— А чтоб стоять мог, а то скажешь потом, что несчитово.

— Ты ещё хуже Рогожина, — зло пинает подвернувшийся под ногу труп. — Это комплимент, если что, — снова улыбается этот прохиндей.

И что с ним делать? Никто и никогда столько раз по башке не получал, за свои косяки, сколько Балагур. Мне вообще кажется, что его в своё время Рогожину за грехи его тяжкие подсунули. Вопрос только в том, я то за что страдаю?

— Ладно, проехали, — отмахиваюсь, — я сказал, ты услышал. У нас проблема, что делать-то дальше? Переговоры зашли в тупик. И ладно бы тут всех перебили, но наверняка же ещё кто-то есть, на подобии наших «расхитителей станков».

— Ну так давай у этой вон спросим, — кивает напарник, на всё ещё лежащую без сознания девушку.

— Лады, ты пока трупаки обшмонай: арты, зелья, свитки. Посмотри, может, что уцелело, после того, как ты тут разгром устроил.

Оттащив деваху в уголок, между домом и стеной, и приведя в чувство, влил ей в глотку зелье здоровья. И не потому, что я очень гуманный, а потому, что эстет. Да. Пленница довольно симпатичная, но только с двумя ушами.

Оп-па. А как это понимать? После приёма зелья ухо взяло и зарубцевалось. Вот так вот. Не отросло, а заросло.

— Балагур, ходи сюда, думать будем. А ты не реви, подумаешь, безухая будешь. Согласен, страшная, но зато у тебя сиськи огонь.

— Не-е-е, будь они у неё, как у Мальвины, тогда да, а так не затащат, — подливает масла в огонь подошедший Балагур.

— Ненавижу! — кидается на меня с кулаками эта дурная, но получив удар в зубы, возвращается на своё место.

— Ты не мужик, раз бьёшь женщину, — сплёвывает кровь.

— Безухую, прошу заметить, — вскидывает палец вверх Вован.

— Балагур, тебе не стыдно, — укоризненно качаю головой, — вот зачем ты девушку до слёз довёл?

— Я? — аж офигел от такой предъявы Вовка.

— Ну а кто? Не я же… Иди обыскивай дальше. А ты не реви, — присаживаюсь на корточки. — Если поможешь нам, то у нас есть целитель. Ну а в крайнем случае, грохнем тебя и воскресим. Будешь как новенькая.

— А если нет? Вдруг это не сработает? — даже плакать перестаёт. — Воскресите Слоника, тогда я всё что скажете, сделаю.

— Слоника?

— Моего парня.

— Хм… Ну допустим, — дёргаю себя за ухо, специально, чтоб напомнить, что у неё то его нет. — Всё зависит, от того чем ты нам помочь можешь?

— Я верну твои ножи.

— Эти? — усмехаюсь, вытягивая из ножен один из клинков.

— А-а-а… А как? А где вы их нашли?

— Военная тайна. Есть ещё в вашем поселении люди?

— Верните Слоника.

— Ты ведь понимаешь, что если начнёшь запираться после воскрешения, я уже не буду таким добрым. Свитки имеют цену.

— У главы их полно…

— А вот это уже разговор. Где там твой Слоник?

Мдя-я-я… Давненько я пазлы не собирал. А из слоников так вообще никогда, кажется, в его труп чем-то убойно-взрывчатым попало. Зато деваха, которую, как оказалось, зовут вполне нормальным именем — Лиля, больше не брыкалась и не пыталась свалить. Не факт, что после воскрешения будет так же. Но, по крайней мере, теперь на неё есть нормальный рычаг давления.

Слоник… А ведь парню вполне подходит это имя. Здоровый, почти как наш Молот, и ходит чуть вразвалочку. Вот только умом не блещет. Стоило ему воскреснуть, как попытался кинуться в драку.

Но мир наступил очень быстро. Я ему втащил, сверху на него брякнулась Лиля умоляя не делать глупостей. Но мне все равно, кажется, что он бы наделал их, если бы не подружка. За которую он реально испугался.

Так что разговор у нас получился хоть и не простой, но продуктивный. Всего-то и пришлось один раз нож в ногу парню воткнуть. За то что Лиля соврала. А вот он не врал, ибо я честно предупредил, что у них круговая ответственность. Врёт один, получает другой.

