрузив пыточную в темноту. Плач и стоны со всех сторон усилились и стали еще ужаснее, словно здесь мучились неупокоенные души. Только запах и боль привязывали к реальности. Я чувствовал, как на щеке, в месте пореза, появляется болезненная язва, сочащаяся липким, и все ссадины, полученные сегодня, открываются и болят. Силы утекали с ужасающей быстротой. Поднеся руку ко рту, я неумело впился в нее зубами.