Вспомнил, как позже, уже в двухтысячных, в этом самом мусорнике сделают евроремонт и его переоборудуют в небольшой продуктовый магазинчик. Выбор там будет очень приличный, нынешним гастрономам можно отдохнуть.

Мало кому приятно бегать с (железным!) ведром на пятый этаж и обратно, но жизненный опыт говорит – сколько мусор не трамбуй, а выносить все равно придется.

- И до каких пор эти женщины будут измываться над реальными пацанами, заставляя их заниматься мусорным вопросом и гонять за хлебом?

Но ничего не поделаешь. Единственное, что приходит в голову – это оптимизировать логистику, поэтому вынеся мусор, ведро прячу на первом этаже за дверь и бегу в гастроном. Заберу на обратном пути.

Начинался теплый сентябрьский вечер, задувал легкий ветерок, и мне дышалось полной грудью. Хорошо, черт возьми. Улица "Автострада", будущий бульвар "Дружбы народов", являлась практически мини - бульваром, с небольшой разделительной полосой засаженной посередине декоративными кустами. Сейчас, в шестидесятом, они еще совсем маленькие, но года через три, там можно будет даже прятаться. А вообще, славные нынче времена – трава зеленее, солнце ярче, а люди попроще. К сожалению, и выбор поменьше, а очереди побольше! Кстати о людях, люди действительно неплохие, получше тех, что в будущем, в отличие от товаров. Не зря же эти японцы говорили – люди у вас замечательные, а вот все, что вы делаете руками …. Вот именно.

От мамы, кроме всего прочего, я получил четкие указания, сельдь брать только атлантическую, а не тихоокеанскую. О селедке иваси и голубоглазом минтайке здесь пока не слыхали – похоже, считается сорной рыбой. Странно, но речного ассортимента, вовсе не видно, даже обычных сушеных лещей к пиву. В основном, рыбные отделы забиты северной треской и балтийской килькой.

Здесь же, в гастрономе, решил соединить необходимое с полезным и обменял в кассе около полутора рублей на медяки. Кассирша с радостью согласилась, лишь удивилась, а почему это я пятачки брать не желаю? Но ничего, первого января 1961-го и до нее все дойдет. Однако, я сообразил, что в этом месте обменом лучше не заниматься, ведь сюда мне предстоит еще ходить и ходить. А ну как запомнит, а отвечать на каверзные вопросы любопытной кассирши мне ни к чему.

По дороге домой, обследовал новое перспективное место, а именно кусты за пивным ларьком и не прогадал, там меня терпеливо дожидалась пивная бутылка. Не густо, но время для настоящего поиска у меня еще будет. Помахивая авоськой с продуктами, еще раз перемотал события дня и припомнил планы на завтра, после чего, на ходу, сделал не сложные и приятные подсчеты.

- Вот какую именно сумму я теоретически смогу собрать и обменять за оставшееся до января время?

Выходило, что рублей четыреста – нормально так для девятилетнего пацана. Ведь эта сумма, умноженная на десять, будет чуть больше чем месячная зарплата отдельно взятого министра республиканского уровня.

Всматриваясь в знакомый старый пейзаж, я вспоминал, что же будет здесь через десять, двадцать, тридцать лет и неожиданно отметил еще одну особенность. Мне показалось, или так было на самом деле, но бездомных собак на улицах я встречал заметно меньше, чем в моем будущем. Может, это потому, что относительно недавно отгремела большая война, когда и людям-то было не слишком сытно, ну а собакам и подавно? Похоже, что матушка природа как то регулирует их популяцию.

И как же не хочется идти на работу, может еще немного полежать и подумать? Ведь думать, это тоже работа? Но победила мысль, что лежа работают только сторожа и девки из дома свиданий. Видимо это мое старое сознание капризничает, а молодое тело требует действий. Когда же наконец случится тот самый баланс и мои желания перестанут сходить с ума от новых возможностей? А пока, хватаю старый дерматиновый ранец и отправляюсь на поиски. Надо ловить момент, пока не начался сезон осенних дождей с их холодами, ведь тогда с бутылочкой пивка в скверике или за шахматной доской в ​​парке, не очень то и посидишь.

