Это не такой простой вопрос как может показаться. Сам статут Академии Лунарии гласит, что это магическая организация, придерживающаяся принципа нейтралитета. Академия не оказывала поддержку всем и каждому и не стремилась вмешиваться в конфликты внешнего мира, если только это не затрагивает интересы самой академии. При этом, она не допускала своеволия и злоупотреблений со стороны своих членов, вне зависимости от их ранга развития.

Были среди основных членов академии и такие как Гармел, которые откровенно не вписывались в общий «нейтральный портрет». Чем его «контролировал» ректор или кто другой из академии — мне неизвестно. Но одно я могу сказать точно — Гармел способен на все. Абсолютно на все. И этим он представлял для меня наибольшую опасность.

— Премного благодарен, — ответил я после маленькой паузы и множества мыслей, который пронеслись у меня в голове. Благодарил я не Гармела, а Мельхиора. Я запомню его помощь. Без его вмешательства я бы сейчас возможно еле стоял, а издевательства упыря имели все шансы закончиться не так хорошо.

— Посмотрим, что у тебя с теорией, Кайрен, — резко поскучневшим тоном проскрипел Гармел.

Теперь он был совсем не в настроении отпускать шутки.

— Внимательно слушаю декана.

— Можно ли украсть смерть? — задал он необычный вопрос и прищурился.

…Честно говоря, я готовился к тому, что он начнет душить сложными магическими формулами, где я действительно мог допустить ошибку, ибо формулы формулам рознь. Да и в моем родном мире никто ими почти никогда не пользовался. Даже в редких книгах теории как таковой было мало. Решала практика, понимание, интуиция.

А на философские вопросы ответить — это я завсегда. Можно ли украсть смерть? Для существ по четвертый ранг включительно ответ будет однозначен:

— Нет, лишь отсрочить ее. Смерть — это долг, который все должны выплатить! — ответил я в духе ученика-некроманта.

Гармел едва открыл рот, чтобы возразить, но замолчал.

— Еще два вопроса, — буркнул он. — Что страшнее: вечная жизнь или вечная смерть?

Забавный вопрос. В этом мире считается, что страшнее вечной смерти нет ничего. Обращение в нежить — это своего рода страшный вид казни. Методов же продлить жизнь — приличное количество.

В мире Михаила ситуация наоборот: многие думают, что вечная жизнь — это наказание, полное горя и страданий… А все почему? Если отбросить иллюзии: потому что вечной жизни так никто и не достиг, даже близко, а жуткое осознание ее конечности разъедает даже самую крепкую волю; успевает прийти к каждому, рано или поздно.

Вечная жизнь.

Вечная смерть.

В моем же мире…

— Ни то и ни другое, — уверенно ответил я. — Страшнее — вечность без цели и бесконечность без изменений!

Ученики удивленно зашептались, уставившись в мою сторону. Кажется, сегодня я предстал перед ними в новом свете. Лицо Гармела сморщилось, и он что-то забормотал себе под нос, прежде чем выпалить последний вопрос:

— Что отнимает некромантия и что дает взамен⁈

Я задумался, вновь представив себя в шкуре человека этого мира… Некроманта на исходе своей жизни. Такого как Гармел.

— Отнимает иллюзии! Дает понимание…вечности!

Гармел с плохо скрываемым ошеломлением посмотрел на меня, потом оглядел десятки пар глаз, ожидающих его решения. Теневое кровавое умертвие… Впечатляющие ответы на вопросы…

Станет ли он позориться или сделает мудрый выбор?

— Кайрен Ашер… Оценка А! — мрачно объявил он и едва ли не выплюнул. — Следующий!

Мудрое решение. Однако я понимал, что это лишь временное отступление. Его заставили сегодня отступить. Дважды. И ему это совершенно не понравилось. Это понимал он. Понимал я. Понимали наиболее смышленые ученики. И уж тем более — понимали другие деканы.

Гармел ни за что мне этого не простит.

