О да, имела, и ещё какую! Знала бы заранее, умчалась бы отсюда так быстро, что волосы бы по ветру колом стояли.

Но вслух я этого не сказала.

— С кланом я познакомилась, да. И в полной мере насладилась положением жены наследника.

Кажется, вышло ядовитее, чем я хотела, и Арунотай поднял на меня растерянный взгляд. Я вдохнула поглубже и продолжила.

— Будучи замужем за Вачиравитом, я оказалась связана по рукам и ногам. Он свои обязанности по клану не выполнял, а его имя ни для кого ничего не значило. Мои же полномочия ограничивались его несуществующей властью. Пусть я обрела это положение не совсем законно, но будь на моём месте и любая другая, более достойная женщина, разве ей было бы лучше? Думаете, подлинная Кессарин бы не сбежала отсюда через месяц, запертая в резиденции, где нет возможности ни для дел, ни для безделья? Я уже не говорю о том, что бы сделала могущественная махарьятта из другого крупного клана, буде вы бы нашли для брата такую партию.

На протяжении моей речи Арунотай пару раз открывал рот и ёрзал на месте, явно желая поспорить, но сдувался и слушал дальше. Теперь же он высказался.

— Я согласен, что Вачиравит плохо подходил на должность, которую занимал в клане. Да, я знаю, управление — не его стезя. Я назначил его только потому, что отчаялся разбудить его волю к жизни иными способами. Так, по крайней мере, я стал не единственным, кому от него было что-то нужно. И вы видели результат: к тому времени, как вы пришли на гору, Вачиравит почти вернулся к нормальной жизни! Поэтому я ни о чём не жалею, даже если порядки в клане пострадали от его попустительства.

Внутри меня потрескивал костерок негодования, но всё же резоны Арунотая я могла понять. Что бы я о нём ни думала, брата он явно любил. Иногда покровительственно и снисходительно, но… посмотрим правде в глаза, нормальный человек не мог бы любить Вачиравита без доли снисхождения. Разве что амардавика принимала его как есть с воодушвлением, но она и не мыслит, как человек.

Поэтому я с усилием кивнула и повела речь в нужную мне сторону. Чалерм, помнится, отмечал моё красноречие? Пора хоть раз применить его для созидания, а не разрушения.

— Я понимаю вас, глава. Однако жить в клане, зная, что я могла бы быть ему полезна, и при этом не имея возможности применить свои силы, для меня слишком мучительно. Лучше уж сидеть в темнице и ничего этого не видеть.

Арунотай вскинулся что-то сказать, но я выставила вперёд руку, давая понять, что не договорила.

— Поэтому если ваши намерения относительно меня серьёзны, то я бы хотела увидеть гарантии того, что моё положение как жены главы клана будет иметь действительный вес. Что я не буду бесправным зрителем представления о гибели этого клана.

Арунотай нахмурился.

— Почему вы говорите о гибели? Клан Саинкаеу процветает.

Тут моя выдержка лопнула.

— Процветает⁈ Никто ничего не умеет, советники продажные, в делах кавардак, со слугами справиться и то не могут, на любой чох нужно десять разрешений, при этом в клан спокойно проникают посторонние, вас самого пытались отравить, теперь с кананом вот-вот рассоритесь да ещё оба амарда сбежали! Это, по-вашему, процветание⁈

Я с трудом затолкала обратно себе в глотку дополнительные проблемы в виде лесных ду и соседнего города, которые собираются пойти за головами Саинкаеу, да и о распространении лиан предпочла помолчать. Всё же слова Чалерма о том, что Арунотай чуть что побежит в совет, не выветрились ещё у меня из головы.

Впрочем, ему, кажется, и так хватило. Глава принял задумчивый вид и даже потёр подбородок, хотя обычно он вовсе не касался своего лица, как и подобает благородному махарьяту на высокой должности.

— Я бы не стал использовать такие громкие слова, — наконец произнёс он. — Особенно такие мрачные пророчества. Однако я понимаю, о чём вы говорите. Многие связи в клане закостенели, а другие разрушились, и последние годы у меня не было возможности заниматься их восстановлением.

