Вот так. Все. А теперь дальше сам придумывай.

– Да не оправдывайся ты за эту гниду! Все нормально. Говоришь ты правду. И верно подумал, что не стоит с ходу вываливать на нас это. Мог Гранит просто не взять с собой, потому что были у них какие-то делишки общие, не скажу, что друзья, но дела были. Могли просто только в «Тайфуне» держать, привезли бы в Острог, а там пусть СБ разбирается и Князь. Не стал бы меня слушать Гранит, он и так не особо последнее время мне доверяет. Видел же сам – проверяет постоянно… В общем, это наше. Но тут ты поступил верно.

Ты даже не знаешь, как я верно поступил. И насколько. Третьяк, помолчав, продолжил:

– Так что, начни ты говорить все как есть, мы бы сегодня уже все остывали. А ты либо к мурам, либо тоже с нами. Если до допроса Бармалея у многих были сомнения по поводу правильности твоих действий, то теперь каждая, даже самая тупая идиотина понимает, что чудо произошло. Про Цемента теперь продолжим. Вчера бы я еще не смог сказать точно, а теперь все ребусы сложились. Смотри, что получается. У нас с ним была договоренность: у фээсбэшников он забирает БТР-82А, и что с них выпадет. Остальная техника и склад – за нами. Туда ему соваться – вход заказан. Похоже, жадность окончательно с ума свела, в муры решил перекраситься, вон и Каспера даже по мелочам кинул. И напоследок решил еще и склад раздербанить. Тебя к погрузке привлечь, мужик ты здоровый. Ментов же он ненавидел люто. Цемент думал, что ты переродишься, но если живцом и настойкой гороха будущего пустыша подпаивать, то этот процесс растягивается. До трех-четырех часов можно продлить, это наши КАНовцы обнародовали результаты исследования, а эта сука постоянно там шкуру терла. Но получилось случайно, один шанс не пойми насколько, он напоролся в твоем лице на иммунного. Настойка гороха на уксусе, там, конечно, содой гасится, но яд еще тот. Поэтому его прием строго дозирован, впрочем, как и живца. А у тебя произошла передозировка, мог бы и умереть. Добивать тебя Цемент не стал, видимо, решил посмотреть, переродишься или нет. Мог в камере просто оставить, типа его вины перед Ульем за твою смерть нет, а может, совсем с нарезок слетел, убил бы или тем же мурам сдал, когда за остальной частью платы за информацию пришел. Думаю, убил бы, да и мы должны были за остатками техники приехать. Рассказал бы нам о произошедшем. С мертвецами тоже ясно, это он их по территории насобирал, лучше так провозиться, чем отбиваться от всяких тварей, когда они на запашок соберутся. Тебя к ним бросил без сознания, ждал, когда встанешь пустышом, и сразу добить. Но ты обманул его ожидания, вот он, видимо, еще не решил, что с тобой делать. То есть пожить нормально, я уверен, тебе бы не довелось, скотиной он мерзкой был, а как выяснилось, я о нем еще очень хорошо думал. Очень.

– Так-то вроде бы все логично, – высказал недоверие. – Ну и зачем ему я в качестве грузчика, если меня качало? Да и не проще ли одному закидать?

– Нет, не проще, самое дорогое там, самое тяжелое. Двое минимум нужны. Поздоровее. Если бы ты был не иммунным, то на краткое время чувствовал бы себя абсолютно нормально после употребления живца и гороха. Теперь понял?

– Вроде да. А зачем ему все это? Только ради дочери?

– Скорее всего, время поджимало, вот и пошел на все тяжкие. Вот только тут есть одна мелочь. На проституток он тратил деньги, уже понял как? И Элиния, если бы не история с кейсом жемчуга, рядовой случай. Я молчал, но знаю еще несколько подобных, только там девки не дуры, глотать жемчуг не стали, потому что черный. А от него есть вероятность, и не маленькая, что превратишься в кваза.

– А кваз – это кто?

– Человек мутирует, становится по внешнему виду чисто зараженный, но ум сохраняется прежний. Гибнут они часто, особенно если промышляют рейдерством. Так как первая реакция любого, кто видит, – огонь на поражение. Поэтому чаще стараются в стабах сидеть. Сила у них немереная, реакция отменная, в общем, порой такие кадры встречаются, та же элита, только человек разумный. Увидишь еще.

