Но стоило мне принять решение, как Арунотай вдруг повернулся и указал на меня.

— А в то время, как вы будете отвоёвывать нашу безопасность у вторженцев, моя супруга поможет мне защитить ваши семьи от нападения лиан! Её сила достаточно велика, чтобы очистить их от чужого влияния!

И я поняла, что попала. На меня смотрели все махарьяты клана — смотрели с надеждой. Им предстояло пойти в жестокую битву, скорее всего, на смерть, но на кого они оставляли родных? Арунотай не внушал доверия, а вот я… Я постаралась его завоевать.

И если я сейчас нападу на Арунотая, попытаюсь объяснить, что все его слова — ложь, поверят ли они? Станут ли слушать? В их глазах не будет ли это выглядеть так, что я испугалась возложенной на меня миссии и пытаюсь уклониться?

Нет, я упустила свой выход. Теперь нужно действовать иначе.

Широким уверенным шагом я подошла к главе клана, изобращая на лице суровую решимость. Коротко поклонилась, после чего выставила руку в останавливающем жесте в сторону толпы охотников и стражей.

— Глава излишне предусмотрителен! — громко бросила я, глядя Арунотаю в бесстыжие удивлённые глаза. — Нет нужды немедленно вам идти вниз. Мы с главой решим проблему с лианами, а после отправим посольство к Гийат и найдём способ договориться. Идёмте, глава, вы покажете мне, откуда открывается доступ к управлению.

С этими словами я ухватила Арунотая под локоть. Он издал сдавленный мяукающий звук, но мгновенно слов не подобрал, а вот толпа у ворот выдохнула с облегчением. Уверена, идея переговоров им нравилась куда больше, чем кровопролитная стычка. Понятное дело, не все осознавали, насколько маловероятно им победить Гийат, а кто-то из забияк рвался в бой, но большинство всё же предпочитало крошить демонов, а не людей.

Я потащила Арунотая прочь — условно в направлении его древодома, хотя понятия не имела, куда следует идти. И что делать дальше? Брать его в заложники наедине не имело смысла. Вырубить и связать? Да, пожалуй…

— Сворачивайте ко храму, — внезапно сказал сам Арунотай, вернув себе дар речи. — Раз уж вы приняли такое решение, то идёмте запечатаем амарда.

— Я не собираюсь никого запечатывать, — отрезала я. — Вы покажете мне, как добраться до амарданура, чтобы его очистить, и я это сделаю.

— Вашей силы не хватит, —запротестовал Арунотай.

— Значит, я отдам махару из ядра! — выкрикнула я, закипая. Он ещё силу мою будет считать, можно подумать, измерил! — Вы меня не остановите и не отговорите! Амарданура надо очистить! Если я при этом погибну, значит, так тому и быть, но запечатывать я его не буду!

Мы отошли уже на приличное расстояние, и моих криков никто не слышал, тем более, что почти весь клан собрался у ворот, а не отсиживался по ставшим внезапно опасными древодомам.

Рука Арунотая под моими пальцами напряглась. Я приготовилась к драке — так напрягаются, когда собираются напасть. Меч доставать не стала, в конце концов, я не собиралась его убивать. Придётся справляться рукопашными техниками и быстрыми заклинаниями. Может, у него что и припрятано в рукаве, но он не практиковал много лет и…

Арунотай расслабился обратно. Почуял мой настрой? Или что-то задумал?

— Ицара, — произнёс он неожиданно довольно. — Знаете, меня долго мучил вопрос: как так вышло, что амардавика освободилась из кристалла?

Я зыркнула на него. Вот только этого разговора сейчас и не хватало. Впрочем, может раскапывать, что хочет, мне бы только завести его в какой-нибудь дом или даже в храм, где никто не увидит, там и скрутить.

— Я же говорила, на кристалл попала кровь.

— Ну, то,что вы говорили, это, конечно, враки, — легко отмахнулся он. — Саркофаг из духовного кварца кровью не открыть, вы должны были разорвать каналы, по которым её махара перетекала в камень, а затем, вероятно, рубить его духовным оружием. Но это всё не имеет отношения к делу.

Несмотря на собственную решимость, я взволнованно сглотнула. Как давно Арунотай понял, что я вскрыла саркофаг нарочно? Какую цель он мне приписал?