— Ну так вот, у меня эта возможность есть, — вклинилась я, поскольку он надолго задумался. — Я готова работать на благо клана. А вот красиво сидеть на диванах и услаждать собой ваш взор — не готова. Поэтому думайте, зачем вам нужна жена.

Арунотай внезапно глянул на меня изумлённо, словно я сделала что-то вовсе необыкновенное.

— Ицара… — произнёс он растерянно, и вдруг его лицо озарилось радостью, даже узоры замерцали голубоватым светом. — Простите, я только сейчас понял, к чему вы ведёте. Но… — он тихо рассмеялся, отвернула, прикрыв рот ладонью, потом снова обратился ко мне. — Видите ли, я сам пытался подвести ровно к тому же. Причина, по которой в нашем клане глава не может жениться на обывательнице, в том, что на супругу главы возлагаются определённые обязанности, с которыми простая женщина не справится. И, предлагая вам этот союз, я в первую очередь надеялся вас уговорить взять на себя ответственность за внутренние дела клана, то есть, то, чем до сих пор должен был заниматься Вачиравит. Простите, я не подумал, что вы проявите такое рвение, я был уверен, что придётся вас долго и постепенно уговаривать.

Я не удержалась и закатила глаза.

— Арунотай, я и при Вачиравите уже взяла на себя половину его работы, а если бы он не мешал, вязла бы и всю! Вы что, вообще не видите, что вокруг вас делается?

Он изумлённо покачал головой.

— Боюсь, я так погряз в некоторых внешних сложностях, что внутренние изменения прошли мимо меня. Но, Ицара, это ведь означает, что нам ничего не стоит договориться!

Я охотно закивала.

— Конечно, если вы готовы облечь меня властью, то и я полностью в вашем распоряжении!

Он поджал губы — не так, как это делают от сомнений, а так, как будто на ходу пересочинял все планы.

— Что ж. В таком случае не стоит откладывать. Честно говоря, у меня сейчас нет совершенно никаких сил на полноценный свадебный обряд, да и время поджимает. Не оскорбит ли вас, если мы проведём всё… в узком кругу?

Я только отмахнулась. Видела я, как Саинкаеу свадьбы справляют. Там ширина круга ничего не меняет, а времени рассусоливать уж точно нет.

— Мне бы помыться как следует и переодеться, вот и вся подготовка.

— Вы думаете, прямо сегодня?.. — уточнил Арунотай, смерив меня заинтересованным взглядом.

— А чего откладывать? — фыркнула я. — До завтра мы всё равно по всем правилам подготовиться не успеем, а так бы завтра уже делом занялись.

— Что ж, если вы не против разобраться с этим побыстрее, то я — тем более, — обрадовался глава клана и хлопнул в ладоши. Стоящие у входа стражники оживились, двое из них, повинуясь молчаливому приказу, подошли и встали за моей спиной. — Они вас проводят до вашего дома, чтобы ни у кого не возникло ненужных вопросов. Пары больших чаш вам хватит? Я как раз успею всё подготовить.

Я заверила его, что хватит, и направилась на выход. Немного смущало, что даже сейчас он приставил ко мне охрану. Думал, сбегу? Нет, конечно, удивительно, что он доверял мне даже настолько, но всё равно неприятно. Однако стражники руки ко мне не тянули и держались за спиной поодаль, так что, может, и правда не меня стерегли, а подтверждали законность моих перемещений. Когда я зашла в Вачиравитов древодом, стражники остались в гостиной.

Я же с трудом поднялась на свой третий уровень — вот так вот валяться без дела в тюрьме, все мышцы размякают! Но не успела даже оглядеться, как на меня налетела Буппа.

— Пранья! Ну наконец-то! И что же теперь будет? Выгоняют вас? А я куда же?

Женщина выглядела не очень — вся в слезах, причём не только свежих. Да, как-то я не подумала, что с ней-то будет, если меня запрут надолго. Выгнали бы, я бы её отвела в Саваат и вернула Кессарин, а так… Могли посадить за компанию, а то и просто вышвырнуть. Может, и хорошо, что я о ней не помнила, когда с Арунотаем торговалась, а то он мог почувствовать, что за моими требованиями нет уверенности.

— Всё хорошо, — забормотала я, похлопывая её по рукам. — Всё хорошо, мы с главой всё разрешили. Ты остаёшься со мной, никто тебя не тронет.