Кроме того, возникал вопрос, а как отреагирует НАТО, если Путин вздумает развязать ещё одну войну в Европе, пусть даже на формально своей территории? Нужны ли Западу новые толпы беженцев в Польшу или Литву? Там и от трех миллионов украинцев уже тесно.
Кроме того, имелась ещё одна проблема. Даже если Кремль решится на новую войну, согласится ли на такое его уставшая за три года войны армия? Одно дело - убивать ментально "чужих" чеченцев или грузин, непонятных сирийцев, "хохлов-бандеровцев", а другое - настоящая гражданская война россиян с россиянами. А гражданская война - штука такая: её легко разжечь, но в ней можно и самим быстро сгореть. Не исключаю, что именно по этой причине и оказался таким успешным прошлогодний рейд наших африканских знакомцев - боевиков Вагнера - на Москву.
Но и ничего не делать, а просто признать своё поражение Путин не мог. Это ведь означает - потерять лицо и как утверждают многочисленные эксперты и путиноведы, такое вполне может привести к потере власти, а значит - и самой жизни. А он ведь практически не пожил в своём дворце в Геленджике… И что бедному диктатору остается в такой ситуации? Выходов было два: либо срочно заканчивать войну с Украиной на очень не выгодных для себя условиях, либо всё-же, развязать гражданскую войну. Оба варианта плохие, особенно второй, потому что число сторонников Свободной России на пока ещё подвластной ему территории страны стремительно росло. Особенно, на её восточных границах.
Оба варианта объединяло одно: в обоих случаях это означало победу Украины - хотя и не на поле боя. В первом случае - когда она без боя, а за столом переговоров, возвращает ранее утраченные территории; во втором - когда, пользуясь российской смутой и неразберихой, ВСУ переходят в решительное наступление на агонизирующую и распропагандированную армию противника.
Но пока, это лишь прогнозы и мои предположения. Сдавать позиции Путин пока не собирается. Более того, под видом переселенцев в Кенигсберг начали засылать диверсионные и разведывательные группы, с которыми пока что удаётся справляться. Удивительно, но в этом нам очень помогало местное население. Всё же, благодаря принятым законам и видимым изменениям, число сторонников старой власти стремительно сокращается.
Одной из основных проблем стало то, что в Кремле решили отключить свой взбунтовавшийся регион от поставок газа по магистрали Минск - Каунас - Калининград. И все это – перед наступлением зимних холодов. Мы имели возможность направить сюда парочку танкеров со сжиженным газом, но к сожалению, в городе не было построено ни единого терминала для его приёмки. Их строительство только началось.
Как часто бывает, выход нашёлся и выход неожиданный. Подсказала его обычная статья в местной газете "Наше Время". Там, на четвёртой странице, была напечатана статья о выявленной внимательными коммунальщиками попытке незаконной врезки в газовую сеть одного из домов. А уже через день, на стол назначенного нами, вернее новой властью, военного губернатора легло неожиданное предложение. Предлагалась простая схема подключения к трубопроводу "Северный поток", по которому в Западную Европу, до сих пор, поступал российский газ, хотя и в ограниченном количестве.
И правду, почему бы и нет? Мы ведь находимся в состоянии войны, а на войне законны любые действия! Не мешкая, за дело взялись водолазы из спецназа моего Виталия: ведь именно их надводные коллеги так грамотно, а главное - вовремя, решили вопрос с плотиной Каховской ГЭС. Сами работы по врезке в работающий трубопровод проблемой не стали, потому что подключиться решили при помощи труб значительно меньшего диаметра и на небольшой глубине. На всякий случай подключили сразу три линии - пускай на всякий случай резерв будет. Таким образом, проблема отопления на зимний период была решена, а летом - либо терминал достроим, либо Россия закончится. Хорошо, что прежняя власть еще не всё растащила, и сооружение плавучего терминала регазификации сжиженного газа хоть и медленно, но продолжалось.
Разумеется, после такой диверсии не обошлось без протестов со стороны "Газпрома", вот только куда их было направлять? Регион у нас не признан, в суд на него не подашь, да и не переживали мы из-за таких мелочей. На кого было жаловаться в Стокгольмский арбитраж? России - на российский же регион, пускай и не признанный? А подать жалобу в Басманный суд это все равно, что в лигу сексуальных реформ. Приостановить поставки газа через "Северный поток" "Газпром" не решился, ведь это автоматически означало нарваться уже на настоящие судебные иски.
Но и оставлять все как есть, россияне не захотели, они предприняли несколько попыток убрать усовершенствования своего газопровода с помощью коммерческих подводных аппаратов и специальных водолазных команд. К полному успеху их действия не привели, хотя одну из трёх ниток повредить удалось. Могли бы добиться и большего, но надводные корабли в район врезки соваться поостереглись, справедливо опасаясь попасть под удар противокорабельных ракет. Да и зима на Балтике - не лучшее время.
Эпилог
Тем временем, в самой России началось именно то, что мы предполагали и втайне надеялись. Проблемы с вербовкой и мобилизацией очередных кандидатов в двухсотые становились все сильнее. А тут ещё и взявшееся словно ниоткуда западное направление, оттянуло некоторую часть резервов. Оно и понятно, появилась непосредственная угроза для "колыбели революции" - Санкт-Петербурга. Выход виделся лишь один, Путин в третий раз решился провести мобилизацию, которую до сих пор постоянно откладывал. Различие было в том, что на этот раз, видимо опасаясь очередного рейда на Москву, в администрации решили начать с отдалённых регионов России.
Почему возникла срочная потребность в мобилизации? Скорее всего, дело в том, что РФ столкнулась с серьезными финансовыми проблемами. Уже не удавалось, как прежде, заливать регионы деньгами. Все мелеющий приток новых добровольцев не мог удовлетворить потребности фронта. Этому способствовало и существенное сокращение экспортных доходов на фоне постоянного роста выплат по контрактам. Наша разведка докладывала, что процесс мобилизации в России проходил в разных регионах по разному, доходило и до волнений. Такая ситуация не могло не обострить социальную напряжённость, которая и так имела место из-за понимания неравенства при формировании "добровольческих батальонов".
Как и ожидалось, первые проблемы для центра начались с локальных столкновений в Дальневосточном, а затем и в Северокавказском округах. Движущие силы этих протестов отличались между собой. В первом случае, главную роль сыграл демографический фактор. Как известно, в Сибири и на Дальнем Востоке России с населением не густо, а этнических русских - ещё меньше. Сейчас, туда зашел агрессивный китайский бизнес, их рабочие и инвестиции постепенно наращивали своё присутствие. Этот процесс можно было назвать словами – "мягкая экспансия", то есть без вторжения, но с постепенным ростом влияния. С началом большой войны такая ситуация лишь усугубилась: молодёжь выезжала, маргиналы вербовались на фронт, а вот китайские работники оставались.
Несмотря на декларируемую официальным Пекином приверженность принципу невмешательства во внутренние дела, нерушимости границ, территориальной целостности и прочему, КНР была максимально заинтересована в ослаблении российского федерального центра и наоборот, в усилении своего сотрудничества с российскими регионами Дальнего Востока, Восточной Сибири и Арктики. Цель председателя Си была очевидна: де-факто инкорпорировать их в экономический организм Китая при сохранении де-юре позиции поддержки целостности РФ. Просьбы Кремля воспрепятствовать проявлениям местного сепаратизма, поддерживались в главным образом на словах. Китайский фактор можно было сравнить с действием чёрной дыры, которая затягивает в себя более слабые соседние экономики.
