Что же касается засады… Я ему организую, пусть не переживает.

Я прочертил пару линий на карте согласно своим мыслям, отметил будущие позиции дружинников, лучниц Асалии, и элитного отряда во главе с Гансом. Из наемного инструктора он как-то само собой вернулся к командирским истокам. Даже просить не пришлось.

В самом центре оборонительной схемы я набросал жирный крест, обвел его кружком, а рядом поставил три знака вопроса. Нужно как можно скорее убедиться, успею ли я переместить Стража к месту засады вовремя.

Время работало пока на нас: судя по всему, враг решил не спешить и накопить побольше сил, так что границу он пересечет не раньше завтрашнего дня. Похоже, Морландер понял, что молниеносной войны не выйдет, и узнал, что жители Орлейна начали готовиться к его приходу, и решил перестраховаться, чтоб наверняка, учитывая прошлый горький опыт с гноллами и пиратами. Рассчитывает на полноценную осаду, хочет взять измором? Ну-ну.

На поверхности я продолжал силами большинства жителей укреплять стену поселения, копать рвы вокруг и ловушки. Приготовление же к засаде происходило в атмосфере строжайшей секретности. Стройбригады работали под присмотром эльфиек и буквально ночевали на местах, не имея контактов с внешним миром, а доступ на восточную границу для посторонних был закрыт. Там сейчас постоянно находилась Лизалия, так что даже мышь без нашего ведома не прошмыгнет.

День тянулся медленно, но дел хватало. Лишь к вечеру, убедившись, что все идет по плану, я вновь навестил Заповедную рощу.

Страж стоял там же, где я его оставил. При моем приближении его лапы-сучья дрогнули, а темно-зеленые глаза медленно открылись и взглянули на меня.

От него пришел ментальный образ приветствия. Он смотрел на меня с неким ожиданием.

— Наверное, ты уже догадываешься, что пришел я не просто так… — улыбнулся я. — Как насчет попробовать кое-что новенькое?

Глаза стража испустили изнутри ровный спокойный свет.

Я подошел ближе, положил ладонь на его кору. Под пальцами ощутил медленное, глубокое движение соков. Страж дышал. Иначе, чем человек, чем зверь, но дышал.

— Попробуй сдвинуться с места, — сказал я и подкрепил слова образами. — Не расти, не тянуться к свету, а именно идти. Как это делаю я. Повтори за мной.

Страж застыл в легком замешательстве. Корни держали его в этой земле, питали, давали силу. Зачем их отрывать?

— Затем, — пояснил я, — что к границам моих владений сейчас пришел враг. Он хочет причинить нам вред. Если ты желаешь помочь мне — тебе придется выйти за пределы своей родной рощи. На время покинуть дом.

Поток ощущений со стороны Лешего усилился. Отдаленно их можно было перевести как цепочку образов: «Враг… Хозяин… Вред… Защищать… Хочу… Движение…»

Мгновение вязкой тишины, как вдруг — земля под моими ногами дрогнула. Страж медленно начал вытягивать корни из почвы, со скрежетом зашатавшись из стороны в сторону. Корни выходили с трудом, с мокрым, чавкающим звуком, оставляя после себя глубокие черные ямы. Один корень, второй, третий… десятый, я сбился со счета, толстые, как мои руки, переплетенные и покрытые комьями земли… Они выбрались наружу, изгибаясь, как огромные черви.

Я отошел назад, не сводя с него глаз, и поманил за собой:

— Молодец. Вот так, иди на меня.

«На тебя…»

Несколько корней-отростков вытянулись и, изгибаясь, вступили на землю в мою сторону. Страж неуклюже, всем корпусом вперед, перенес вес тела, напоминая гигантского худощавого ребенка, который учится ходить. Ствол качнулся, лапы-ветви развелись в стороны, ловя равновесие и пытаясь удержать себя на непривычно расположенных ногах-корнях. Он явно пытался воспроизвести мою, человеческую манеру хождения.

— У тебя отлично получается! — не поскупился на похвалу я и послал поток образов, по несколько раз прокручивая самые сложные. — Используй как можно больше корней, это твои точки… опоры. Не забывай, что в отличие от меня, у тебя множество ног… Это твое преимущество. Даже если захочешь — не упадешь. Располагай их на как можно большей…площади, чтобы не проваливаться в почву.

