Пока я разбирался с наследством бывшего капитана, началась сильная боковая качка. С трудом выйдя на палубу, увидел, что наше судно при отсутствии рулевого, стало боком к волне. И теперь исполняет танец ваньки-встаньки.

Бросившись к штурвалу, я сумел после недолгой борьбы подставить корму под набегавшую волну. Выбрав из позеленевшей от морской болезни команды самого адекватного, поставил его за штурвал.

К ногам упала дохлая чайка со свернутой шеей.

Вслед за ней медленно спланировала очень злая и уделанная птичьим пометом феечка.

— Сам на эту сраную мачту лезь! — прошипела она и, разбрызгивая крылышками вонючий продукт, улетела в капитанскую каюту.

Жемчужинка категорически отказалась лезть на мачту и спряталась в татуировку на груди. Дверь в камбуз медленно отворилась. В проеме показался Колобок со сковородкой на голове и облитый оливковым маслом. В его небольшой ручке лежал кухонный тесак. Фирменная улыбка сменилась хищным оскалом.

— Карамба! Какая сволочь была за штурвалом? — прорычал он.

Увидев нашего кока, свеженазначенные матросы задумались об освежающих забортных ваннах. Не дождавшись ответа, колобок в сердцах воткнул тесак в дверную коробку и пропал, уйдя в астрал. Причем непонятным образом прихватил с собой и сковороду.

Салаги-матросы вопросительно уставились на меня. Капитан — это не только привилегия, но и тяжелая организационная работа. Поэтому я назначил нового кока, поставил на дежурство впередсмотрящего и взад-смотрящего. Последнему очень не понравилось название его должности. Я предложил ему забраться на мачту и пообещал подобрать самое благозвучное имя к его должности. Он немного подумал и категорически отказался.

Остальных отправил отдыхать в кубрик. С помощью двух песочных часов, найденных в каюте капитана, распределил время вахты. Бросив взгляд на безбрежные воды и безоблачное небо, отправился проводить инвентаризацию груза. После посещения пустынной скалы мысль о бездарной эксплуатации пространственного кармана меня тяготила.

Приватизировав самые красивые шкуры, задумчиво изучил бивни слонов. Мое внимание привлек странной формы прямой клык, напоминавший копье. Взял его в руки. Сразу получил сильный ментальный удар. Мотнул головой и, подключив «Тупость тролля», понял что нахожусь на ледяной арене в астрале.

Впервые паразит не поприветствовал меня. Его побеги вели бой в центре арены. Руки костяной хрени, как косилка, вырезали моего паразита. Ноги этой костяшки, словно бур, вгрызались в лед, кроша его в труху.

Подключив «Распараллеливание сознания», получил ответ:

«Воспользуйтесь кристаллами»

С трудом вывалившись из астрала, я достал ящик с розовыми кристаллами и запихнул туда копьевидный бивень. Один из кристаллов исчез.

Судорожные спазмы скрутили копье в узел. От неожиданности уронил это макрамэ на пол. Различные трансформации, как в калейдоскопе, заиграли у моих ног. Через минуту рядом с кристаллами лежал костяной браслет.

Убрал кристаллы в «Пространственный карман», вынул шпагу из ножен и кончиком клинка аккуратно подцепил костяную цацку. Браслет, как жидкость втянулся в металл. Прекрасный узор дамасской стали сменился сюрреалистическим образом смерти в виде танцующих скелетов. Усевшись прямо на грязную палубу, вышел в астрал.

— Я все еще рад тебя видеть, — измученно произнес здорово прополотый паразит.

Его потрепанные побеги пытались навести порядок на разгромленной арене.

— Ты как сам? Помощь нужна? — озираясь, поинтересовался я.

— Сам справлюсь. Ты будь поаккуратнее с этой шпагой. В информационном слое земли об этой сущности данных нет.

Поняв, что моя поддержка на арене не нужна, вернулся в явь. Посмотрел на лежащую рядом шпагу и решительно взялся за эфес.

— Позвольте представиться, дуэлянт высшей категории, рыцарь ордена Некромантов, — прозвучало немедленно в моей голове.

— Ведьмак-кудесник Наполеон, — на автомате представился я.

