— Вообще-то у меня есть официальная любовница, — усмехаюсь.

— Это как? — приподнимает бровь.

— Типа, как жена, но только любовница. Всё официально. Засвидетельствовано жрицей Пресветлой Двуединой Богини.

— Хм… И кто она.

— Жрица Пресветлой Двуединой Богини.

— Хм… Оригинально. А богиня-то в курсе?

— А ты у них сама спроси. Когда в следующий раз наряды подбирать будете.

— А так это жрица твоих бабулек! Одна из их Валькирий?

— Ага.

— А это нормально. Так даже лучше.

— Чем же? — удивляюсь.

— Тем, что у дочки не будет иллюзий, что ты будешь только её.

— Ты опять начала?

— Ты сейчас из принципа споришь? Ты ведь не видел даже дочку. Я тебе говорю, что ты можешь жениться, а можешь не жениться на ней. Где одна любовница там и вторая. Ты главное забери её. А там как получится. Просто не бросай одну. Самому не нужна будет. Найди хорошего парня ей. Ну как?

— Хм… Ты ведь понимаешь, что даже те люди, кого я называю друзьями, мои подчинённые?

— Естественно. Как вариант, я отдам тебе дочь на службу.

— А плата которую ты предлагала, остаётся в полной мере?

— Раз жениться ты не хочешь, то выбирай: эволюция нек или локисс.

— Нет, так нет. Как говорится: «Не договорились, значит, не так и надо было».

— Вот что ты такой упёртый?

— Характер хреновый.

— Это точно. Ладно, плата в полной мере. И давай выпьем за это.

Хлебнули спиртного, пожевали съестного и мне стало тупо интересно:

— Слушай. Если ты говоришь, что твоя дочь хочет найти отца, значит она не от твоего мужа?

— Ничего ты догадливый! — аж, в ладоши хлопает.

— Нагуляла, значит?

— Значит, нагуляла, — пожимает плечами. — Красавец мужчина, сильный, храбрый. Настоящая легенда. Я по глупости, как-то чуть не погибла, а он спас меня. К слову сказать, с драконом дрался. А я что? Как нормальная баба потеряла голову, напрочь. Втрескалась по самые буфера, — приподнимет руками свои достоинства. — И проскочила мысль, вот бы от такого родить. Я же говорила, что у меня не муж, а одно недоразумение?

— Было дело.

— Это да… А я же богиня любви. Восхотелось мне, вот и залетела. А когда очухалась поздно было. Но если честно не жалею. Дочка у меня красавица в маму. Умница в папу. Да и силой не обижена, тоже в папу. Обузой не будет.

— Это хорошо. Но объясни, чем ей плохо на Эдеме?

— Охо-хох… — допивает остатки из кубка, закусывает курочкой и наливает ещё. — Вот кто она? Богиня или человек?

— Не знаю, пожимаю плечами. У нас таких героями называли. Вроде и человек, но с искрой божественной силы.

— Да. Где-то так, — кивает. — Но давай вспомним, что это Эдем. Если она человек, значит должна жить с людьми, перерождаться по их правилам, теряя память и прочее. Ну как я могла отдать единственное существо, которое меня просто любит. Просто за то, что я есть? Как можно предать искреннюю любовь своего дитя? Эдем, сука… — на глазах богини выступаю слёзы.

— Эй, ты чего? — по-доброму обнимаю девушку.

— Ой, не тискай меня. А то рассказа не получится. А нет, стоять. Меня надо утешить. Да потом дорасскажу. Видишь женщина в расстроенных чувствах.

И что прикажете делать? Пришлось утешать. Старательно. Чтоб не опозорить честное имя гвардейца.

— В общем, пришлось выбирать. Либо человек, либо богиня, — процесс восстановления нервных клеток прошёл успешно и Леофаста, сверкая довольной улыбкой, продолжает рассказ. — Но нельзя быть просто богиней. Надо за что-то отвечать. Но учитывая, что дочь я всё-таки нагуляла, Эдем, падла, согласился только на роль богини Смерти. Ты понимаешь? Богини Смерти!

— Эм? И что? Вроде серьёзная тема.

— На Эдеме, где нет смерти? — вскакивает.

Ух, братия и сёстры. Всё-таки завораживающее это зрелище, скачущая Леофаста. А точнее её буфера. Упс. Отвлёкся.

— Ого… — тру подбородок. — Я так понимаю, это попадос. Вряд ли у неё есть последователи.

