– А, будете калекой прикрываться? – скрипел в ответ незнакомый старик. Я вывернула из-за древодома и наконец увидела его – рослого, с благообразной седой бородой и высокой причёской из белых волос. – Вачиравит – дитя неразумное, ему дела нет ни до чего, и его никто не спрашивает. Охоту взяли вы, вам и отвечать!

– Вы заблуждаетесь, – смиренно забормотал Чалерм. – Я состою при прануре Вачиравите помощником и не имею права ослушаться его приказа. Он сообщил мне, что берёт эту охоту, а я всего лишь сделал соответствующую пометку в…

Дальше я не слушала, потому что развернулась и рванула обратно к своему древодому. Лишь бы этот гад ещё не ушёл на очередную охоту! А то потребовал, видишь ли, себе чтоб попроще и побольше, а Чалерму теперь оправдываться!

К счастью, Вачиравит оказался дома и даже одетым. Не в броню – неужто сегодня не собирался никого рубить в начинку для пирожков?

– На Чалерма напали! – выпалила я ему в лицо, едва он вышел на лестницу, заслышав колокольчики.

– Кто?! – изумился Вачиравит.

– Какой-то дед, наверное, из совета!

Вачиравит закатил глаза и попытался шагнуть обратно в свои покои.

– Чалерм разберётся.

Я ухватила его за запястье:

– Подожди! Это твоя ответственность! У тебя есть власть над этим дедом, а у Чалерма нет. Иди и покажи ему!

Он скривился, как будто я предлагала ему съесть что-то прокисшее. Неудивительно, если члены совета считают его дитём неразумным, чего-то от них требовать тяжело. Но если он не начнёт это делать, ничего не изменится!

– Ты обещала решать все проблемы сама, – припомнил он.

О-о, дорогой, как удачно!

– А ты взамен обещал научить меня всему, что знаешь! Ты хоть попробовал?

Теперь Вачиравит выглядел так, словно у него заболели зубы. Похоже, пообещал бездумно, не ожидая, что я приду и стребую. Наконец, поколебавшись, он протиснулся мимо меня и принялся тяжело топать вниз по ступенькам. Я даже не была уверена, что он пошёл и правда помогать Чалерму, пока Вачиравит не замер на крыльце, осознав, что не знает, куда идти.

– Веди, – велел он.

И я повела. Летя на крыльях победы.

Как я и думала, мы ещё застали разговор в самом разгаре.

– Что значит «кто угодно может взять что угодно»?! – возмущался старик. – Эта охота всегда была моя!

– Не совсем вас понимаю, – шёлковым тоном уточнял Чалерм, казалось, вовсе не утомлённый затянувшимся спором. – Вы знали о том, что эта деревня попросит помощи? Почему же не предвосхитили события?

– С чего я буду метаться? – фыркнул дед. – Пока они не собрали плату, какой смысл?

– Рангсан! – громко сказал Вачиравит, подходя ближе. – Ты уже был в той деревне и не справился. Хотел ещё раз осрамиться? Или боялся, что я узнаю?

Говорил он развязно, с презрительным выражением на лице, но я заметила, как крепко он сжимал кулак. Рангсан сначала удивился, а потом тоже заметил напряжение в позе Вачиравита.

– Мальчик, иди играть, – отчётливо сказал он и снова повернулся к Чалерму.

Узоры Вачиравита полыхнули розовым и красным, он набычился – точно как подросток, которому указали на его место. Вот, значит, каким образом совету всё сходило с рук.

– Наставник Рангсан! – рявкнула я, используя обращение не ради вежливости, а чтобы внушительнее звучало. – Немедленно извинитесь перед наследником клана!

Старик медленно повернулся ко мне с кривой усмешкой.

– А иначе что?

Чалерм открыл рот, чтобы встрять, но я не могла позволить ему сейчас занудствовать. Наглецов нужно ставить на место немедленно и желательно у всех на виду.

– А иначе понесёте наказание.

– И какое же? – продолжил ухмыляться член совета, совершенно не опасаясь за свою шкуру. Проклятие, я же не знаю, что у них тут почём, а с наказаниями, помнится, всё сложно…

– За оскорбление вышестоящего, – внезапно вклинился Чалерм, – предписан месяц домашнего ареста. При повторном нарушении – публичная порка.

