На шестом этаже располагались покои ректора, куда вход был закрыт, и зал заседаний, где проходили важные совещания среди преподавателей и решались судьбы академии.

Что находилось выше — такой информацией Тобин не владел. Можно только предполагать. Возможно, там были тайные архивы или магические хранилища… Я бы еще в обязательном порядке расположил там особый телепорт. В любом случае, этажи выше шестого оставались загадкой, и я не сомневался, что их секреты охранялись не менее тщательно, чем сокровищницы древних огнедышащих рептилий.

…Дверь в нашу комнату внезапно распахнулась, и на пороге появился Тобин. Мне пришлось вынырнуть из своих мыслей.

— О, Кай, ты выбрался! — обрадовался сосед. — Мне, между прочим, кошмары от твоего кровавого шара по ночам снились!

— А чего его бояться, — усмехнулся я. — У тебя-то как дела?

— Прекрасно! Сегодня… — быстро затараторил толстячок.

Неделю назад я наконец подсказал ему, куда и как лучше развиваться. Сделал акцент на его талантах. Парень обладал неплохими способностями к магии земли, точнее к ее подвиду — стихии камня, что довольно редко встречалось у обычных призывателей. Чаше всего они фокусировались на своей основной специализации, игнорируя другие таланты. Поэтому и Тобин ранее почти не развивая эту способность, хотя хорошо чувствовал землю, мог ощущать вибрации и даже немного управлять камнями.

Но основным его призванием, как он считал, была именно магия призыва. Так что на факультет призыва он попал не случайно. Вероятно, при вступительных испытаниях его сразу заприметили и в отличие от Кая предложили более выгодные и щадящие условия.

До моего прихода, этот семестр он потратил на изучение различных техник призыва, но его призывы часто оставляли желать лучшего, были слабыми и нестабильными. Он верно предположил, что количество иногда бьет качество, но в его случае он еле-еле вытянул минимальные требования, занимаясь не по самым эффективным методикам. Для прохождения экзамена на своем факультете он с большим трудом смог призвать духа огненной ящерицы. Ящерица, конечно, была неплохой, но совершенно не подходила его базовой стихии, а потому быстро теряла силу и выходила из-под контроля.

Прежде всего я обратил внимание Тобина на его талант к магии земли. Призыв — это не просто вызов существа из другого измерения. Это установление связи, основанное на понимании и гармонии с самим существом. Стихийная склонность — один из самых простых способов установить эту связь. Если Тобин, как призыватель, научится понимать и использовать энергию земли, он сможет лучше контролировать существ, чья сила основана на этой стихии: элементалей земли, каменных големов, духов гор и так далее. Причем фокус хорошего призывателя в том, что для призыва мощного существа не обязательно самому обладать преобладающей силой. В первую очередь нужно понимание. Понимание принципов призыва и потребностей самого существа.

Более того, магия камня могла значительно усилить защитные возможности Тобина, чтобы его не смогли прибить в обход его призывного фамильяра. Магия земли также хорошо подходит для контроля и первичного подчинения. Создал каменные барьеры, поймал в ловушку, замуровал в землю, — и вперед. Договариваться.

На средних же уровнях техники призыва позволяли не только укреплять связь с питомцами, делая их более послушными и лояльными, но и значительно усиливать их, придавая необходимую устойчивость в бою и чужеродной окружающей среде. Например, пластичная каменная броня его огненной ящерке точно бы не помешала. Но для этого и ящерка должна быть более массивная, а не с руку длинной.

Что касается техник призыва высокого уровня — они позволяли проделывать примерно то же, что я сделал с Лорой. Изменение сути самих призывных существ. Усиление более качественного порядка. Но до такого Тобину еще предстоит пройти долгий путь. Осилит он или нет — время покажет. Я могу только направить и в критические моменты помочь преодолеть бутылочные горлышки.

