Наверное, для начала надо сказать пару слов о данном месте. Хотя, что тут говорить? Вы бывали в общественных точках питания? Значит, хорошо себе представляете, что тут и как. Единственно с поправкой на крылья: вместо стульев табуретки, расстояние между столами раза в три больше чем где-нибудь на Земле.

Пункт раздачи ничем не отличался от земного, длинный прилавок с высокими полками, на которых была выставлена еда, единственно в конце отсутствовала кассирша, как класс. Как пояснил Сёма, кормили здесь бесплатно. Ну и кухня, которая, находилась прямо за стойкой раздачи, была огромных размеров, плясать можно. Оно и понятно, крылья не слишком-то способствуют тесноте. Смахнёшь супец на пол, обратно не соберёшь.

В общем, всё, как и на Земле, даже стенды на стенах имеются, почти как дома. Не поверите, у них реально на стене висит плакат: на котором, изображён грустный ангел, с сильно пощипанными окровавленными крыльями. А чуть сзади изображён здоровый, злобно ухмыляющийся тип, с пучком перьев в кулаке и с капающими с них кровью, в голубом берете и весьма похожий на Балагура. И гигантская надпись: «Ангел будь бдителен, гвардейцы снова в Эдеме».

Или как вам такое… Кровать, на ней спящий ангел, лицо умиротворённое, я бы даже сказал одухотворённое. И рядышком полуголый, бугрящийся мышцами амбал, в неизменном головном уборе и при этом держащий над головой огромную штангу, которая аж гнётся под весом блинов. Что неужели я реально выгляжу так глупо? Где этот художник, хочу сказать ему пару ласковых. А уж тому, кто эту дебильную надпись придумал, перья повыщипывать надо. Только представьте: «Ангел пока ты спишь, гвардейцы качаются». Чушь.

Так что они сами виноваты, что я от расстройства собрал все пирожки, что были, в огромный тазик, который Вовка выпросил у местных дам. Хм… Кстати, тазик он мне отдал, а сам с той стороны прилавка остался, продувать ушки местным красоткам. Вовке не требуется одобрение системы, у него от рождение высший скилл (навык): «Повелитель сердец, всех представительниц общепита». Давно установленный факт. Ах, сколько вкусняшек и двойных порций было съедено группой диверсантов «Коршуны». Ибо скилл у Вовки высший, как я уже сказал, так что кормили всех, а не только его.

Однако, о наболевшем… Где компот? А? А вот он… Следующий плакат был вообще из области… не знаю даже, как объяснить. Стоит ангел, с зажмуренными глазами, пальцами затыкает уши из которых течёт кровь, а рядом Тихоня что-то вещает. И надпись: «Ангел помни, у гвардейца даже язык оружие».

— Мне, кажется, нас здесь не любят, — усевшись за ближайший стол, бухнул, туда же тазик с пирожками, поставил рядом поднос с компотом и, выхватив, румяную, жаренную на масле вкусняшку, идеального размера, как раз на один раз, запихнул её в рот. И чуть не расплакался… Он был с печёнкой. Нет, не то чтоб я жутко любил именно такие пирожки, нет. За то их просто обожал наш командир, капитан Рогожин, он же Джинн. Человек, который, вывез с Земли Балагура, прорвался к Эдему и тем самым спас его. Уверен, что без него и нас бы здесь не было.

— Не конкретно вас, — Симиниэль жадно наблюдает, как я жую, — вообще вашего брата гвардейца. Вы же наши антиподы.

— Чего? — я аж поперхнулся капусткой из очередного пирожка. — Какие нафиг антиподы? Мы же не демоны. И прекрати пожирать глазами еду, — пододвигаю к нему тазик с пирожками, — просто возьми и ешь. Ты что на диете?

— Нет, — вздыхает, — не на диете. Это за то, что я тебе «Перо ангела» дал, наказали. Видишь ли, не имел права выдавать. А уж за то, что Тихоне выдал, начальник вообще озверел. Вот и не могу взять с прилавка, ничего кроме пары ватрушек в день и стакана чая, — голодно сглатывает.

— Ну так ешь, — подаю пирожок, — бери.

Но тот только как-то затравленно оглянулся, на набежавших и позанимавших соседние столы коллег, и втянул голову в плечи. Кажется, боится. Что-то мне теперь тоже хочется познакомиться с местным боссом. Есть у меня пара вопросов. И тут взгляд цепляется за плакат со злобствующим Балагуром. Ну, а что?

