Ну а что попробовали, а как же. Этот долбанный колодец ровно на один сантиметра выше. Так что халява нам не светит. Но и идея отправить Хана мне не понравилась.

— Лаки, ползи сюда! Марик, отползай.

— А чего это Лаки? — пытается спорить Хан.

— Потому что.

— Мажор, Лаки легкий, от силы восемьдесят килограмм ну может чуть больше, он же никого не удержит.

— Удержит, — отметаю возражения, — предпоследним будет Маркони. Они почти одного веса, ну может кило в пять разница. А мы Лаки оставим пару рюкзаков…

Послышались сдержанные маты и пожелания долгой и продолжительной жизни. Это Санек пробирается, вот как нарочно, почти в самом конце полз. Не довольный жизнью Хан сдает назад, уступая место. Объясняю Лаки диспозицию, он задумчиво рассматривает стену и кивает:

— Не вопрос, сделаю. Вот только крюк пусть Тихоня швыряет, у него ловчее получается.

— Принято. Будем на веревку узлы вязать?

Сашка задумался, еще разок выглянул, почесал затылок и решил:

— Нет, надо быстро будет, а узлы могут помешать. Оно конечно надежней… Но и зацепиться можно. Не-е-е… Так полезу.

Киваю:

— Сдай назад. Тихоня!!!

Все-таки есть плюсы в том, что ты командир. Лежу вот никого не трогаю, никто по мне не лезет, никого не нужно матом крыть. Красота.

— Мажор?

— Тихоня, у меня для тебя партийное задание, надо сделать и быстро, и красиво. Сможешь?

Ну а что? Витек что, не Коршун что ли? Смог, конечно. Вот с восемнадцатой попытки и смог. Не! Докидывал он и раньше, раз десять точно, а вот чтоб зацепилось, да чтоб после пары тройки рывков не отвалилось это только с восемнадцатой. А то бросил крюк точнехонько на трубу, а толку? Где гарантия, что когда Лаки попрет вниз, она не слетит? Пришлось по веревке волну пускать, чтоб снять, тоже не сразу вышло. Нам ведь надо наверняка, чтоб еще и веревку обматнуло. Короче сделал. Подергали. Еще разочек… Отлично.

Первым делом вниз отправился Молот, затем Балагур, ну и третьим я. При этом меня спускали, все же с поранеными руками лучше не рисковать. Стоя на краю, пошутил, обращаясь, к сидящим друг за другом парням:

— Давайте аккуратно, чтоб не укачало…

И мужики дали, ровненько без рывков, но довольно резво, однако рассмотреть оставшиеся на стене следы удалось… Мдя… Все-таки Руслан крутой перец, тоже так хочу.

Но как бы не хотелось самому управлять возможностью ускорения, вынужден признать, что в нынешнем положении есть свои плюсы. И настолько весомые, что перекрывают любые минусы. С моей точки зрения конечно.

Ведь если вспомнить первый раз, когда я испытал ускорение, что было? Синие от разрывов руки, и соответственно боль. А вот сегодня? Когда свалился в яму? Ну да, ладони повредил, так ведь не от того что восприятие изменилось. Вот и убеждаюсь лишний раз, что прав Руслан, ой как прав. Конечно, как страховка очень полезная штука, но что толку, если у меня каждый раз будут травмы: порванные мышцы и связки, вот и получается, что для начала их нужно укрепить. Да и реакция наверняка бы пострадала. Точнее не развивалась бы, а так благодаря регулярным тренировкам и издевательствам дорогого командира, при выбросе адреналина, противники двигаются как мухи в киселе. Хотя конечно, не так прям глобально, но однозначно медленнее.

Вон когда занимались с ребятами на базе, сразу стала заметна разница. Мы все как минимум раза в полтора-два быстрее их. А значит и тело более крепкое становится. Вон даже Пьеро, и то по сравнению с местными двигается как молния. Спросите причем здесь Петька? Так ведь он же лекарь, вот и проводит много времени в обществе Степаныча, изучая эту науку. Так-то он крепкий боец, но нельзя постичь все и сразу, а у парня талант, так что пусть лечит. Да и мы стараемся поберечь парня, если что, хоть будет кому заштопать.