Изначально Тобин воспринял мои советы и идеи скептически, хотя старался этого не показывать. Ему казалось, что распыляться на два направления магии, стихийное и призывное, — это пустая трата времени и сил. Но я убедил его попробовать. Начали мы с азов и с простых упражнений — я подсказал ему несколько базовых, но редких техник контроля стихий и ощущения энергий.

К его удивлению, прогресс не заставил себя ждать. Он почувствовал, как с помощью моих советов и методик его связь с землей становится крепче, а заклинания призыва — более мощными. Там, где ему приходилось тратить уйму чистой энергии магического источника, теперь он мог делать то же самое намного эффективнее с помощью стихийного аспекта. Его первым успешным опытом стал призыв молодого каменного голема ростом ему по плечо — неуклюжего, но по меркам обычного ученика мага довольно сильного, особенно если рассматривать его защитные возможности. Более того, они быстро смогли найти общий язык.

Так что эту неделю Тобин тоже с головой ушел в тренировки, стараясь развить свой талант к призыву и магии камня. В отличие от меня, в обычной комнате сделать это будет проблематично, поэтому он стал постоянным посетителем стихийного зала земли на тренировочном полигоне, где развивал базовую энергию контроля. Еще он посещал специальный зал адаптации, в котором постоянно происходили землетрясения, сходили оползни и обрушивались пещеры, грозясь похоронить заживо. Условия в чем-то даже более дикие, чем в зале льда. Иногда учеников оттуда выносили прямо в лазарет.

Из основных стихийных залов я пару раз бывал в зале тьмы, зале огня и зале света для развития своих стихий второго плана. Зал света я посещал для тренировки некоторых аспектов стихии тьмы. А из комнат адаптаций, помимо уже опробованной комнаты льда — она же пониженной температуры, мне подходила комната с усиленной гравитацией, а также отдельный зал магического истощения. Я предпочитал развиваться от обратного: если мне нужно потренировать стихию огня, я шел в комнату льда, если тьмы — то в первую очередь я обращал внимание на зал света. Такой выбор позволял развиваться с двойной эффективностью, но подходил далеко не для всех — в первую очередь с психической точки зрения. Такие тренировки сложно выдержать обычным людям, а ученики магов в этом плане почти ничем от них не отличались. Дай подростку знание, что если он будет поднимать тяжелый камень с земли, и он станет намного сильнее своих сверстников с тем же потенциалом — и лишь один из десяти сможет это делать регулярно. Психика. Мотивация. Предрасположенность. Факторов на самом деле прилично.

— … Я сегодня пытался контролировать Кушму и Кряжа одновременно, сталкивая их друг с другом по твоему совету. Устал как не знаю кто! — пожаловался Тобин, завершая рассказ.

Кушма — так он назвал огненную ящерицу, а Кряжем — своего неуклюжего голема.

— Ты же не забыл перекусить, — утвердительно заметил я. — Так что все в норме. Ты на верном пути.

— Это да, — с довольным видом погладил живот Тобин, но затем поморщился, схватившись за центр груди — там, где у него находился магический источник.

Судя по всему, обычным ученикам призывателей никто не рассказывал, что призывные существа могли развиваться вместе с хозяином. При каждом призыве и совместной тренировке фамильяр частично поглощал магическую энергию не только окружающей среды, но и самого призывателя, тем самым ускоряя свой прогресс. Я надеялся, что Тобин сам постепенно заметит результаты и придет к этому неочевидному выводу.

— … О, кстати! — встрепенулся Тобин. — Тебя учитель Амелия искала. Сказала зайти, как освободишься.

Я немного удивился. С чего бы ей меня искать?

— Да? Тогда я полетел… Красивые одинокие учительницы должны быть услышаны и утешены! — полусерьезно выдал я и пошел приводить себя в порядок… Смывать густой запах крови и пота.

— Всем бы такую уверенность в себе… — с легкой жалобой раздалось мне в спину.

По дороге в кабинет Амелии.