Протокол № 5. Откровение.

Подставляя свое вскоре мужественное и уверенное в себе лицо лучам яркого утреннего солнца, бодрясь и ворча про себя выбегаю на улицу. Как обычно, сегодня меня ожидает ставшая уже привычной пробежка к Днепру и размеренная работа старателя, добытчика прозрачной валюты. Хоть и однообразная, но очень прибыльная для моего будущего кармана. В общем, обычный такой микс, необходимого с полезным.

В последнее время, весь путь к Днепру преодолеваю на едином дыхании, пустой ранец за спиной еще не давит на плечи, да и путь мой ведет все время вниз. Утренний воздух уже свежеповат и немного бодрит, все же конец сентября, хотя дневные температуры все еще не покидают значений близких к восемнадцати градусам. Вода в Днепре тоже не опускается ниже двадцати, так что, пару раз мне удалось и искупаться, хорошо, что кустики для переодевания еще не стригут, да и людей с утра немного.

Но что следует ждать уже через месяц? А ничего хорошего, ведь нет людей – нет посуды, нет посуды - нет заработков. Самое время озаботится вопросом диверсификации. Но сейчас отгоняю неприятные мысли и начинаю внимательно шариться по кустам. В парке, местные патрульные, уже привыкли, что каждое утро этот безобидный мальчуган прибегает и начинает заниматься своим мелким и легальным бизнесом. Однажды, они даже подсказали нужное направление, где на месте вчерашнего пикника я обнаружил целый склад бутылок. Почти полный ранец тогда натоптал. Вообще, если говорить о милиции, то мне она кажется более доброжелательной, что ли? Они еще не рассматривают тебя как источник неприятностей или возможной прибыли.

В это, ничем не выдающееся утро, урожай собрал небольшой, тем не менее, после утреннего моциона все же совершаю традиционный визит в гастроном, к приемщику Васе. Меня здесь встречают как родного. Парочка неизвестных в это время шуток и анекдотов, сделали меня своим парнем в дружном торговом коллективе. Как же славно, что на экраны еще не вышел сериал "Ликвидаця" и никто понятия не имеет о Давиде Марковиче Гоцмане. Большим успехом пользовались и цитаты друга его детства Фимы, по прозвищу полужид. Мне кажется, что в гастрономе меня принимают за мальчика из приличной еврейской семьи, который копит трудовые копейки на личный гешефт. Все так, иначе откуда у меня могли взяться настолько глубокие познания фольклора Бердичева и Одессы?

Не задерживаясь в гастрономе иду домой, заглатываю завтрак и вновь выхожу, на сей раз на тренировку. Родители, не в печали, а в полном недоумении. Они никак не могут объяснить себе настолько продолжительный период моего упрямства, ведь вначале полагали, что моего необъяснимого энтузиазма хватит максимум на неделю. Но нет, я не собираюсь оправдывать их ожидания и даже сам начинаю по-доброму завидовать себе нынешнему. В начале, действительно было тяжеловато, хотелось перевернуться на другой бок и додавить еще минуток шестьдесят, но ничего справился, втянулся и теперь поднимаюсь почти без насилия над личностью. А может, во всем виновата жаба, постоянно напоминающая о грядущей денежной реформе? А это и правду стимул, да еще какой!

Пока, все пункты моего генерального и\или гениального плана успешно воплощаются в жизнь. Недели две назад, потолкавшись меж теток – вахтеров, лузгающих семечки на стадионе Динамо, я узнал все что хотел, после чего сразу же и записался, как в секцию плавания, так и на гимнастику. Правда, плавать я буду за "Авангард", а крутится на кольцах и скакать через коня, уже за "Динамо". Ничего страшного, ведь там и там – советский спорт, а напряженности между тренерами из-за такого талантливого меня я пока не опасался.

В тот первый день, когда после раздевалки и душа, я вместе с десятком таких же будущих мастеров, встал у бортика бассейна, на меня нахлынули давние воспоминания. Неужели я так соскучился по плеску воды в облицованной кафелем коробке, по запаху хлорки в бассейне, по разлетающимся эхом свисткам и командам тренеров?