Я снова и снова дублировал образы в своей голове, фантазируя, как это могло выглядеть, и чувствовал, как Леший жадно впитывает их, словно влагу.

«Опора… Много ног…» — с каждым разом он все лучше стал передавать свои ощущения, перенимая… мой способ мыслить? — удивился я своей догадке. Похоже, само наличие нашей связи ускоряло его обучение. Мои мысли и образы становились для него готовыми инструкциями. То, что происходило у него внутри — все больше напоминало процесс мышления, пускай и нечеловеческого. Или это я просто начал лучше его понимать?

Пока я стоял в глубокой задумчивости, Страж вновь сделал шаг. Уже увереннее и тверже. Земля под ним оседала, но он уже не раскачивался из стороны в сторону, как колосс на глиняных ногах, грозясь рухнуть или спотыкнуться о свои же корни.

— Молодец! Теперь сюда… Планомерно поднимай и опускай корни. Одни поднимаются, другие опускаются… Вот так.

Я отошел на несколько метров и чуть вбок, и вновь сделал пригласительное движение.

«Корни вверх… корни вниз…»

Страж посмотрел на меня боковым зрением. Потом медленно, но уже гораздо быстрее, чем раньше, развернулся и двинулся следом, перебирая корнями как в замедленной съемке.

Так мы и проходили по поляне почти час. Страж уставал, я чувствовал это по тому, как тяжелела его поступь, как тускнел свет в глубине его глаз, как передаваемые им ощущения становились все более хаотичными и безвольными. Но он не останавливался, не просил отдохнуть. Просто шел за мной, шаг за шагом, вживаясь в свое тело «стража ходящего», а не «стоящего». С каждым пройденным отрезком он делал это все более складно и вскоре достиг скорости неспешного шага обычного человека.

— Отлично… Теперь отдыхай, — сказал я наконец и вытер пот со лба. Ментальная связь требовала больших усилий. Я тоже чувствовал себя весьма истощенно. Не как выжитый лимон, но близко.

«Отдых…»

Страж с глухим стуком опустил корни в землю, глубоко, передавая ощущения явного облегчения, и замер, вбирая влагу и силу. Его лапы-сучья, все это время напряженно вздернутые вбок для равновесия, медленно опали и расслабились.

— Ты справился, — в очередной раз похвалил я. — Теперь можешь самостоятельно заниматься и когда меня нет, постепенно наращивая скорость и ловкость… Ты же, главное, понял принцип?

«Принцип…»

Я еще немного постоял рядом, чувствуя его усталое, но довольное состояние, а потом двинулся обратно в деревню, проверить, как там идут дела. Кому надо знали, что я нахожусь в Заповедной роще, поэтому в случае чего меня бы быстро нашли.

Вернувшись в Орлейн, я оценил ситуацию, все было в порядке, и рухнул на кровать, но проспал всего ничего — поднялся еще затемно, чтобы выдернуть Ганса из его любимой казармы, ничего не объясняя, лишь упомянув, что хочу показать ему нового союзника и услышать советы по его боевому применению. Ветеран шел неохотно, то и дело оглядываясь на стены, словно ожидал, что Морландер нападет прямо сейчас, и мы провороним атаку.

— Да на что способен оживший куст? — буркнул Ганс, еще не подозревая, насколько страж вымахал. — Стоять и ветками махать? Как ты его вообще на границу переместить собираешься? С корнями вырвешь?

— Увидишь.

Когда мы вышли на поляну, Ганс замер.

Страж стоял в центре, возвышаясь над ним на добрых две головы. Он был неподвижен, но я чувствовал, как он с опаской и любопытством изучает ветерана. В особенности — горящий факел в его руке. Природный враг.

С огнем я Лешего еще не успел познакомить, но передал саму суть — когда его стоит опасаться, а когда нет. Кора у стража была слегка влажноватой, как после легкого дождя, поэтому поджечь его обычными способами почти нереально, это даже не уровень разжечь костер из мокрых веток, а разжечь костер сразу из толстых влажных поленьев.

Еще вот обязательно нужно поведать ему про необычные вариации огня и даже показать, что делать в чрезвычайных ситуациях: брать снег или влажную грязь — и гасить источник пламени или смахивать горючее вещество, будь то смола, нефть или масло, не важно. В отличие от обычных деревьев Лесной страж не будет беззащитен против огня.