— Пожалуйста, не верь Арунотаю! Как бы ни сложились наши с тобой отношения и что бы ты ни думала о нём, пожалуйста, умоляю, не соглашайся с ним слепо, не разобравшись! Я не знаю, чего он от тебя хочет, но дай себе хоть лазейку, чтобы вывернуться на случай, если он задумал дурное! Пожалуйста!

Не знаю, когда Чалерм успел ухватить меня за руку, я была слишком занята наблюдением за переливами света в его глазах. Правда ли Арунотай не заслуживал доверия? Ревность ли говорила в Чалерме? Я была вполне уверена, что Чалерм доподлинно не знал, в чём и как провинился глава клана. Но сейчас мне было всё равно, как оно там на самом деле.

— Хорошо, — кивнула я. — Я буду настороже.

Кажется, он обомлел от моего ответа. Ожидал другого? Впрочем, до сих пор, насколько я помнила, я поднимала его на смех с его подозрениями.

— Вот попросил бы по-хорошему с самого начала, — усмехнулась я. А затем отобрала у Чалерма свою руку и хлопнула ею по столу. — Так, мы приказы сегодня писать будем или только лясы точить?

Чалерм обладал непревзойдённой способностью писать скучно и непонятно, однако сейчас нам это было только на руку. Из моих простых и очевидных правил он выкручивал такие вензеля, что нормальный махарьят и за два дня с подсказкой бы не разобрался. Но, глядя на существующий свод правил в клане Саинкаеу, я понимала, что это должно быть наследственное.

Разобравшись со стражей, мы занялись составлением охотничьих команд, а для этого мне пришлось ознакомиться с расписанием охот. И у меня тут же возникли вопросы.

— А почему их так много?

Я водила пальцем по строкам. Название деревни — день получения заявки — сложность — назначенная группа. Повторов тут не было: даже если кто-то из охотников работал недобросовестно и оставлял задел на будущее, в расписании грядущих охот всегда значилась только одна. Но у Саинкаеу не так уж много подопечных земель. Конечно, больше, чем было у нас, но если сравнить равнозначные участки…

Словно читая мои мысли, Чалерм разложил рядом карту, и я смогла прикинуть. Выходило, что на землях Саинкаеу потребность в охоте возникала в четыре раза чаще, чем у подножия Жёлтой горы.

— Клан Гийат справляется намного лучше, — подтвердил мои мысли Чалерм. — Полагаю, отчасти причина в том, что охотники нарочно оставляют недобитых демонов или снопы, чтобы вскоре вернуться и собрать ещё плату. Но в клане хватает и честных людей, которые просто не умеют отличить, когда уничтожили демона, а когда он просто затаился.

Я потёрла лицо руками.

— И что нам с этим делать? Мы не можем за ночь переобучить всех, чтобы работали лучше! Мы не можем даже по этим сведениям понять, кто справляется с работой, а кто нет, это надо поднимать архивы и надеяться, что в них написана правда! Удивительно, как люди ещё с этих земель не разбежались!

— Возмутителей спокойствия жрут лианы, — заметил Чалерм и тут же перевёл тему, пока я не воспламенилась. — Мы могли бы пригласить охотников из других кланов проследить за качеством зачистки…

Но я замотала головой ещё с первых слов его предложения.

— Вот нам только чужаков тут не хватало! Народа и так через край, а самомнение у них до небес. Я буду круглые сутки, как цепной пёс, отгонять обозлённых Саинкаеу от приглашённых наставников! Нет, мы поступим иначе: охотники ведь сдают письменные отчёты?

— Обязательно, — заверил Чалерм. — Каждый охотник за каждую охоту, а предводитель группы — кроме личного отчёта ещё и общий, на основании всех поданных остальными.

— И хранится весь этот мусор?.. — подсказала я.

— В библиотеке! — завершил Чалерм и, кажется, даже позлорадствовал оттого, как вытянулось моё лицо.

— То есть, их никто не читает?

— Не знаю, — усмехнулся Чалерм. — Может, Крабук, на ночь для борьбы с бессонницей…

Я постучала пальцем по столу, соображая, как бы так надавить на Крабука, чтобы он принёс пользу, но Чалерм меня опередил.

— Ты хочешь, чтобы отчёты раскладывались на те, где охота проведена успешно, и те, где предводитель не справился? А по итогам разбора снять негодных охотников с должности предводителей?