— Да плевать на последователей. Выделить немного силы для дочери я всегда смогу. Уж мне-то молятся регулярно. Вся проблема в том, что она стала посмешищем, для всех богов. Её просто третировали. Ненавижу. И этот наглый Грохар посмел сказать: «Отдай свою дочь мне. Кому эта юродивая ещё нужна будет». Ты понимаешь? Понимаешь, какая мразь?!

— Ага.

— Ничего ты не понимаешь, — трясёт гривой. — Да я готова расцеловать тебя за то, что ты его грохнул! Встать перед тобой на колени и… А-а-а… Хи-хи-хи… Точно, я уже это сделала. Хи-хи-хи…

Упав лицом на стол ржу. Ох уж эта непосредственность Леофасты. Что на уме, то на языке. Хотя, это скорее выражение её доверия ко мне. Всё-таки не такая она и простодушная. На самом деле весьма хитрая особа.

— В общем, забери её отсюда. Нет ей жизни на этой планете.

— Ты ведь понимаешь, что там во «Внешнем Мире» опасно.

— Понимаю. Но ты ведь защитишь её?

— Если смогу. Не буду же я её на цепь к себе приковывать.

— Она девочка сильная, пришлось такой стать. Не пропадёт.

— Понимаю. В беде не брошу. Но предупреждаю, если предаст меня. То все мои обязательства обнулятся.

— Естественно, — кивает Леофаста. — Но ты не волнуйся. Не тот у неё характер. В отца пошла.

— Кстати. А почему, найти отца твоей дочери это из области сказок?

— А где его искать? — разводит руками. — С какой он планеты? Как его настоящее имя? Да и жив ли он до сих пор.

— Это да. Вопрос века, — чешу затылок. — Вот интересно, а как его на Эдеме звали?

— Да какая разница, — отмахивается.

— Ну мало ли. Сама же сказала. Легенда. Вдруг услышу сказку про него. Так хоть знать буду.

— Да, собственно, секрета нет. О нём действительно легенды ходят. Крутой был мужик. Да ты наверняка про него слышал. Джинн. Джинн Справедливый.

И где-то там вдалеке. В очередной раз заглючила «Система», ибо перевести длинную матерную тираду, рождённую в моей душе, она оказалась не в состоянии.

— Уф, а водичка-то огонь! — вынырнув на поверхность и отфыркавшись, дёргаю, плавающего рядом, Пуха за ухо.

На что, этот хоть и пушистый, но мокрый обормот, даже не подумал обижаться. Он просто заработал лапами в бешеном темпе, выталкивая себя повыше из воды и моментально отрастив крылья, просто вдарил ими по воде.

Ух, ё моё, да таким количеством брызг не только меня утопить можно, но и Атлантиду, если она вдруг надумает всплыть. Так что, пришлось резко изображать из себя подводного жителя, и пока пёс ликовал, упиваясь своей крутизной, ухватить его нижние конечности под водой.

Не знаю, сообразил ли он, что это я так шуткую, или решил, что на него напал подводный монстр, но крылышками замахал так, что мы оба взлетели.

— Давай выше, малыш! Сейчас, старлей нырять будет!

— Рраф!

Если надо поддержать какой-то кипеш, и тебе за это ничего не будет, то Пух всегда в первых рядах. Лишь бы жрать давали. Так что надо понимать, для нашего пернатого пса, голодовка это не забастовка, это дурость. Да я, если честно, с ним солидарен.

Поднявшись метров на пятнадцать, отпускаю руки. Мгновения свободного падения и чистый вход в воды озера Барнил. Что я не КМС по плаванью, что ли? Понятное дело, не по прыжкам в воду, но приходилось, так что всё сделал технично.

Зачем я вам всё это рассказываю? Да ни зачем. Отдыхаем мы морально, после трудовых будней. Всё-таки ведём разведывательно-шпионскую деятельность, по изучению храмов Ллос. Ну и в палатку идти не вариант. Там сейчас из соседней доносятся очень подозрительные звуки.

Ага. Подозреваю, что Балагур занимается развратом с близняшками. Что значит с какими? С Фасей и Тасей конечно. Откуда тут другим взяться?

Но и купаться уже надоело. А точнее скучно одному. Пух не в счёт. Он не многословен.

— Я загорать! — махнув пушисто-пернатому, гребу к берегу.

Бухнувшись в чистый песочек, с наслаждением разгребаю его руками.