Хватаю Симиниэля за крыло и слегка потянув на себя, так чтоб не делать ему больно, рявкнул, брызгая во всё стороны слюной и картошкой с луком, которые были в последнем пирожочке:

— Ты что меня не уважаешь? Думаешь, отравить хочу? А ну жри, а то крылья оборву, — и запихнул в рот ему вкусняшку.

Подвергнутый жутким «истязаниям» ангел, был вынужден начать есть. А я грозно, обвёл взглядом присутствующих здесь представителей местной администрации и кровожадно, стукнул кулаком об ладонь. Очень хочется подраться. Вот только дайте повод. Ух…

Оно, конечно, их тут много, и вполне возможно запинают. Но у нас тут мать его бессмертие. И в следующий раз я буду знать куда идти. Ух прямо так и поразбивал бы эти наглые сытые рожи. Сёма, между прочим, ради них старался, чтоб мы тут реже появлялись. А они нашли крайнего. Ну, а как же, знаем, проходили. Ну, давайте доходяги, только даёте повод.

— Олежа, ты чего орёшь? — через прилавок, как раз перелетел вооружённый огромным черпаком Балагур. Даже ни одной тарелки не сбил, с верхних полок. Могёт, однако. — Тьфу, обломщик, я-то думал, махла началась. Эх, Олежа, оказывается не так здесь и плохо, — довольно улыбается. — Всё! Теперь как только грохнут, я сразу на кухню. Кхм… В столовую я хотел сказать…

С той самой кухни, раздались довольные смешки, а вот мужички местные как-то напряглись. Нет, похоже, без махлы сегодня не обойдётся. А вполне возможно, что в скором времени появится новый плакат. Что-то на вроде, Балагура схватившего ангелессу за выступающие места, она такая вся в слезах (ага, счастья), он такой зло скалится (я бы сказал, довольно лыбится, что не пришлось долго уламывать). И надпись: «Ангел будь бдителен, гвардейцы распутны и беспринципны». Хотя как по мне, надо писать другое: «Ангел пока ты работаешь, гвардейцы уговаривают».

Тем временем Вован заметил, с какой скоростью жуёт, причём не по доброй воле (можно сказать под пытками), наш пернатый друг:

— Сёма, тебя тут, что не кормили? — тот только тяжело вздохнул и развёл руками. На что Вовка замахнулся на него черпаком и грозно прикрикнул: — Жуй давай, а то как стукну! И компотом запивай!

— Сёма, так что там с антиподами-то? — интересуюсь, смакуя очередное чудо кулинарии.

Запив, очередную вкусняшку, ангел пожал плечами:

— Не совсем верно выразился, вы, скорее, коллеги наши. Только, как бы… — шевелит пальцами, — сложно объяснить. Вы не враги даже нам. Вот только мы сторонники строгого порядка, а вы…

— Беспорядка, — в зале появился ещё один действующий персонаж.

Всё такой же ангел, с тонкими, почти женскими чертами лица, весь в белом и сам белобрысый, вот только кончики его перьев были золотыми. Видимо, местный бос. А если взглянуть на Балагура и на то, как он поудобней перехватил черпак, то точно он. И тут я неожиданно понял. Драки не избежать. Потому что если не заеду кулаком в эту наглую харю, не видать мне спокойного сна.

А этот борзый тип, скривив морду, брезгливо так, произнёс:

— Симиниэль, кто вам разрешил есть больше установленного для вас лимита? Ваше наказание будет про…

Договорить он не успел, Балагур просто заехал черпаком ему по зубам. Ангелоида понесло в ближайшую стену, но добраться он туда не успел. Так как был пойман за пролетающее мимо крыло. Говорю же, бессонница это не наш метод. А так как насмерть тут забить никого нельзя, то сдерживаться я не стал. Первым же ударом доломал то, что не смяло оружие Балагура, зубы, нос, челюсть. А затем, ухватив местного босса за ноги, рявкнул на Симиниэля, отвешивая пинка, чтоб у него тоже травма боевая была:

— Под стол, быстро.

И пошла потеха. Кто сказал, что если использовать глав админа как дубину, то парусность крыльев не позволит делать это эффективно. Нормально пошло, уже через пару минут нечему было паруситься, ощипался болезный. Рядом радостно похекивал Балагур, раздавая плюхи своим черпаком. Всё-таки не зря висит плакат, о том, что пока ангелы спят, мы дерёмся.