– Такой вопрос возник: мысли ты читать не умеешь, как тогда понял, что я не крестник Цемента?

– Имя тебя сразу выдало. Жаба, Дохлик, Ухонос, Мундень, Сало, Какабяка, Люля-Кебаб, который стал просто Люлей, – вот это далеко не все, но имена Цемента, которые он раздавал своим крестникам. И тут – Вальтер. Поэтому все к тебе и отнеслись очень подозрительно, дело ведь не только в том, что Шпуня наговорил, он тоже одно с другим связать может, – вот и прокол, который абсолютно от меня не зависел. Хотя сейчас все получается как нельзя лучше, Цемент оказался муром, да еще и отмороженным, всех продал, всех обманул. Есть еще Постигающие, но проблемы будем решать по мере их поступления.

– Ну, это я уже говорил – от Валерий…

– Помолчи! – выдохнул Третьяк. – Первое правило: никогда не надо упоминать своего старого имени! Ты – Вальтер! Нет… Не так… Совсем не так… Короче, извиняй за резкость, но примета, когда цепляешься за старое, очень и очень плохая, некоторые могут и свинцом накормить. Так как ты не только к себе беду кличешь, но и на остальных ее призываешь. Понял?

Я кивнул. Хоть и не верил во все суеверия, религии и прочие проявления потусторонних сил или Божественной воли, но так уж повелось, что никому не отказывал в их праве верить во что угодно. При этом мне абсолютно безразличен воинствующий атеизм, тоже одна из форм религии, которая имеет своих пророков и адептов. И у меня всегда хватало ума не пытаться объяснить свое видение мира и доказать всем во что бы то ни стало, что мой оппонент, мягко говоря, заблуждается в своих убеждениях о Боге или сверхъестественном, а если использовать более нелестные эпитеты, у него засран мозг. Моя жизнь – это моя жизнь. Точно так же как внутренняя шкала ценностей «хорошо – плохо» сформирована в результате опять же моей, а не чьей-нибудь жизни, моего, а не чьего-нибудь опыта. Поэтому их ценности, их вера – результат их жизни, воспитания, образования, круга близких и знакомых, пропаганды, контрпропаганды и прочего, прочего, прочего. И да, я не борюсь с обществом, так как человек – существо социальное, со всеми плюсами и минусами данного феномена. Действую в общем русле, преследуя свои корыстные или нет интересы, и когда они идут вразрез с общественными устоями, тогда поступаю, как того требует момент. Просто из упрямства и желания показать, что я такой весь Байрон, я никогда не буду обострять.

– Тут еще одна проблемка нарисовалась: раз он тебя не крестил, значит, ты самозванец. Но это ладно, с этим можно разобраться, есть и другое. Говоря о Цементе как о «крестном», ты автоматически часть его дерьма забираешь себе. Яблоко от яблони недалеко падает, а рыбак рыбака видит издалека. То есть у поганого муровского крестного никак не может быть порядочного крестника. Редкие исключения, как в любом другом правиле, только его подчеркивают. Это ясно? Скажу так: все, кого я знаю из крестников Цемента, полностью отвечают своим прозвищам. Мелкие, вороватые, жадные, садисты и не без придури в голове. Хипстерня, короче! Так что правило наше работает. Поэтому нужно что-то делать.

– Не буду упоминать его как крестного, да и все.

– Не выйдет. Сейчас мы вернемся, нас тут уже девятнадцать рыл вместе с тобой. Думаешь, информация не уйдет на сторону? Ладно, черт с ним, докажешь всем, и наши слова много стоят, что ты порядочный. Но стоит тебе оступиться, припомнят все, и Цемента в первую очередь. Кроме этого, ты не забыл, что сейчас начнется такой бардак в поисках сокровищ злодея, что всех, кто так или иначе был знаком с этой падалью, будут стараться разговорить, ну а ты получаешься последний крестник? Карта опять же…

Я не выдержал и рассмеялся. Мне действительно было смешно и одновременно даже как-то трогательно от такой наивности, детской, незамутненной. С другой стороны, – и страшно. Но и смешно.

– Ты чего?

– Да сам подумай. Карта… Представь, ты не двадцать патронов прячешь, а чемодан жемчуга. Нужна ли тебе отметка на карте, чтобы запомнить место? А может быть, как в «Острове сокровищ», еще и подробная инструкция?