— Интереснее другое, — продолжал он. Храм замаячил срди стволов, но тут очередной дом рухнул, раскидав лианы-руки по дорожке, и нам пришлось из огибать. — Когда мы пленили амардавику с Жёлтой горы, небесные боги признали её виновной и в наказание усыпили её на сотню лет. Даже если вы вскрыли саркофаг, развеять сон, насланный небесными богами, весьма непросто. Как же вы это сделали?

Я промолчала. А что тут скажешь? Про кровь я уже говорила, но если поясню, что она попала на саму амардавику, а не на саркофаг, то признаю, что врала. Да и не ответ это. На самом деле, я понятия не имела, почему Ари Чалита проснулась. Может, небесные боги передумали?

— Есть только один способ, — вкрадчиво, словно по секрету сообщил мне Арунотай со страшноватой улыбкой. — Пробудить амардавику мог только махарьят, выросший на её махаре. Тот, кто родился поблизости от её обиталища, кто поклонялся ей и использовал её силу для развития своего хранилища.

Я похолодела. Поднялся ветер, какого никогда не бывало на Оплетённой горе, и в его гуле мне померещилось что-то роковое. Арунотай знал, кто я. Он знал, откуда я. Он—

— Я был уверен, что на Жёлтой горе нет своего клана, — перебил он мои мысли. — По нашим записям, там и амарда-то не было не так давно. Однако теперь я понял, что записи устарели. С тех пор я отправлял гонца в город у подножия и выяснил, что на горе живёт клан Суваннарат. И дочь главы Ицара несколько месяцев назад исчезла без объяснений, но вроде бы не умерла, ибо похорон не было. Любопытно, не так ли.

У меня во рту пересохло. Воздух наполнился запахами мокрой земли и срезанной травы. Несмотря на ветер, стало душнее, хотя казалось бы, куда уж.

— Зачем вы мне об этом говорите?

Арунотай усмехнулся, а затем внезапно рванулся и освободился из моего захвата. Заговорил мне зубы, гадёныш, и я расслабила пальцы! Как же так, Ицара, как ты это не предусмотрела⁈

— Затем, что либо вы запечатываете амараданура, либо я пошлю дружественный клан перерезать вашу семью.

Я подняла глаза на его лицо — холодное, безумное. Боги небесные, и за этого человека я вышла замуж? Рука потянулась к мечу.

— Учтите, во время поездки я предупредил нескольких союзников, — заявил он, выставив вперёд руку. — Если со мной что-то случится, ваша семья погибнет. И не думайте, что они не узнают. Всё же у Саинкаеу в закромах таится не одна скрытая техника.

Мы стояли и смотрели друг на друга молча. Арунотай торжествующе ухмылялся. Я — не знаю, что я делала. Кажется, мои пути кончились. Я словно смотрела с обрыва скалы, на которую меня загнала свора призрачных псов, а махары для полёта не хватало.

— Итак, — сладко пропел Арунотай, — сейчас вы бросите свои героические замашки и пойдёте в храм запечатывать амарда. Давайте, топ-топ вашими прекрасными ножками!

Я шла рядом с Арунотаем, лихорадочно соображая. Значит, он понял, что я выросла на Жёлтой горе, как только увидел пустой саркофаг. Если разбудить амардавику можно было только таким способом — а обойти решение небесных богов обычно только одним способом и можно. Ну, допустим, Арунотай не сразу разобрался, что произошло, но пока я сидела в подземелье, уж должен был прийти к правильному выводу.

О существовании клана Суваннарат он знал ещё раньше — Чалерм говорил мне, что отец отказался брать махару у Саинкеу. Возможно, Арунотай уже тогда выяснил, что это за клан такой, маленький, но гордый. А может, только после бегства амардавики послал людей на Жёлтую гору и всё разузнал. Это уже не важно. Главное, что женился он на мне, уже зная, кто я. Значит, понимал, что амардавику я выпустила нарочно. Однако не изгнал, не казнил, а решил использовать. Впрочем, если ему действительно нужно запечатать амарада, а он навёл обо мне справки дома, то я для него и правда стала спасением.

Вот только запечатывать амарда я не хотела. Какая досада. Но с угрозой семье он метко попал — я не могла поставить их под удар, даже если отец меня выставил. Наши с ним разногласия ни на мои чувства к семье, ни на дочерний долг никак не повлияли. Другой вопрос — могла ли я обезвредить Арунотая?