Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Шмальчук промолчал.

Да и что тут говорить, когда и так все уже ясно.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Крайнее средство

Целые сутки скакал Тихон по заколдованной навьей нечистью дороге.

Упорству бравого дружинника мог позавидовать любой русский витязь.

Княжий племянник скакал без устали, не обращая внимания на злые чары и миражи. Ни на жутких покойников, выстраивавшихся рядами вдоль узкой дороги и пытавшихся схватить полупрозрачными руками несущегося мимо ездока. Ни на паривших над головою безликих призраков, от коих веяло всамделишным смертным холодом… Тихону все было нипочем, скакал себе как ни в чем не бывало.

Только один раз дружиннику стало не по себе — это когда у обочины дороги увидел он брата Григория, держащего в руках собственную голову.

— Возвращался бы ты назад, братишка, — недовольным тоном кричала вслед всаднику эта самая голова. — Не нужна мне помощь твоя, себя только погубишь…

Но княжий племянник и это вытерпел.

В конце концов сдалась навья нечисть.

Удивила ее настойчивость бесстрашного русича, и, как только злые чары отступили, тут же выехал Тихон к знакомой маленькой пещерке.

Праздничных столов, понятное дело, , нигде не было, да и гости, ясно, давно уже разъехались. Состоялась ли свадьба? Сие пока было покрыто мраком неизвестности.

У входа в пещеру дремал средних размеров домовой. При появлении Тихона он проснулся и проворно порскнул в растущие неподалеку кусты.

Тихон выхватил меч и уже было приготовился спуститься в пещеру, как вдруг за спиной услышал чьи-то тихие голоса.

Кто-то шел со стороны дубового леса.

Немного постояв в нерешительности, дружинник поспешно полез в те самые кустики, где только что скрылся не в меру пугливый домовой.

Тем временем из-за деревьев вышла очень странная парочка. Высокий упитанный молодец и непонятная девица с длинной косой.

Тихон присмотрелся внимательней.

Упитанный молодец оказался Гришкой, но вот идущая с ним под руку молодка была княжьему племяннику определенно незнакома.

На девушке красовался славный сарафан до пят, в русых волосах красная лента, высокая грудь, чистое, светящееся счастьем лицо прелестных очертаний.

«Что енто здесь творится?» — недоумевал Тихон, у которого никак не сходились концы с концами.

Где проклятое Лихо?

Почему Григорий спокойно разгуливает в опасной близости от жуткой пещеры? И кто, в конце концов, эта девица?

Все эти вопросы требовали немедленного разрешения.

Дружинник тяжело вздохнул и решительно вышел из кустов.

Гришка с молодкой замерли, недоуменно глядя на бравого ратника при мече и в славной кольчуге.

— Привет, Григорий, давненько не виделись.

— Ты кто? — Гришка испуганно моргнул. — Я что, тебя знаю?

— Это же я, брат твой Тихон, неужели запамятовал? — не на шутку испугался Тишка.

— Никаких братьев у меня отродясь не было! — гневно прокричал Григорий. — Не знаю, что тебе от меня надобно, но лучше шел бы ты своею дорогою.

«Вот оно что! — подумал дружинник. — Стало быть, снова злые колдовские чары. Ну я вам щас покажу!»

Повернувшись к расфуфыренной молодке, Тихон язвительно произнес:

— А ты, стало быть, Лихо? Вижу, хорошо замаскировалась, второй глаз вставила, морду подштукатурила, румян не жалеешь. Да и хромота у тебя куда-то пропала, особую обувку носишь, так ведь?

— Я… я не понимаю… — дрожащим голоском пролепетала девушка, растерянно глядя на Григория.

— Ну, ты это… слишком много на себя берешь! — зло выкрикнул Гришка, надвигаясь на брата. — Что, небось думаешь, раз ратную кольчугу нацепил, так тебе все можно?!

Ни секунды не колеблясь, Тихон размахнулся и плашмя огрел родного брательника мечом по голове.

Григорий пошатнулся, хватаясь за вскочившую на макушке шишку.

— Ах ты, негодник! — пронзительно взвизгнула молодка, скривив симпатичный розовый ротик. — Я тебе сейчас покажу, как суженого моего бить…

Но Тихона теперь не так-то и просто было напугать.

Выставив перед собой меч, он медленно пошел на орущую девицу.

