Вариантов решения этой проблемы несколько, и самый простой для Изабеллы — убить своего «отца» или «мать». Но тут нужно узнать, в каких они отношениях… Вариант посложнее — уговорить родителя «освободить» обращенную и тем самым больше не иметь над ней ни кровной, ни ментальной власти. Но в обычных обстоятельствах это сделать будет затруднительно. Это как если меня «попросить» отпустить Лору на все четыре стороны… С какой стати я должен это делать? Чисто гипотетически уговорить вампира отпустить обращенного можно, но для этого нужно его пленить и поработить или пригрозить смертью… Но если ты можешь пленить старого вампира, способного обращать других в вампиров, зачем тебе оставлять его в живых? Чтобы однажды он тебе отомстил? Иными словами, нужно либо полное подчинение души вампира для его абсолютной лояльности, либо убийство. Простые уговоры и угрозы не помогут. Случай с Изабеллой усложняется еще и тем, что ее, вероятно, обратил весьма непростой вампир. Уровня магистра магии, не меньше. Технически, конечно, вампиров и Изабеллу в частности нельзя приравнивать к обычным магам. По методу ведения сражения они ближе к воинам. Но, как я уже однажды упоминал, на высоких уровнях развития воинские и магические навыки, если ты не хочешь быть куклой для битья, сливаются воедино… Просто есть существа, предпочитающие (или за них предпочла сама природа…) ближний бой, и есть те, кто предпочитает дальний.

Деление на магов и воинов мне никогда не нравилось. На примере вампирши это хорошо видно, или, скажем, на примере таких уникумов, как Асдэс. Я и сам предпочитаю больше ближней бой. Помимо всего прочего, он менее энергозатратный. Даже самое слабое заклинание стоит не менее пяти слабых взмахов мечом. И чем выше уровень заклинания — тем это разница становится существеннее. В условиях боя, когда к врагу всегда могут подойти подкрепления, или, когда тебе нужно спасаться бегством, ближний бой — это незаменимая вещь, критичная для жизни. И чем раньше обычный маг это поймет, тем дольше в дальнейшем проживет и достигнет намного больших вершин, чем без этого знания. Душа и тело… Нужно развивать их вместе. Полезно как при мирной жизни, так и в условиях тотального выживания.

Сейчас, с более или менее равными противниками, я бы не рисковал входить в ближний бой разве что с такими чудовищами, как тот молодой наследник культа, маг-пространства… Как там его звали? Мортакс? Даже не имея особых навыков ближнего боя или иной магии помимо врожденной — этот сукин сын просто выиграл в магическую лотерею — от ортодоксального воина Мортакс не оставит в бою и мокрого места, порубив пространственными разрезами тело и доспехи на кусочки. Лора, даже проникнув внутрь его пространственной защиты, это прекрасно продемонстрировала. Не будь я на чеку — и ее бы превратило в фарш. Однако иного способа победить, чем входить в ближний бой с таким опасным противником, у меня на тот момент, да и сейчас, к сожалению, не было.

Мортакс… Он как убежал зализывать раны, так потом мы с ним и не встретились. Оно и к лучшему. И для меня, в тот момент, когда меня пленила старая карга, и для него, когда на защиту башни явился глава академии. По всей видимости, ранее где-то снаружи территории башни культисты разбили перевалочный лагерь — и наследнику культа было проще вернуться в знакомое место. Сейчас задним числом я понимаю, что его самого наверняка не посветили во все детали операции по захвату башни. Пройди она успешно — и даже архимаг не смог бы так быстро телепортироваться на ее защиту. Культистов подвело время. Самая безжалостная стихия. А также — недооценка мощи защитников.

Я ведь знаю, о чем говорю. В своем родном мире во главе армии я брал далеко не одну крепость, которые намного превышали защитой эту башню магов в захолустье. Причем каждую из крепостей иногда обороняли десять и более существ уровня Келзадена. Совершенно несопоставимые масштабы битвы.