Из протокола анализа памяти Лоры:

Лора зафиксировала, что Гармел представляет наибольшую угрозу для Владыки. Однако, подчиняясь прямому приказу, она не стала следить за магистром магии, поскольку риск обнаружения был слишком велик. Лора приняла самостоятельное решение следить за другой целью. Ее выбор пал на оборотня Себастиана, классифицированного как «высокая угроза». Ревнивый, честолюбивый, и с неясными планами в отношении Изабеллы, Себастиан уже не раз переходил дорогу Владыке.

Путешествуя между тенями, Лора осторожно, издалека следила за Себастианом. Большую часть второй половины дня тот провел на тренировочном полигоне в компании таких же третьекурсников. Он не заметил слежки, но и Лора ничего полезного не выяснила. Речь она пока понимает слабо, хотя и быстро обучается.

Лишь поздним вечером произошло несколько значимых событий. Первое: скользя по теням в главном корпусе академии, Лора была замечена преподавателем Пирием, однако тот не стал предпринимать никаких действий и лишь бросил заинтересованный взгляд в ее сторону. Ему наверняка известно, чей она фамильяр. Он отмечен как «дружественный субъект». Лора не стала убегать слишком далеко и вскоре возобновила слежку за Себастианом, который быстрым шагом шел по коридорам академии. Как оказалось, его путь лежал на факультет некромантии… И обладай Лора полноценным мышлением, уже сейчас это показалось бы ей весьма подозрительным.

Остановился Себастиан у личного кабинета… Магистра Гармела. Зафиксирована новая информация: Себастиан как-то связан с Гармелом, хотя они с разных факультетов, и Гармел у Себастиана в этом году не преподает.

Отдаленно почувствовав ауру могущественного некроманта, враждебно настроенного к Владыке, Лора, как и было ей приказано хозяином, тут же сбежала. Заметил ли ее Гармел — неизвестно.

Конец записи.

Я слегка удивился, узнав от Чипа о полуночных приключениях Лоры. Поскольку она связана со мной симбиотическим контрактом, Чип мог мониторить ее состояние и память в пассивном режиме. Это удобно — экономит время и позволяет быстро делать весьма полезные выводы.

Гармел и Себастиан… Какая связь между ними? Как давно она возникла? Связано ли это со мной? Если да — чем это может мне грозить? Связано ли это с Изабеллой? Если да — чем ей это может грозить? Стоит при случае пораспрашивать, имела ли она какие-либо внелекционные контакты с Гармелом.

Пока для меня связь между Гармелом и Себастианом, будь она хоть…нетрадиционной, значения не имеет. Скажем, если Себастиан продолжит конфликт не в личных интересах, а в интересах Гармела… Что это для меня изменит? Ничего. К обоим я отношусь в высшей степени подозрительно, что бы они там ни замышляли.

Сегодня экзамен был у Пирия. Наш класс он принимал вторым, поэтому в кой-то веки раз мне удалось выспаться, особенно учитывая, что Пирий не слишком придавал значение учебной дисциплине — в течение полутора часов можно было прийти, сдать экзамен и сразу уйти, а не толпиться в аудитории, нюхая пот друг друга. Вот есть же нормальные преподаватели… Тем не менее, пришел я пораньше — в аудитории сидело всего пару юных некромантов, причем один уже сдал, ожидая одноклассника, а другой был в процессе.

Поздоровавшись с Пирием, я уселся на свое место, вяло просмотрев листок с вопросами по алхимическому предмету. Сдается мне, вопросы будут совсем не эти, поэтому я не стал вчитываться в эту формальность. Особенно если вспомнить, как Пирий вел лекции и постоянно отменял семинары…

Предыдущий ученик наконец получил свою зачетку.

— Учитель Пирий, — еще раз поприветствовал я, заняв освободившееся место и даже не захватив свой экзаменационный листок.

— Здравствуй, Кайрен, — со свойственной ему сдержанностью ответил Пирий. — Наслышан о твоем вчерашнем выступлении. Весьма впечатляет. Давненько Гармела так не осаждали.

— Вы же знаете… Он меня сразу невзлюбил. Пришлось держать его нападки и изредка давать сдачи, — слабо улыбнулся я и философски заметил. — С другой стороны, если бы не он, я бы, возможно, так и не смог раскрыть свой потенциал так рано… Но благодарить Гармела и его любимчиков, конечно, не стану.