– Вышестоящего? – шире улыбнулся Рангсан Чалерму. – Я этому мальчишке слюни вытирал, когда он ещё что-то слышал.

Чалерм на удивление твёрдо встретил его взгляд и негромко ответил:

– А теперь это время прошло.

Вачиравит нервно переводил взгляд с меня на Чалерма, на Рангсана и обратно.

– И как вы собираетесь принудить меня к домашнему аресту? – спросил Рангсан, явно забавляясь. – Сейчас Головастик свистнет и прискачут полчища махарьятов? Ах, вот беда, он не умеет свистеть!

Эта мысль показалась Рангсану очень забавной, и он затрясся от смеха.

Я по возможности незаметно подтолкнула Вачиравита к Чалерму, чтобы отвлёк на себя внимание учителя. Было бы здорово призвать полчища махарьятов, но я не сообразила собрать толпу заранее, а Вачиравит и правда не имел возможности быстро их собрать. На охоты же один ходит, балбес… А вокруг, как на зло, ни души, даже из окон никто не выглядывает. Да и сам Вачиравит без брони, а значит, и без меча. Ну да ладно, я вполне сойду за полчища.

Вачиравит недоумённо на меня глянул, но всё же шагнул ближе к мужчинам, потом ещё и наконец остановился рядом с Чалермом.

– Законопослушный махарьят, – затянул свою лекцию Чалерм, – не нуждается в принуждении, когда осознаёт свою неправоту. Первые главы Саинкаеу считали это столь очевидным, что категорически возражали против смягчения наказания за добровольную явку с повинной. В ответ на полемические возражения своего побратима из клана…

Пока он говорил, я скользнула учителю за спину и саданула его ребром ладони по шее. Рангсан рухнул кучей к моим ногам.

– Боги небесные, что творится, – без выражения произнесла я. – Наставнику стало плохо при оглашении наказания. Боюсь, до домашнего ареста его придётся нести.

– Я позову слуг, – в тон мне откликнулся Чалерм, достал из рукава зачарованный колокольчик и позвонил.

Вачиравит переводил взгляд между нами с Чалермом с видом обывателя, впервые увидевшего сражение махарьятов с демонами. Мы стояли молча, пока не подбежали слуги – двое парней и девица. Чалерм отдал им распоряжения, затем вынул из рукава какие-то продолговатые листки, но тут же оглянулся на меня и поморщился.

– Пранья, будьте добры, сходите в лекарское подворье, позовите кого-нибудь. Как знать, от каких причин наставнику стало нехорошо.

Я не очень хорошо помнила, где лекарское подворье – когда Чалерм проводил мне экскурсию, это мало меня интересовало. Так что побродила я как следует, а когда привела лекаря к дому наставника – благо он знал, который его, – на двери уже висел запирающий талисман с кровавым отпечатком пальца в середине. Отпечаток, скорее всего, принадлежал Вачиравиту, а вот кто вешал талисман?.. Сам Вачиравит вряд ли бы справился.

Мой муж и его помощник оба ожидали в гостиной. Чалерм – спокойный, как статуя, а Вачиравит – нервно расхаживающий взад-вперёд. Рангсан сидел на плетёном диванчике и сиплым голосом рассказывал обоим, как они не имеют на это права, как совет отменит решение Вачиравита и как их детские игры не сойдут им с рук.

Оценив ситуацию, я подошла к Вачиравиту и взяла его за руку, чтобы остановить. Вовсе ни к чему в такой ситуации показывать слабость. Он зыркнул на меня и попытался выдернуть руку, но я сжала сильнее и потянула его к креслу у стола.

– Нижестоящий имеет право сидеть в присутствии вышестоящего, только если вышестоящий тоже сидит, – одними губами произнесла я, и Вачиравит наконец опустился в кресло. Выглядел он, как крестьянин, впервые приехавший в город просить защиты в суде против землевладельца, так что я на всякий случай встала между ним и Рангсаном. Мою руку Вачиравит в итоге так и не отпустил.

– Наставник в порядке, – сообщил лекарь, едва-едва наметил поклон в сторону наследника и испарился.

Мы покинули древодом под нестихающие угрозы Рангсана.

Стоило нам оказаться за порогом, Вачиравит как будто очнулся и тут же наотмашь вырвал своё запястье из моей ладони.

– Вы с ума сошли! – прошипел он.

– Ты имел полное право его наказать, – спокойно сказал Чалерм.