– Мужики, давайте скорее, – высунулся из машины усач. – Нас никто ждать не будет!

– Шеф, все в ажуре!

Я вернулся в номер, осмотрел его внимательно, даже вновь под кровать заглянул. Ничего не забыл? Нет. Напоследок вытащил из внутреннего кармана плоскую флягу с живцом, сделал пару глотков. Действительно, требовалось мне его раза в два больше, чем тому же Москвичу. И, может, прав был доктор, но, может быть, я еще в себя не пришел после ранений, недостаточно восстановился.

Вооружен я был прилично. В наплечной кобуре – «ярыгин», на ремень нацепил штурмовой револьвер калибра 12,7 миллиметра, а также ножны с ресовским боевым ножом, мультитул в чехле, запасные магазины для пистолета.

Рассовал по карманам тактической легкой куртки две гранаты и четыре запасных магазина к «Валу», который убирать далеко не собирался, несмотря на все заверения в безопасности маршрута. Не забыл и индивидуальный перевязочный пакет, как и пластиковые коробки со споранами и горохом. Рация необходима, куда без нее? Что больше всего бесило – это то, что настраивал ее напарник. Одна из первых задач – обзавестись мануалом у Каштана и изучить. От связи тут зависело многое. Относительно постоянной вооруженности до зубов со мной уже и Москвич перестал спорить и пытаться на меня воздействовать. «Не удивлюсь, если ты под подушкой ствол держишь!» – усмехался он.

А затем только руками развел, мол, хочешь автомат носить постоянно – таскай, чем бы дитя ни тешилось, но гранатомет в приказном порядке заставил убрать в сумку. Ладно, ее тоже с собой в салон автомобиля. Я пока понял непреложную истину – в Улье значение имеет даже не крупный калибр, а наличие гранатомета в нужный момент и в нужном месте. И какая польза от «РПГ-26» будет, если он заперт на навесной замок в багажном отделении?

Хитрый татарин оказался не попутчиком, а владельцем гостиницы, который, кроме того, что принял у меня номер, попросил особо не распространяться об инциденте. Как я понял, именно это и послужило причиной его присутствия на наших проводах. Ему не хотелось портить имидж заведения, и за мое молчание он пообещал семизвездочный сервис, если я вновь остановлюсь у него.

– Самый дорогой гость будешь! – пообещал татарин, скрепляя омерту крепким рукопожатием.

– Башкир – жучара еще тот! – прокомментировал Москвич, когда хозяин гостиницы скрылся в номере. – По идее это его косяк! На камеры наблюдения зажал деньгу, охрана территорию подметает, бумажки собирает, а так бы следила за реальным порядком. Пистон комендант ему вставил, теперь вот будет устранять недоработку.

– Вряд ли, даже если бы видеонаблюдение велось, что-то было бы понятно. Тащат двое третьего в гостиницу. Может, с радостью товарищ перебрал – рейд удачный. Или, наоборот, неудачный, здоровье не рассчитал, в общественном месте склеился, – не согласился я. – А в номерах камеры ставить, так сами же рейдеры будут против, вряд ли кто-то захочет в таком кино сниматься.

– Это да… Но снаружи они должны были стоять. Мало ли, тот же Зондер… Вот какого хрена в чужой номер полез? Еще и бомбу у Каштана спи… взял попользоваться! Этого чудака на букву «М» сразу увидели бы. Он ведь замок, считай, сломал. Возился. Должны были возникнуть вопросы.

– Может, он спец – в секунды уложился.

– Да плевать, спец или не спец, охрана должна знать, кто и куда заселился, не так много людей тут, что прямо город-миллионник. Все расслабились просто на этом направлении. Что, думают, зря суетиться, здесь самый мощный опорный пункт, дроны, разведка и прочая маета.

– Вы еще долго языками чесать будете? – подал голос водитель и для доходчивости даже вдавил клаксон. Рявкнуло будь здоров, как от порядочного грузовика, а не от пусть и огромного, но легкового автомобиля, внедорожные свойства которого оставались за кадром.

Москвич уже успел облюбовать место рядом с водителем, куда сразу полез, разместился не без комфорта, из сумки под ногами достал пиво и чипсы. Я же забрался назад. Стандартные кресла отсутствовали, вместо них со стороны правой двери были довольно удобные, пусть и совмещенные сиденья. Теперь здесь, если потесниться, можно было разместиться и впятером, и вряд ли мое предположение было ошибочным, но на такой апгрейд хозяин пошел еще и для того, чтобы обзавестись удобным спальным местом.

