— Помогло, конечно, то, что корветы бронированы хорошо, и довольно шустрые, — объяснял Тришка. — Только наши недотёпы всё одно просрали все полимеры, как ты любишь говорить. Мне-то особо некогда было смотреть, что там, но по комментариям капитана… Короче, что ты хотел от неслётанных команд, да ещё и половина гоблинш на них? Полная хрень и позорище. Пока, короче, держатся, даже сколько-то «пираний» свалили, но те дают им прикурить. Рвутся к тягачам, потому что видели, что авианосец пал, и теперь у них единственный шанс не сдохнуть — это высадиться на большой корабль и захватить его. Ну а наши, соответственно, пытаются не дать им этого сделать, только получается хреново. Два из пяти корвета уже небоеспособны. И хорошо, хоть на воздухе держатся. Короче, дело дрянь, мы терпим поражение накануне победы. Даже уже после победы! Классно вы там этим уродом прикурить дали, моё почтение!

Закончили перетаскивать снаряды, и Влад направился на палубу. Если он где и понадобится — то там. Либо для того, чтобы пострелять из автомата, либо — если потребуется телепортироваться.

«Вот же сволочи, — думал Лопатин. — Упорные, твари. Нет бы сдаться!»

«Стремительная» вынырнула, наконец, из клубов тумана, и на форсаже направилась к месту боя. Детали противостояния разглядеть пока было трудно — Влад смог только разглядеть, что не всё потеряно. Два корвета — видимо те, о которых говорил Тришка, повреждённые, — были немного в стороне, висели неподвижно. А основное действие развернулось вокруг одного из тягачей. Десяток крохотных с такого расстояния «пираний» носился вокруг тройки корветов.

«Действительно, напоминают пираний», подумал Лопатин. — «Или шершней — вон как вьются!»

Как раз в этот момент три из десяти корабликов противника вдруг бросили свою жертву, и, резко развернувшись, направились под неосторожно подставленное днище одного из корветов. Тот до этого вполне успешно отбивался от трёх других пираний, но следить за всей сферой у капитана явно не хватало опыта, вот и подставился.

«Да что они, совсем ничего не видят⁈» — возмутился Влад. — Падать нужно! Они же там, со стороны днища почти беззащитные!

С капитанского мостика раздавались команды — Каси тоже всё это видела, и пыталась руководить издалека. Впрочем, не всё ещё было потеряно. Тот корвет, который остался без внимания противника, сначала развернулся в попытке догнать сбежавших — бесполезная затея. «Пираньи» гораздо более юркие, догнать их можно даже не пытаться. Впрочем, Влад не один это заметил. Каси что-то прокричала в переговорник — Лопатин не расслышал что, — но «свободный» корвет вдруг изменил направление движение и рванул на помощь третьему товарищу, который отбивался сейчас от оставшихся четырёх пираний. Туда лететь было ближе, и такого маневра пилоты пираний не ожидали, так что один сходу отправился в бездну после удачного попадания подоспевшего товарища. И сразу следом рухнула ещё одна «пиранья», сбитая уже другим корветом.

Каси снова что-то закричала в переговорник, и два корвета, больше не обращая внимания на оставшихся двух «пираний», наконец, отправились на помощь терпящему бездну третьему товарищу. Сама «Стремительная» уже значительно сократила расстояние, отделяющая её от места боя — вот-вот вмешается в схватку.

Влад поспешно схватился за автомат — против мелких, легких корабликов с всего одним пилотом и одним канониром земное оружие оказалось в самый раз. Остроконечные пули пробивали пираний насквозь, и хотя сбить саму «пиранью» из автомата вряд ли получится — двигательный отсек защищён, но ранить или убить экипаж было вполне возможно.

Однако это не потребовалось. Вражеские команды сообразили, что бой скоро закончится, и не в их пользу. Да, скорее всего, они бы успели повредить или даже сбить ещё один корвет, но на этом их успехи бы точно закончились. Тем более, тягачи тоже оказались небеззащитны — в процессе боя одна из «пираний» оказалась слишком близко к тому, что шёл впереди, и оттуда мощно рявкнула пушка. А может, пилоты просто испугались — они ведь видели, что это именно «Стремительная» каким-то неведомым образом смогла сбросить в бездну авианосец. Сталкиваться с таким противником они не хотели.

