— Не вижу другого выхода, — честно признался Ганс, — либо мы сейчас договоримся, либо нас сметут.

— То есть, вариант сопротивления вы вообще не рассматриваете? — Хорхе не собирался сдаваться так просто.

— Если их назначит система, сделать мы уже ничего не сможем, — в разговор снова вмешался Вильям. — пойдём против них открыто — нас объявят ренегатами. Станем действовать скрытно — подключатся модераторы, глава которых, между прочим, тоже состоит в Константе. Я согласен с мистером Вебером, надо договариваться. Всё-таки это не те русские, с которыми мы всегда бодались. Не правительство, а практически случайные люди, получившие силу.

— Да и не только русские там, — в диалог включился Лоренцо Боселли, бывший итальянский министр, один из немногих старых политиков, которые смогли остаться у руля. — Вон, Самуэль Адебайру, камерунец или сенегалец? Крайне приближённый к лидеру человек. Как-то же они нашли общий язык? И, судя по тому, что мы видим на состязании, Брод вполне разумен, даже, я бы сказал, великодушен и справедлив. В его клане самое большое разнообразие рас из всех, а он землянин. Это о многом говорит.

— Ещё до прихода системы господин Загонов являлся клиентом моего учреждения, — слово взял Ноа Сутер, владелец крупнейшего швейцарского банка. — у меня есть его контакт, могу позвонить и договориться о встрече.

— И как он тебе, Ноа? — спросил Порье, — Договороспособен?

— Вполне, — ответил тот, — человек хваткий, довольно жесткий в некоторых моментах, впрочем, как и все русские, но бизнесмен до мозга костей. Считаю, что есть вероятность его подкупить, только нужно хорошенько подумать над предложением.

— А вот в этом я бы не сове овал спешить, но здравый смысл в этой идее имеется, — Нотингейл позволил себе не согласиться с коллегой. — Некоторое время назад мистер Загонов, насколько мне известно, тоже являлся членом нашей коалиции. Тогда человек, называемый сейчас Бродом, исчез на несколько месяцев, и Загонов, как истинный бизнесмен, легко сменил сторону на более выгодную. Но когда Брод появился вновь, Загонов каким-то образом снова оказался в его клане, причём с легкостью занял должность казначея.

— И о чём это нам говорит? — Гарсия-Лопес отчего-то любил задавать вполне очевидные вопросы, за что частенько получал неодобрительные взгляды коллег в свою сторону.

— Это говорит о том, что Брод внушаем, и Загонов имеет на него влияние, — поделился своими соображениями Вильям. — Я считаю, что нужно выходить на Загонова, пообщаться с ним, пригласить в наш круг, а там, глядишь, получше узнаем друг друга и, вполне возможно, сможем предложить что-то стоящее.

— Ты прав, Вильям, — внезапно согласился Ганс, — зачем нам вообще Брод? Пусть сражается и занимается своими бойцами, я слышал, что он большую часть времени проводит не на Земле. Думаю, он почему-то доверяет Загонову. Если сможем купить его, то ничего в нашей жизни особо не изменится, во всяком случае, в худшую сторону.

— Что ж, Господа, голосуем? — произнёс Нотингейл громко. — Кто за то, чтобы пойти на поклон к Броду? Никто, хорошо. Кто за то, чтобы подкупить Загонова? Единогласно. Отлично, Господа, так и поступим…

Элестос.

За состязанием на звание наместников нового мира активно следили не только на Земле. Событие, к удивлению многих, получило очень широкую огласку, но были также и те, кто напрямую являлся интересантами данного события.

В просторном зале величественного замка в вольном городе сидели всего лишь трое игроков, являющихся представителями совершенно разных поколений, но все трое были полностью поглощены происходящим на экране.

— Как тебе наши бойцы, Вайнос? — насмешливо спросил Хорус, глядя на правнука.

— Неплохи, глава, но до людей Брода им далеко, — вынужден был признать заместитель лидера Кри. — Мне сообщили, что он по какой-то причине пока не читает сообщения. Боюсь даже представить, сколько всяческих предложений к нему уже поступило после столь фееричного выступления на состязании, и сколько ещё поступит.

— В этом ты прав, внук, — сегодня атмосфера между ними царила больше семейная, чем деловая, — и как же хорошо, что мы встретили этот неогранённый алмаз гораздо раньше.

