— Бой, — коротко ответил я, чувствуя, как внутри все сжимается от нехорошего предчувствия. Запах гари усилился, словно ветер намеренно нес его к нам.

В поисках Амелии мы тихо пробирались сквозь чащу, и тут такое… Я ощущал примерное ее направление. Что она жива. Но я никак не ожидал, что она будет с кем-то сражаться… Да еще весьма могущественным.

Ветви хлестали по лицу и цеплялись за мантию. И вскоре мы увидели то, что заставило Изабеллу и Тобина побледнеть, а меня крепко задуматься и застыть от подлой мыслишки.

…Что если из всех четверых групп именно я сделал неправильно выбор — и сейчас мы вышли к своей погибели?

Впереди лес выглядел словно после урагана, но это явно не дело рук природы. Вырванные с корнем деревья валялись поперек тропинок — часть из них были словно вывернуты наизнанку. Кора истерзана, сердцевина изломана. В изрытой воронками земле дымились остатки травы и веток, обугленных дочерна. Повсюду виднелись сгустки какой-то темной, липкой и маслянистой субстанции, похожей на смолу. Но это была не смола, а проявления стихии тьмы.

…В центре этого хаоса, на небольшой, вытоптанной поляне, словно на арене, сражались две фигуры. Одной из них была Амелия. Ее пышные фиолетовые волосы выглядели растрепано, одежда порвана, а миловидное лицо перекосило от усталости и напряжения. Вокруг нее трепетали вихри воздуха и водяные потоки, но, казалось, толку от них было мало.

Ей противостояла сгорбленная сухая старуха в длинном черном балахоне, который болтался по земле, оставляя черные следы, но совсем не мешал ее движениям. Балахон казался сшитым из самого мрака. Самой стихии. Лицо старухи скрывал глубокий капюшон, из-под которого торчал лишь крючковатый нос и обвисший подбородок. Старуха издавала ухающие звуки и кряхтящий смех, а позади нее сверкали темные молнии. Иными словами, она владела как минимум двумя стихиями…

Наша троица спряталась за густыми зарослями, стараясь не издавать ни звука. Сухая ветка под Тобиным предательски хрустнула. Я про себя проклял его за неуклюжесть. Мы неподвижно застыли. Но вроде обошлось. Из-за бушующего ветра и сверкающих молний — сражающиеся нас не услышали.

В бою наступила кратковременная пауза. Завязался разговор, прерываемый свистом ветра и треском электрических разрядов. Но я почти все смог разобрать.

— … Повторяю, вернись в ложу, Амелия! Вернись по-хорошему! — хрипел старушечий голос, от которого по спине бежали мурашки. Голос был скрипучим и резал, словно песок по стеклу. — Твоя бабка очень хочет тебя увидеть и поговорить о предначертанном!

— Никогда! — устало огрызнулась Амелия и увернулась от очередной цепи черных молний, посланных старухой. От ее слов веяло неприкрытой ненавистью.

— Никогда не говори никогда, — хихикнула старуха, выглядя расслабленно. — От судьбы не уйдешь!

Ложа? Бабка? Судьба? — я пока не совсем улавливал суть, но одно мог сказать точно: Амелия не соперник этой старой ведьме… Старуха была магистром магии, равная Мельхиору или Гармелу, не меньше!

Я специально не стал уточнять ее характеристики у Чипа, чтобы лишний раз не огорчаться. В любом случае — сейчас это не мой уровень!

— Я никогда не вернусь в ваш проклятый ковен, Хельга! — выплюнула Амелия имя старухи и воздушно-водяным щитом поглотила удар черной молнии из рук старухи.

…Один такой удар мог бы мгновенно убить меня или Изабеллу — не хватило бы реакции сознания и тела, чтобы увернуться; концентрация энергии и магии зашкаливала.

— … Сколько раз тебе повторять! Я не желаю иметь ничего общего ни с одной ветвью темных ведьм!

Ковен… Ветви темных ведьм… Откуда происходит эта ведьма Хельга? Из Ковена теневых ведьм или другой ветви? Что существуют «другие ветви» — это новая для меня информация.

Получается, Культ черного зеркала пришел не в одиночку?

Старуха уродливо усмехнулась, и даже отсюда, из кустов, я почувствовал, как от нее повеяло злобой и холодом.