Все восемь оставшихся «пираний» вдруг рванули в стороны, а потом легли в дрейф.

— Всё, они сдаются, — сообщила Каси. — Давно пора!

Влад отложил автомат, и поплёлся в трюм. В голове крутилась только одна мысль: «Ну теперь-то можно будет отдохнуть⁈»

И, как всегда, когда чего-то очень хочешь, это не получается. С капитанского мостика послышалось гневное восклицание демонессы, она что-то затараторила в переговорник, потом начала отдавать приказы команде. Пришлось снова менять направление и двигаться к рубке.

— Что случилось⁈

— Фальгрим! — сквозь зубы процедила девушка. — Разворачивает тягач и собирается уходить. Утверждает, что раз остров всё равно погиб, он тут не нужен, и не собирается ни на минуту задерживаться в местах, которые могут представлять опасность. Он, видите ли, гражданский пилот, лучший пилот империи, и слишком ценный специалист, чтобы рисковать своей жизни в глупых битвах!

— Чего⁈ — переспросил Влад.

— Это цитата, — пояснила Каси. — Просто передала то, что он сказал.

— А он что, ненормальный? Нет, ну ладно, он думает, что остров погиб. Но лететь одному, в одиночестве назад же ещё опаснее!

— Так он думал, что мы сейчас полетим. А вообще подготовку к развороту начал ещё когда мы только вступали в битву. Он, оказывается, был несогласен с тем, что мы решили дать бой авианосцу. Считал, что необходимо просто сдаться. Теперь же, когда авианосец неожиданно погиб, он ни минуты не собирается задерживаться в опасном месте.

— И чего теперь делать? — растерялся Лопатин.

— Чего-чего, — раздражённо передразнила Каси. — Арестовывать его придётся. Ох, как же я это ненавижу!

Каси всё-таки попыталась образумить капитана и связалась с капитаном Фальгримом ещё раз.

— Капитан, не стоит портить себе и нам жизнь, — увещевала девушка. — Вы находитесь в моём подчинении, и потому обязаны выполнять приказы.

— Я не обязан выполнять идиотские приказы! — басил в мереговорник капитан тягача. — Я — лучший капитан империи, у меня есть грамота! Я выигрывал соревнования. Я уже тридцать лет командую всем, что может двигаться! И я не собираюсь подчиняться какой-то сумасшедшей девчонке, которая привела нас всех на гибель! Вы безумны, госпожа Касиодорра, а безумному командиру подчиняться — преступление! Вы должны были сразу же сдаться в плен, когда поняли, что на месте острова эльфийский авианосец. Вместо этого вы решили вступить в бой! Безумие! Сумасшествие! То, что вы каким-то чудомпобедили, вас не оправдывает, а только наоборот, усугубляет вашу вину! Столько жизней уничтожено, только из-за амбиций какой-то рогатой идиотки!

— Вы понимаете, что топите себя всё сильнее? — тихо спросила демонесса, но Фальгрим только сильнее разъярился:

— Я всю жизнь избегал этих идиотов с оружием. Никогда не служил в армии. Отнимать жизнь — это преступление! Любую жизнь! И вы сейчас требуете, чтобы я вас поддержал⁈ Я — не в армии! Я — лучший капитан в империи! Я не собираюсь подчиняться идиотам. Мне надоело слушать ваши фантазии. Я не знаю, что вы там придумали, и как собираетесь поднимать остров из глубин бездны, однако участвовать в этом не собираюсь. Я терпел, когда вы тратили драгоценный гелиотроп на то, чтобы гнать тягачи со скоростью втрое выше расчётной, хотя этого не было указано в наших контрактах. В конце концов, машины тоже несли повышенный износ! Однако это было ваше дело, и тот факт, что топлива не хватило бы на обратную дорогу с островом, меня не касался. Однако сейчас вы переходите границы. Мы находимся здесь напрасно! Вы рискуете моей жизнью, и я не собираюсь вам этого позволять! Мои корабли уходят, госпожа Касиодорра. Счастливо оставаться! Будьте уверены, я непременно доложу о вашем поведении как только окажусь в пределах имперской связи!

«Этот день никогда не закончится», — печально подумал Влад.