— Дедушка, не боишься, что он обидится? — внезапно спросила Вайнона.

— Нет, не боюсь, — бывший старик слегка улыбнулся и покачал головой, — Брод довольно умён, он прекрасно понял, что я действовал в его интересах. Ему неприятно, что я влез без его ведома, но он не станет раздувать скандал, ведь уже сейчас видит, что всё было сделано не зря. — Хорус был доволен собой и решением помочь Константе, даже несмотря на отказ Брода.

— Извини, глава, — начал Вайнос, но старик перебил.

— Я же говорил, сегодня у нас семейный вечер, никаких «глав» — он шуточно-сердито постучал пальцем по столу.

— Да, дедушка, но всё же, — Вайнос старался тщательно подбирать слова, — ты уверен, что они бы без нас не справились? Со стороны кажется, что никакая помощь им была не нужна. Особенно меня удивил этот Эрик. Наш шпион доложил, что это представитель ещё одной расы с Луркерии, и он чудовищно силён!

— Да, интересный персонаж, — Хорус вынужден был согласиться, — надо будет с ним тоже познакомиться. У Брода талант — собирать вокруг себя сильных и неординарных личностей. Внучка, — он резко переключился на девушку, которая глаз с экрана не сводила, машинально закидывая в рот странное земное лакомство под названием «Поп-корн». — А ты чего молчишь? Нравится тебе парень, да?

— Ну де-е-е-едушка, — протянула она и густо покраснела.

— Что, дедушка? Я же вижу всё, и выбор твой одобряю полностью, — сказал Хорус, чем еще сильнее вогнал девушку в краску. — Что ты, как маленькая? Нравится, значит, хватай и прячь подальше от всех. А ты сидишь тут и краснеешь. Ты учти, Вайнона, что, как только вот это закончится, Броду прохода не дадут всякие невесты. И будут они далеко не из последних кланов и корпораций. Он ещё даже близко не показал все свои возможности, но даже это уже в разы больше, чем демонстрируют другие. Да что там говорить, он прославленного Герхарта скрутил два раза, как игрушку, и это вся вселенная видела! Пекло-то только и держалось на страхе перед легендарным воителем, а теперь я очень сильно сомневаюсь, что этот клан просуществует хотя бы день после состязания.

— Угу, — Вайнона опустила взгляд в пол, но её всё равно выдавали красные уши.

— А Кассиопея молодец, вовремя подсуетилась, — Хорус продолжил действовать ей на нервы, — и отца спасла, и к Броду ближе стала, он ей вон как доверяет, всё время советуется. Кто знает, через какое время их союз перейдет в горизонтальную плоскость? Эх, даже жалко ему такую умную девку отдавать!

— Дед, ну пожалуйста, прекрати, — Вайноне было больно слышать такое. Она влюбилась, и этого не замечал разве что один Брод. — Я не знаю, как мне быть, не умею строить отношения. Ты же знаешь, у меня их никогда не было из-за навыка, я всех насквозь вижу с их низменными желаниями. И уж тем более понятия не имею, как начать первой. Вы скольких женихов ко мне приводили? А я только и делала, что им отказывала.

— Ну наконец-то признала, — обрадовался Хорус, а вместе с ним и Вайнос. Ему было особенно больно наблюдать за страданиями любимой дочери. — Я многое знаю и умею, девочка моя, но с этим вопросом лучше обратись к матери. Я родился наследником клана, так что женщин всегда выбирал любых. Такого опыта у меня, к сожалению, тоже нет. И ещё раз советую тебе поторопиться. Нет, Брод с его силой может, конечно, взять хоть двадцать жён, но ты же Кри! Разве тебя устроит такой расклад? — она грустно помотала головой, — Вот и я думаю, что не устроит, да и деда любимого расстроишь.

— Дедушка, скажи, а какие у тебя вообще планы на Брода? — Вайнос решил защитить дочку от давления главы, поспешно сменив тему. — Понятное дело, что дружить и так далее, но это всё общие слова, меня интересует конкретика.

— А её нет, внук, — Хорус улыбнулся и пожал плечами. — Представляешь, впервые за три века у меня нет плана! И это чертовски интригует, скажу я тебе! Он несистемный, он творец и разрушитель, тот, от кого можно ожидать вообще чего угодно. Наверняка я знаю лишь одно: если наш клан будет рядом с ним, то нас ждёт великий успех!