— Хочу сказать, что использование помощника во время дуэли и сильная отрава не соответствуют правилам благородного боя.

— А неожиданное нападение в стиле наемного убийцы что, соответствуют? — огрызнулся я.

— Тут не могу не согласиться. Оправдывает меня только ситуация, в которой я оказался из-за интриг руководства нашего бессмертного ордена.

— Всегда можно найти оправдание своего поступка. Особенно тянет найти виноватого, если ты проиграл!

— Придется согласиться. Моему поступку не было оправдания, и ты был в своем праве. Готов по правилам дуэльного кодекса принести вассальную клятву на шестьсот шестьдесят шесть лет. Но знай, что после этого я потребую сатисфакции по всем традициям благородной дуэли, — выдав эту фразу, голос гордо покинул мои мысли.

После этого я забил на изучение слоновой кости, решив отдохнуть от сюрпризов. И вообще, просто отдохнуть. Выбравшись с трудом на палубу, проверил, как несут вахту салаги-матросы. На камбузе добыл себе еды и отправился с ней в каюту капитана. Там обиженная на жестокий и вонючий мир феечка, допив початую бутылку рома, как истинная леди, похрапывала на дне пустого сосуда. Перекусив, чем кок послал, я завалился спать.

Два следующих дня прошли в спокойном неторопливом дрейфе. Утро третьего вышло туманное. Выйдя на палубу и проделав необходимые гигиенические процедуры, я поднялся на бак, где крепко спал впередсмотрящий.

Всмотрелся в окутанный туманной дымкой горизонт — и узрел, как из тумана, подобно волшебной скале, показалась корма неподвижного судна. Через пару минут наш бриг неотвратимо впендюрился в эту задницу.

Команды обоих судов проснулись и затеяли громкую полемику о правилах судовождения. Потом с помощью рукоприкладства мы пришли к решению, что никто не виноват. Оказалось, корабль потерпевшей стороны тихо-мирно стоял на якоре возле порта Тулон.

Поделившись слоновой костью, я договорился о мирном урегулировании морского ДТП, и даже о помощи со стороны второй команды — несколько человек поднялись к нам на борт и помогли подвести и пришвартовать наше судно к одному из тулонских причалов.

Как только борт коснулся досок причала, мои салаги-матросы резво повыскакивали, не скинув трап и даже не попрощавшись. Они так спешили, что в попытке скорее покинуть своего лучшего капитана парочка упала в воду и целенаправленно поплыла сразу к берегу.

Тулон, город-порт у подножия горы Фарон, разместил у себя биржу найма ведьмаков для борьбы с чудовищами из аномалий и закрытых городов. Этот портовый город хорошо принимал ведьмаков и даже позволял прикасаться им к своим тайным и не совсем законным местам. Поэтому всего за полдня я успел сбыть с рук и бриг, и его беспокойный груз. Денег у меня оказалось прилично, и я решил снять хорошее жилье.

Прогулочным шагом отправился к центральной площади. Там, в трактире с забавным названием «Золотая дыра Средиземноморья», в номерах на втором этаже, обычно останавливался наш отряд «Огненные Хоругви».

Феечка после ударной дозы рома приобрела не только похмелье, но и способность отвода глаз, поэтому спокойно сидела на моем плече. Два бомжеватого вида ханурика, показавшиеся из переулка, вызвали улыбку на моем лице.

— Давай поспорим, они спросят дорогу в библиотеку или закурить? — предложил я феечке.

— А давай забьемся на бутылку рома, что они просто сдриснут в туман, — буркнула страдалица и исчезла с моего плеча.

— Эй, ушлепки, пыхнуть есть чё? — раздался ее мелодичный голос, и она проявилась перед их лицами.

Феечка сплюнула им под ноги, и от булыжника на который попала ее слюна потянулся дымок, а камень оплавился. От бандюгов усилился запах общественного туалета. Он был настолько насыщенный, что выбил слезу. Я непроизвольно сморгнул, и за эту микросекунду обе нехороших личности умудрились слинять.

Дальнейший путь до трактира прошел в тишине и покое. Зайдя в прокуренный зал трактира, я с интересом отметил смену интерьера и контингента. Элитарность, которой так гордился хозяин этой точки питания, смыл наплыв низкосортных головорезов.