— В точку! Но, думаешь, Крабук даст доступ? — засомневалась я.

— Думаю, я найду к нему подход, — загадочно улыбнулся Чалерм. — Можешь считать, что приказ выполняется.

— Прекрасно, — я вписала в листок, на котором вела учёт наших дел, ещё строку. — Но в результате у нас станет меньше годных предводителей. А тех, кто ниже уровнем, вообще не имеет смысла ставить на командование. Руководитель должен быть самым сильным звеном, чтобы подчинённым не приходилось думать, как его защитить, вместо того, чтобы выполнять приказы. Значит, всех охотников из негодных команд отправляем на переобучение. То есть, по крайней мере, перечитать и сдать Укрита. А лучше бы ещё и Лайят Панью.

Чалерм пошелестел листами с расписанием, лежащими на столе.

— А заявки закрывать кто будет, пока они учатся?

Я глубоко вдохнула, предчувствуя бурю. И выдохнула:

— Никто. На какое-то время часть людей останется без помощи.

Я замолчала и стала ждать, но гром не грянул, а Чалерм не возмутился жестокостью моего решения. Он даже ничего не предложил, а просто порассматривал меня некоторое время, а потом кивнул. Вот так. Я отрубила с плеча, и меня не попытались оттащить за волосы. Кто ты и что сделал с Чалермом Онси?

— А твоё имя — настоящее? — внезапно для себя спросила я.

— Чалерм — да, — ответил он, словно и не удивился вопросу. — Но я причислен к роду Гийат. Конечно, я не мог назваться представителем соседнего клана, а потому подменил слово на другое с тем же смыслом.

Вот так просто взял и ответил, словно не делал из своей жизни великой тайны все эти месяцы. Мне тут же стало стыдно за попытку его проверить, так что я поспешила перейти к следующим указаниям:

— Ты можешь связаться с кланом Гийат и дргуими доверенными кланами и предложить им взять на себя охоты в поселениях, ближайших к их границам.

Чалерм приподнял бровь.

— Я думал, ты не собиралась приглашать соседей, чтобы не вводить их в искушение забрать себе те земли, где они согласятся поохотиться.

— Клан не в том положении, чтобы отказываться от помощи ценой человеческих жизней. Если нам удастся наладить здесь нормальную работу, то позже мы сможем расширить своё влияние, но сейчас надо думать не об этом.

Чалерм хмыкнул.

— Тогда почему ты не начала с этого, а заставила меня думать, что мы бросим людей в беде?

Я повернулась к нему и внимательно посмотрела ему в глаза.

— Я хотела знать, станешь ли ты спорить.

Чалерм открыл было рот, но никаких слов не выпустил, хотя и выглядел пару мгновений так, словно задыхался. Потом успокоился, отклонился назад и смиренно опустил взгляд на свои руки, лежащие на краю столешницы.

— Я не глава этого клана и никогда им не стану. Мне пришлось оставить брата, чтобы не мешать ему принимать решения. И хоть я люблю его, меня не сильно тяготит жизнь порознь. Но если я и расстанусь с тобой, то не из-за глупости вроде оспаривания приказа.

От его слов у меня на душе потеплело. Пусть я была замужем и расставание с Чалермом неминуемо ждало меня в ближайшем будущем, однако сама мысль о том, на чо он был готов, чтобы отложить этот миг, грела мне сердце. Конечно, я не хотела скармливать крестьян демонам. И конечно, Чалерм тоже желал всеми силами этого избежать. Но не ссориться со мной он старался больше. Глупо, жестоко и — до неприличия приятно. Никто никогда не ставил моё общество выше человеческих жизней. Я бы и не допустила такого. Но всё равно злое пламя во мне чуточку подобрело. Я вспомнила тот единственный безответный поцелуй, что подарила ему, и по всем законам должна была бы снова вспыхнуть гневом, но вместо этого вдруг нестерпимо захотела его посвторить. Пришлось добела сжать руки и силком заставить себя вчитаться в строки перед глазами.

— Выгнать Дуситу, — прохрипела я. — Мой верный помощник, могу ли я возложить на тебя бремя вымести поганой метлой эту вздорную клушу прочь с горы? Сдюжишь ли ты найти ей замену на должность управляющей мастеровыми?