Ноги коснулись пола почти нежно. За несколько метров до поверхности спуск замедлился, и приземление произошло на пять с плюсом. Задрав голову верх, успел заметить Лаки. Вот ведь паразиты… Типа продемонстрировали класс, а то, что сжульничали немного так ведь военная хитрость.

Сашка то в спуске не участвовал, он сейчас должен был, несмотря на стесненные условия, разминаться. Но решил поучаствовать в процессе доставки "раненого" командира. Тоже мне нашли калеку.

Остальные парни спустились довольно быстро, предпоследним был Маркони и следом за ним рюкзак, служащий для Сашки якорем. Следом пошла амуниция и оружие, парень избавлялся от лишнего веса.

И вот настал "час икс". В отверстии появился Лаки в левой руке веревка. Еще разок дергает закрепленную на трубе веревку, бросает взгляд вниз на нас и прыгает вдоль стены. Опасный момент, сейчас нужно успеть выбрать прослабленную веревку, но при этом не переборщить иначе приложит об стену, вышибет дух и не будет у нас больше друга.

Однако Сашка в очередной раз демонстрирует класс. Летит по дуге вниз, перебирая ногами по стене, как бы бежит по ней. Но не просто так, а отталкиваясь немного вверх, таким образом, ослабляя натяжение и позволяя себе хоть немного, но продвинуться, тем самым укорачивая веревку. Давай Саня! Еще немного! Давай, брат! Ты сможешь!

Все замерли затаив дыхание, ожидая момента, когда он достигнет нижней точки. Красавец!!! Просто красавец! Пролетев над землей с приличным запасом в пару метров, отправился вверх. Замерев в верхней точке, быстро перебирая руками и ногами, еще укоротил веревку. Все правильно, чем короче маятник, тем меньше амплитуда. Еще один проход, еще и вот мокрый от напряжения Лаки счастливо терпит крепкие мужские объятья. Парни в порыве даже пару раз подкинули его и все это в тишине. И тут Санек обрадовал, в прямом смысле слова:

— Мажор, у меня получилось!

— Я вижу, брат, — улыбаюсь, глядя на счастливые глаза друга.

— Что? — Санек удивленно смотрит на меня потом на стену и, махнув рукой поясняет: — Да я не об этом. Я ведь думал, что просто не смогу все сделать правильно, но тут все как будто потекло… — замолчал, пытаясь подобрать слова. — В общем, время замедлилось, представляешь? Почти как ты рассказывал, только все было чуть быстрее, но все равно медленнее. Класс?

— Класс, — радостно обнимаю парня, — конечно класс, братка.

— Эх, девочка, ну что же ты? — пропустив руки под мышки Алены, сцепил руки чуть выше грудей. — Так ведь и загнуться можно. Держись.

Однако глядя на идущую носом кровь и бледнеющее прямо на глазах лицо понял, что шансов очень мало. А тут еще и температура тела начала подниматься…

Ясно было одно, девушка на грани, но пытаться открыть проклятую дверь будет до последнего… И ведь не оторвать ее от шара — это мгновенное безумие. Так как часть ее разума сейчас там — в камне. И как ей помочь, Руслан не знал. Хотя нет! Знал! Есть один вариант, и пусть это всего лишь малый шанс, но не попробовать он не мог. Вот только одному никак не справится. Нужна помощь.

— Помоги мне, — мысленно обратился к своему новому другу, поселившемуся напротив сердца.

Маленький коршун зашевелился и сварливо пробурчал:

— Ну чего надо?

— Нужно проконтролировать, чтоб в моем теле осталось достаточно Силы для активации алтаря.

— А что с остальной? — вопросил собеседник.

— Она нужна чтоб открыть эту дверь.

Коршун, являющийся живой меткой бога, задумался. Но через пару секунд возразил:

— Она и сама справится.

— Как? У нее нет сил, она умирает, — возразил Руслан.

— Вот именно, энергии полученной от разрушения души хватит с избытком, чтоб выполнить задание.

— Ах ты сволочь!!! — гнев начал захватывать разум капитана.

— Успокойся, — голос нарисованной птички отдавался в мозгу, примирительным шелестом. — Ты же понимаешь, что если останется только Сила на активацию, ты можешь умереть. А ведь это все может оказаться бесполезным: девушка умрет, открыв дверь своей душой, а ты можешь умереть чуть позже. Если я ошибусь хоть на грамм.