Амелия обрушила на нее шквал воздушно-водяных таранов и могучих лезвий ветра, но старуха, казалось, даже не заметила их, не сдвинувшись с места и лишь лениво отмахиваясь костлявой рукой. Черные молнии, словно живые змеи, выходили у нее из ладони и образовывали полусферу перед ней — и все атаки Амелии с паром и гром уничтожились, так и не преодолев защиту.

Теперь понятно, откуда был тот грохот…

Амелия была хоть и талантливым, но все еще старшим магом. Изначально неравная битва. Захоти старуха ее убить…

Тут стоит понимать одну вещь: разрыв между магистром магии и старшим магом намного более подавляющ, чем между старшим и младшим магом, или младшим магом и адептом. Речь шла о качественно ином переходе между существами третьего и четвертого порядка.

Не прошло и минуты, как Амелия стала выдыхаться, отступая под напором магии старухи. В глубине ее глаз мелькнула искра отчаяния. И тут она приняла какое-то решение.

Отступив, она нараспев произнесла заклинание, которого я никогда раньше не слышал. Вокруг нее заклубился густой золотисто-синий туман, словно она призвала на помощь божество с самих Небес. Туман выглядел странно — в нем мелькали расплывчатые тени и силуэты. А потом время внутри тумана словно замедлилось. Потоки воды, висевшие в воздухе, приняли очертания двух синих водных драконов, чьи тела застыли в тумане, будто образуя скульптурную композицию. Силуэт Амелии внутри тумана поднял руки…

…Признаюсь, все-таки я недооценил ее владение магией времени. Однако это заклинание забрало чудовищное количество ее жизненной силы…

— Непослушная девчонка! — яростно прошипела старуха и поспешила сформировать вокруг себя полноценную сферу из антрацитовых молний, одновременно поглощающих окружающий свет и испускающих темное зловещее сияние. Стихии молнии и тьмы в сфере уплотнилась и переплелись до предела.

Однако старуха опоздала. Всего на миг, но опоздала. Водные драконы, которые ранее застыли в статуях, в следующий момент уже возвращали головы со стороны сферы темных молний, будто ранее невидимым глазу образом совершили мгновенную телепортацию для атаки. В челюстях один из драконов сжимал окровавленную дряблую руку, а у другого — морда была измазана кровью!

Драконы атаковали во времени. Раньше, чем старуха поставила защиту. Раньше, чем она договорила: «…Непослушная девчонка!»

Золотисто-синий туман развеялся, и драконы разбились о землю волнами. Амелия потеряла сознание и уже лежала на земле.

Сфера молний вокруг старухи тоже пропала. Закапала кровь. Правая рука ведьмы по локоть была откушена, а левая сторона ее мантии покрывалась кровью в районе живота, облачая порванную ткань.

— Хе-хе-хе! — однако старуха лишь захихикала, и в следующий миг из рваного локтя сформировалась новая рука из стихии тьмы. То же самое произошло и с окровавленным животом. Когда тьма отступила — костлявая рука уже выглядела как новая, а на боку сквозь обрывки ткани просвечивалась дряблая, но невредимая старушечья кожа.

Изабелла вовремя зажала рот себе и Тобину.

Старуха приблизилась к телу Амелии и щелкнула пальцами. Мрак хлынул на тело беззащитной девушки, окутывая в кокон, словно пульсирующий в такт сердцебиению. Хельги или Амелии — не знаю.

Находясь в ослабленном состоянии, Амелия раскрыла рот в немом крике, пытаясь вырваться, но безуспешно. Тело быстро обмякло, подобно сломанной кукле, у которой оборвали все нити. Ее выражение лица, наполненное отчаянием, еще долго останется в моей памяти… Я ничего не мог сделать. Слабость бесила.

Волосы Амелии в последний раз потрепал ветер, прежде чем ее полностью поглотила тьма… Старуха ухмыльнулась и притянула кокон к себе. После чего тот провалился в ее тень, словно в глубокую бездну.

Я хладнокровно задумался. Амелия была еще жива. Во всяком случае — пока. Иначе бы старуха не стала делать столько лишних действий и убирать ее тело в теневое измерение. Да и если вспомнить их диалог…

Хельга обвела взглядом поляну. Таким же острым, как бритва. В этот момент я почувствовал на себя взгляд, но не ведьмы… А маленького теневого насекомого сидящего на дереве неподалеку. Ранее он скрывался в своей стихии и обычным способом его было не обнаружить.