- Хочете спросить, а зачем все это? Знаю, что вы неплохо поработали над микрокомпьютером Altair для компании MITS. Но ведь по сути, это никакой не компьютер - скорее микроконтроллер, иначе говоря, управляющая машина, предназначенная в основном для задач производственного характера. А вот благодаря нашему модему мы сможем управлять ею на большом расстоянии - и не только управлять, но передавать и получать приличные объёмы полезной информации.
Это, что касается конкретно Altair. Но ведь существуют и большие ЭВМ, перед которыми также ставят задачи обмена и передачи данных. Скажем, та же IBM. Я абсолютно уверен, что ребята из Армонка, этим устройством должны заинтересоваться. Поэтому, не будем терять времени, срочно займитесь этим вопросом. Если будут вопросы, не стесняйтесь, сразу же сообщайте мне, вместе подумаем. Поддерживать связь предлагаю как и раньше - через мой банк, ну или я сам вас из города буду набирать, когда удастся вырваться. По известным для вас причинам звонить мне на работу не рекомендуется.
В этот последний вечер, мы засиделись до ночи, выдув литров восемь пива, набрасывая схемы и исписав пачку листов черновиками и протоколами обмена. Упёртые ребята - эти будущие миллиардеры. На следующее утро, будто бы и не было бессонной ночи, они уселись в свой "Форд" и через четыре часа оказались в Бейруте, откуда и вылетели домой, в Сиэтл. Счастливые люди в свободной стране.
Для меня же, начинался новый, интересный и думаю очень напряжённый этап жизни. Меня напрягало и то, что главная задача моей сирийской командировки была выполнена, и работать здесь и далее не имело смысла. Не сомневаюсь, свою плотину они и без меня до ума доведут. Вот только, просто взять, купить билет, сесть в самолёт и улететь домой, где меня с нетерпением ожидает молодая жена, я не мог. До конца рабочего контракта оставался еще как минимум год, и что придумать, чтобы хоть немного сократить этот срок, я не представлял.
Пролетел еще год, а я всё ещё здесь, в Сирии – изнываю на южном солнце, получая положенную климатическую надбавку к зарплате. Замечу, совсем небольшую. Впрочем, это для меня, в мечтах уже миллионера, она маленькая, а вот прочие мои коллеги на неё очень рассчитывают - специально не идут в отпуск в этот период. Вот только я - не "все остальные". Как же соскучился по зелёным улицам Киева и нашим каштанам…
А моей работе конца и края не видно. Что-то сдохло в сирийском королевстве. Не иначе, как господин Хафез, это который Асад – решил построить для себя и сына Башара, свой Геленджик или заасфальтировать в четыре полосы шоссе до Тегерана. Как бы там ни было, а со строительства северной ГЭС, за последнее три месяца, испарилось две трети всей техники. Вот так: вчера еще гудела и двигалась, а сегодня ее нет - словно корова языком слизала. Может, это вояки получили приказ выстроить третью линию обороны против "вооружённой до зубов израильской военщины"? Не знаю, но факт остаётся фактом: дело двигалось, но совсем неторопливо, как чаепития, в соответствии с арабскими традициями.
Все это, вполне устраивало наших арбайтеров, особенно тех, кому на заветную "Волгу" оставалось ещё копить и копить. Передо мной же такая задача не стояла, и мне оставалось лишь молча беситься и скрипеть зубами, изнывая от скуки. В голове же складывались различные несбыточные планы - типа: а может плюнуть на конспирацию, да и выписать из Японии персональный экскаватор с грейдером? Дороговато получится, но это стоит моей расшатанной психики.
Нельзя сказать, что за прошедшие полтора года ничего особенного не случилось. Один раз мне удалось съездить в законный отпуск на родину, иначе, совсем бы с катушек съехал или сбежал в американское посольство, с рекомендательными письмами от своих заокеанских компаньонов. Увы, но отпуск пролетел как одно мгновенье, хотя своим орденом засветится успел. Надел я его и во время обязательного визита к тёще –Ветка настояла. В своих заграничных нарядах, она выглядела на все сто, я же, еще раз убедился - самое главное в одежде – это женщина, которая ее носит.