– Ты как там устроился? – подал голос мой товарищ, делая огромный глоток из полуторалитровой пластиковой бутылки.

– Да нормально все.

Водила же посмотрел на рейдера, как злая сторожевая собака на потенциального нарушителя, но тот лишь усмехнулся:

– Слышь, Мажор, ты еще скажи, что у тебя курить нельзя за шесть-то споранов с двух пассажиров. Короче, верти баранку и не быкуй!

– Бухать вне защищенных стен себе дороже, а ты, Москвич, как ребенок, – спокойно ответил тот и добавил еще степеннее: – Курить у меня… можно, сам грешен. Бухать не советую. Не мальчик, должен понимать, что раз на раз не приходится. Вчера только мелкого элитника в восьмом квадрате заметили. Пока то да се, успел он двоих у штрафников порвать. Так что бери пример с друга своего. Кстати, меня Мажором кличут, – повернул он ко мне голову, затем протянул через плечо правую руку.

– Люгер, – представился я.

Водитель не снял штурмовую перчатку без пальцев, поэтому я тоже не стал снимать свою. Пожал ему руку.

– Раньше я тебя не видел.

– Он свежак! – влез Москвич.

– Да ну?! – не поверил водила.

– Вот тебе и «да ну», – передразнил его замкомандира. – Но я тебе скажу, таких свежих еще поискать, считай, он дважды наши задницы прикрыл. И прикрыл реально. Двух элитников, из которых один львом был в девичестве, умотал за здравствуй. А кусачу вообще глотку перегрыз. Зубами, понял, да?!

– Гонит? – вполоборота посмотрел на меня Мажор одним глазом.

– Ага, – кивнул я.

Мощный двигатель рыкнул, автомобиль же плавно подался вперед, развернулся по широкой дуге, направляясь к западным воротам. Здесь уже формировалась колонна. Головной машиной пойдет «БТР-82А», за ним выстроились шесть длинномерных фур, пока стоящих перпендикулярно в ряд, они тоже направлялись в Острог. За ними стояли два автобуса-«пазика», далее – другие машины.

Все автомобили подготовлены к местным реалиям, за исключением трех тойотовских пикапов. Дополнительное самодельное бронирование, решетки, мощные бамперы, нередко снабженные шипами, оборудованные места стрелков. Пассажиры и водители в основной своей массе перетаптывались возле транспортных средств, курили, разговаривали. Царили оживление и суета.

– Вон твоя подруга, – хохотнул Москвич, показывая пальцем на группу девушек возле военного «Тигра» и «Урала» с кунгом. Когда мы с ними поравнялись, он открыл дверь и проревел: – Здравствуйте! Я говорю вам: «Здравствуйте!» Что приуныли? Я ведь не на паперти?! Какой от кислой рожи прок? Окончен срок, звенит звонок! Здравствуйте ж! Я говорю вам: «Здравствуйте!» Окончен срок, звенит звонок!

– Ты им напой еще «Кольщик, наколи мне купола», – усмехнулся в усы Мажор.

Хельга и другие девушки как по команде показали певцу средний палец под радостное гоготание окружающих. Наш водитель тоже улыбался. И видно по рожам, что ценят они цветник, ой ценят. И любят всех скопом. И ни капли я не ошибся – это местные звезды как они есть. Проехали мы чуть дальше, здесь наш пепелац подался назад. Встали. Водитель заглушил двигатель, ожидание грозило затянуться. Стоило ли тогда до этого суетиться и торопиться?

– Как обычно – бардак! – прокомментировал Мажор и демонстративно посмотрел на часы, постучал по циферблату пальцем.

– Девчонки! – вновь заорал Москвич. – А давай с нами, троих возьмем без «бэ»! Чего вам в этих бичевозах трястись?! Пусть вон в них сами зольдены катаются. Но предупреждаю, самых красивых отберу! Крокодилам здесь не место! Короче, – обернулся он к нам. – Я счас! Если договорюсь, Люгер, будь другом, вперед пересядь, а ты, Мажор, еврейская твоя морда, не щерься, два спорона сверху плачу.

– Ловлю на слове, и хоть всех тащи! Все веселее, – хмыкнул тот.