Меня абсолютно не удивлял местный конфликт за территории и ресурсы. Наверное, я уже упоминал, но все они похожи, почти на одно лицо, и неважно, в каком мире ты находишься. Золото, нефть, уголь, магические кристаллы, дьявольская руда, божественный мифрил, или просто плодородная земля — всегда найдется причина для войны. И всегда найдется тот, кто будет готов пролить кровь за эти ресурсы… Как проливаю ее сейчас я, барахтаясь по колено в болотной жиже, в ожидании Лоры, отправленной для выманивания крокодила!

Где эту чертовку ноги носят⁈

У меня создается ощущение, что она становится все более и более непослушной. Признаки высокого интеллекта и потенциала — это не всегда хорошо… Вернуть обратно — еще сложнее. Однако в этом плане я привык больше смотреть в будущее, нежели ориентироваться на сиюминутную выгоду, поэтому и закрывал глаза на непослушание…

…Затаившись в густых зарослях камыша, я полностью сливался с окружающей средой. В этом мне помогала тонкая пленка вокруг тела, которую я создал на основе стихии тьмы, а потом в ней же разок искупался в болоте, чтоб уж наверняка.

Время близилось к полудню. Вокруг стояла влажная духота с запахом гниющей растительности и тины. Периодически приходилось отгонять рукой местных ядовитых и кровососущих насекомых, слушать кваканье лягушек и приглушенные рыки болотных крокодилов неподалеку.

Судя по всему, будучи нежитью, Лора не сильно привлекала внимание болотных обитателей… Моя ошибка, что я сказал ей действовать осторожно, поэтому в этот раз она, видимо, решила обойтись без дерзких провокаций в виде бросания комков водорослей и оголения филейных частей тела.

— Ра-а! — наконец взревела одна из тварей совсем близко — и года не прошло.

Выглянув из-за кустов, я в последний момент заметил, как Лора бесстрашно запрыгнула на крокодила… И давай тыкать кинжалом ему под хвост!

Захотелось приложить руку к лицу, но я сдержался. После такого нападения чертовка запрыгала в сторону берега по болотным кочкам.

…Теперь понятно, почему она выманивала так долго. Подкрадывалась.

— Ра-а!

Однако, как бы я не одобрял ее метод, он оказался весьма эффективным… С яростным утробным воем, раненный в филе крокодил в бешенстве рванул за ней, огромным снарядом вылетев из мутной воды прямо на илистый берег. Его сородичи посмотрели на него скорее с животным презрением и насмешкой, совсем не заинтересовавшись улепетывающей маленькой нежитью.

Выждав, когда крокодил пересечет заросли, я выскочил из своего укрытия. Длиной эта тварь оказалась более десяти метров. Шкура покрыта костяными наростами и острыми шипами. Выделял его от других сородичей разве что черный рог над ноздрями на конце вытянутой морды. Его пасть, усеянная острыми зубами, ощерилась в злобной гримасе. Он явно был моложе и менее опытен, чем тот крокодил-ветеран, которого я позавчера прикончил вместе с Изабеллой и Тобиным.

Алый магический клинок вспыхнул в моих руках, озаряя кусты зловещим светом. Краем зрения рогатый крокодил меня заметил, но я уже бросился в атаку, каждым взмахом дополнительно выпуская из лезвия кроваво-темные разрезы на основе двух стихий. Все разрезы пришлись крокодилу в наиболее уязвимые места — лапы, шею и брюхо. Не успел монстр опомниться, как я уже запрыгнул ему на хребет, втыкая клинок меж роговых пластин.

По сравнению с предыдущим разом, когда мы вместе противостояли местному болотному ветерану, не только мои силы возросли до уровня адепта, но и сам противник не блистал боевым чутьем. Но более всего, как я уже упомянул, решало отсутствие нужды беспокоиться за тылы и своих соратников.

Бой выдался стремительным и жестоким. Опыт, полученный в схватке с крокодилом-ветераном, позволил мне более точно предвидеть действия его молодого сородича. Крокодил яростно набрасывался, пытался сомкнуть свои челюсти на моем теле, иногда бодался, а иногда выпускал болотную магию изо рта, но я ловко уклонялся от его атак, орудуя мечом и нанося быстрые и точные удары с применением двухстихийных техник. Со скрипом, но они прошивали жесткую шкуру крокодила, заставляя его вместе с кровью терять выносливость и волю к сопротивлению. Его движения с каждой серией атак становились все медленнее и медленнее.