И так. Кроме той группы, что мы уже повязали, есть ещё несколько бригад в горах, общей численностью девяносто человек. Добывают вкусняшки. За ними убежал гонец, после того, как мы захватили бойцов в пещере. Был там, оказывается, ещё один. По лесу шлялся, а тут мы красивые. Здравствуйте, держите по кумполу. Вот тот и не будь дурак, руки в ноги и в город. Вот почему нас так кучно стрелами-то встретили…

Ещё и мы с Балагуром, продемонстрировали чудеса перемещения по болотам. Вот они с перепугу стрелять и начали. Но если бы они знали, что мы на самом деле не бандиты, а те самые парни, что победили бандитов, то конечно не стали бы стрелять.

Да-да. Очень правдоподобная история. И то, что Слоник в неё верит, не значит, что это правда. Ибо бандиты у нас в голубых беретах не ходят. Так что знали они кто мы. Ну может туповатый Слоник и не понимал что делает, но вот командиры. Тот же глава… Так что отхватили они за дело.

А ещё нам показали местную сокровищницу. И у них тут нормальные такие запасы всякого барахла. Вот бы ещё знать, что это такое. Не считая склянок с зельями и свитков воскрешения. Аж в количестве двадцати штук. Нормально так.

Тут одно из двух. Либо Форина звать, либо главу воскрешать и спрашивать, что это они тут хранят? Система то не работает. А это проблема. Которая, однако, быстро разрешилась, Лиля оказалось довольно ушлой девочкой. И была в курсе почти всех артефактов.

Собственно в сокровищнице присутствовало много таких предметов, которые система не распознавала, поэтому они тут тупо лежали. А самое убойное, применили против нас. Интересно там хоть заряды остались? И сколько?

В общем надо звать Форина, да и парней наших. А то Слоник с Лилей тут намекать начали что, мол, люди которые тут жили, очень хорошие. Их бы воскресить. Они нас и напоят, и накормят, и в баньке попарят, и горло спящим перережут.

Последнее это конечно мои мысли. Но по факту, если есть нормальные люди, почему бы и не воскресить. Но явно не всех. Надо с гномом переговорить.

Эх. Где же мой пернатый Босяк? Вот послал бы его сейчас в пещеру, и нет проблем. И что делать? Взвесив все за и против, отправил туда Балагура, а сам остался в городе. Мало ли, вдруг ребятки с гор вернутся, а тут вот такой расклад.

Их же там девяносто рыл, так что подмога не помещает, а у Вована с дипломатией очень плохо, не умеет он с людьми договариваться. Вон оставил его покараулить, а он погром устроил.

Спросите, а как я собрался с такой толпой договариваться? Ну так не разом же припрутся, а если и припрутся… Значит врубаем дипломата, улыбаемся и гасим самых борзых. В первый раз что ли?

Тем не менее, подстраховаться надо. Например, отправить кого-нибудь в дозор. Положив руку на плечо местного здоровяка, проникновенно так говорю:

— Слушай, Слон ты наш могучий, а не пойти ли тебе…

— Я Слоник, — возмущается этот умник.

— Ну так надо расти над собой, пора становиться мужчиной. Сколько можно Слоником быть, пора уже…

— Я не идиот, не надо со мной как с маленьким разговаривать, — ощерившись скидывает руку с моего плеча.

Видимо парень решил, что теперь, когда Балагур усвистал и я остался в гордом одиночестве, всё резко изменилось. Почему некоторые люди считают, что если он здоровее меня, то значит сильнее?

— Нет, ты идиот, — всё так же по-доброму улыбаясь, прописываю ему пилюлю, прямо в печень, как завещал Великий Джинн.

М-м-м… Говорят же, что любое лекарство при передозировке может стать ядом. Но я не виноват, у этого динозаврика такой мышечный каркас, что я, кажется, переоценил его. В общем, упал и блюёт.

Лиля тут же кинулась к нему, и давай на меня взгляды испепеляющие бросать. И прям нормально так, ненавистью в мою сторону потянуло. Не понимаю, за что она меня так не любит? Не убил же парнишку. Так, пояснил за правила поведения при разговоре с парнем в голубом берете. Вежливость наше всё.

И вообще, меня девки любят, и не только человеческие. Да-да. Могу даже в парочку нек пальцем ткнуть. И даже одна богинька очень даже не ровно дышит в моём присутствии. А эта прям ненавидит. Может больная?

— Ладно, Слоник, встал и пошёл на край города, будешь караулить. Как ваши появятся, бежишь сюда и докладываешь.