— Ой, мамочка! — вскрикнула та, и через мгновение перед княжьим племянником стояло Лихо Одноглазое собственной персоной, волосы серо-буро-малиновые, ноги колесом, один глаз черной лентой перевязан.

Стало быть, чары спали.

— Ну теперь ты видишь? — закричал брату Тихон.

Григорий мотнул ушибленной головой и очумело поглядел на Лихо.

— Это… это что такое? Где моя Варвара?

— Это и есть твоя Варвара, дурень!

— Но ведь… это же Лихо Одноглазое! Оно что, съело мою невесту?

— Ага! — злорадно подтвердило навье отродье. — Только что съела, косточки обглодала, а нежную белую кожу на барабаны ефиопские пустила!

— Она, он… тьфу ты, оно это серьезно? — Гришка в отчаянии поглядел на брата.

— Молчи, вражина! — Тихон потряс перёд носом Лиха булатным мечом. — Я больше тебя не боюсь, так и знай! А за брата… кишки выпущу, прямо сейчас.

— Ой-ой-ой, — противно рассмеялась «красотка». — Напужал ежа голыми пятками.

Княжий племянник не стал далее пустословить, он просто взял да и хорошенько рубанул мечом по Лиху. Рубануть-то рубанул, но навий суккуб ловко увернулся и, подобрав юбку, колченого бросился наутек.

— Ай-яй-яй, люди добрые, убива-а-а-ают… — голосила «красотка», вовсю задирая голенастые ножищи. — Живота лишить хотят, други, на помощь…

— Навьего колобка мне в глотку! — выругался Тихон, пряча в ножны верный меч. — Да она сейчас созовет сюда всю лесную нечисть. Где же я привязал Огонька?

Григорий несколько безучастно глядел на суетящегося брата.

— Где же Варвара? — бормотал он в отчаянии. — Где же она, жена души моей, верни мне ее, Тихон.

— Дурилка, очнись! — Тихон схватил брата за шиворот и неистово затряс. — Нет никакой Варвары. Это все колдовство особое. Лихо тебя таки охмурило. Оно и было этой девицей. Я очень надеюсь, что у вас не дошло до первой брачной ночи.

— Нет, не дошло, — с великим сожалением вздохнул Григорий, — а жаль…

— Да проснись же ты!.. Эх…

Относительно спокойный доселе лес наполнился жуткими звуками. Стоны, хрипы, рычание… Не было никаких сомнений, что Лихо на этот раз собрало всех обитателей мерзкого местечка, какие только были, и сейчас все эти милые добрые ребята спешили к пещере, дабы поскорей разделаться с ненавистными нарушителями навьего спокойствия. И кто знает, может, не все еще из жутких отродий забыли, как в разгар пышной свадьбы у них из-под носа сбежала чудесная аппетитная человечина…

Послышалось испуганное ржание, и прямо к княжьим племянникам подбежал славный Огонек, который был не шибко крепко привязан к молодому деревцу неподалеку.

Лошадка выглядела не на шутку перепуганной.

— Скорее на коня! Да запрыгивай же…

Братья поспешно вскочили на мощный круп лошади, Тихон впереди, Гришка позади.

Умную конягу даже не пришлось понукать, она так рванула с места, что добры молодцы от неожиданности чуть не сверзлись на землю.

Над головами удирающих с шипением пронеслись два больших нетопыря: один синий и немного лысоватый, а второй черный с подбитым правым глазом.

Тихон передал вожжи сидящему за спиной брату и выхватил меч. Лысый нетопырь спикировал вниз, прямо на головы княжьих племянников.

Тихон выругался и наугад ткнул мечом вверх.

Нетопырь зашипел, завертелся в воздухе волчком и рухнул вниз в грязную придорожную канаву.

Второй нетопырь благоразумно набрал высоту, резко передумав пикировать.

— Ага! — залихватски выкрикнул Тихон. — Съели?

Русичи выскочили на дорогу. Ту самую, по которой давеча ехал, переживая за судьбу брата, Тихон.

Как видно, не зря все-таки переживал.

На этот раз лошадь несла ездоков в обратном направлении, но это мало что меняло.

У дороги снова караулили мертвецы. На сей раз они не только загребали руками, но и кидались наперерез обезумевшей от страха конячке, пролетавшей сквозь них словно сквозь утреннюю молочную кисею.

1809
{"b":"868614","o":1}