К счастью, в их городке мне не предложили выступить с речью на торжественной школьной линейке, хотя это и стало бы событием. Уверен, Героев Сирии во всём Союзе можно пересчитать на пальцах одной руки - да и той многовато будет.
А вот в родном институте выступить в довелось: директор не поскупился и выделил два часа рабочего времени, чтобы все услышали, как представитель института коммунального хозяйства, не щадя здоровья и живота своего, помогает сирийскому народу строить светлое будущее. Хочется сказать, что об этом самом светлом будущем вопросов почти не задавали - с будущим и без меня все было ясно. Главным образом, нашу инженерную братию интересовали вопросы быта и цены в сирийских лавках, а ещё – что требуется для того, что бы и им влиться в ряды счастливчиков достойных заграничной командировки. Естественно, пришлось в деталях рассказать и о моем содействии местным силам правопорядка, как мне удалось помочь им обезвредить банду международных террористов. Рассказал и о том, как лично президент Асад награждал меня одним их высших орденов республики.
Разошелся настолько, что под конец не выдержал и достал из наплечной кобуры именной Glock-17. Да что там не выдержал - специально для такого случая его и прихватил. Мол, а вы что думаете? Сидите здесь, в тылу, а у нас работа такая - неспокойная, можно сказать, под пулями басмачей дамбу строим. В общем, делайте выводы дорогие товарищи: здесь вам не там, советское государство задарма валюту не тратит!
Ветка также отличилась и пригласила меня в кино - на двухсерийную комедию "Труффальдино из Бергамо". Пригласила с дальним прицелом. А я и не возражал – не стану же я говорить, что этот новый фильм я уже смотрел раза три. Впрочем, эта лента с молодым Райкиным действительно неплоха, так что я позволил себе вспомнить прошлое. А там ещё и Боярский за кадром затянул - комедия-то музыкальная.
В кинотеатре мы появились сильно заранее, но похоже это было ею запланировано. Моей барышне отчаянно хотелось познакомить меня со своими коллегами. Когда, в фойе кинотеатра я оказался в центре их группы, то с облегчением выдохнул: достойных конкурентов здесь не было. А я лопух, все не мог догадаться, почему это она так настойчиво уговаривала меня надеть костюм да ещё и орден прицепить…
- Ты только свой пистолет дома оставь, - попросила она. - А то они подумают, что ты меня ревнуешь.
С этим пистолетом была отдельная история. В результате спецоперации, где правда пересекалась с откровенной дезинформацией, мне удалось получить официальное разрешение на его ввоз и хранение в СССР. Формулировка была довольно расплывчатой и непонятной, но главное - справка позволяла носить этот "Глок" при себе.
Случилось так, что один старый знакомый, работавший тренером по рукопашке, пригласил посетить Киевское высшее инженерное радиотехническое училище, сказав, что там имеется приличный тир. Офицеры училища встретили меня снисходительными улыбками, даже после того, как увидели мой Глок. И что вы думаете? Свой класс я подтвердил: мне удалось выбить сорок шесть из пятидесяти. Все-таки, год тренировок на базе сирийского спецназа пропал не зря. Жаль лишь, что Алексей не успел научить меня по-ковбойски палить от бедра. Австрийский "Глок" вызвал живейший интерес - даже начальник училища отстрелял из него целую обойму.
Возвращаться в постылое селение под Алеппо отчаянно не хотелось, но делать нечего. Хорошо, что работа потихоньку пошла. Сирийскую скуку дважды скрасили неожиданные визиты моих новых американских партнеров. Первым, заявился бородач Пол, а через полгода – смахивающий на израильтянина Билл. Это никого не удивляло: таких как он, здесь чуть ли не треть. Понятно, встречались мы не у меня в комнатке, в городке советских гидростроителей, а в подвальчике неприметной кофейни многолюдного Алеппо. Ведь среди толпы, как и листу в лесу - спрятаться легче.
