Что касается наших западных союзников, то такой успех привёл к тому, что ручеёк военной помощи, который поступал с Запада, превратился пока еще в небольшую, но всё же речку. Со снабжением самим необходимым стало полегче. Настолько легче, что можно было передать на другие участки фронта несколько партий ударных дронов и дронов-разведчиков, которые по своим характеристикам заметно превосходили широко разрекламированные в начале войны турецкие "байрактары".
От местных жителей стало известно, что в последние дни оккупации россияне вывезли из Херсона тысячи гражданских - как коллаборантов, так и простых жителей, которых удалось запугать возможным приходом "бандеровцев". В общей сложности было депортировано около ста двадцати тысяч жителей правобережья области. Ну что ж, вольному воля, мне ничуть не жаль этих упоротых сторонников Партии регионов.
Как и рассчитывал генерал Семенюк, нашим десантникам удалось довольно просто очистить Кинбурнскую косу и прилегающий район, который оказался полностью отрезан водой от снабжения и сообщения со своими на юге. До нашего наступления, на этом участке россияне чувствовали себя в полной безопасности, имея на левом берегу собственные войска. Именно поэтому, достаточно приличных фортификационных сооружений они так и не построили, отрыта была лишь сеть окопов и блиндажей. Когда косу со всех сторон отрезали, оборонявшаяся здесь рота, решила сложить оружие и наконец-то похлебать горячую пищу. Особенно, этому известию обрадовался глава Николаевской ОВА, ведь Кинбурнская коса являлась последним клочком области, который до сих пор не был освобождён.
Семенюк, не был бы самим собой, если бы не попытался на плечах отступающих продвинуться дальше - в направлении Крымского полуострова. Однако, встретив ожесточённое сопротивление, он вынужден был отдать приказ остановиться и занялся оборудованием оборонительных позиций на Кинбурнском перешейке. Это был важнейший, но увы единственный плацдарм на левом берегу Днепра.
К сожалению, сбылся и мой негативный прогноз. Увидев, на что способны беспилотные морские дроны-камикадзе, россияне стали \заметно осторожнее. Вначале, не рисковали направлять корабли на запад от Севастополя, а затем и вовсе, практически весь флот, перевели в Новороссийск. Но главным достижением было то, что нашим маленьким корабликам, на которые позднее установи ли крылатые ракеты ближнего радиуса действия, удалось изменить баланс сил в ходе борьбы за западную часть Чёрного моря в пользу Украины. Теперь, наши зерновозы получили возможность почти беспрепятственного движения к проливу Босфор.
Одновременно с эжтим, дроны-разведчики зафиксировали оборудование заграждений из затопленных барж у Крымского моста. Вот такую простую защиту от наших скоростных брандеров придумали в Кремле. Словом, Крымский мост был единственным пунктом моего плана, который не сработал. Ничего: для того и придумали штабы, чтобы что-то выдумывать, что-то планировать и перепланировать. Надеюсь, что нашим новым баллистическим ракетам удастся справиться с этим мостом, а если нет – так пускай диверсанты думают.
Наиболее неприятным следствием херсонской операции стало то, что Путин во второй раз решился объявить о дополнительной мобилизации. Похоже, что тех, кто соглашался подписать контракт, стало не хватать. Эта новая волна должна была затронуть и большие города, такие как Москва и Петербург. Не удивлюсь, если количество беглецов превысит прежние показатели - и это будут не простые люди, а те, кто "дружит с головой".
Глава 14
По своим результатам, херсонская операция превзошла знаменитую харьковскую, которую ВСУ провели в прошлом году. Одних только пленных приняли чуть ли не в десять раз больше. Не говоря уже о огромном количестве полностью исправной техники. Жаль, что снарядов советского образца практически не досталось, не смогли россияне обеспечить ими ни своих, ни соответственно нас. Впрочем, ситуация с боеприпасами к старым артсистемам была не столь критичной как в начале войны. Оно и понятно, если вспомнить о том благотворительном взносе, который хранился на складах четырнадцатой армии в Колбасной.
Почивать на лаврах никто не собирался, да и кто бы такое позволил? Из главного штаба приходили настойчивые приказы наступать на Токмак, который являлся ключом к крымскому перешейку. Увы, но приказать всегда легче, чем выполнить. Прилегающие к Днепру дороги левого берега, находились в таком состоянии, что о дальнейшем продвижении не могло быть и речи. И вовсе не из-за противника. В те первые, наиболее благоприятные для наступления дни, когда противник в панике откатывался на восток, развить успех помешал разлив Днепра. И не просто помешал, а сделал наступление полностью невозможным. Во всей десятикилометровой полосе, передвигаться по дорогам можно было разве что на лошадях или резиновых лодках.
Таким образом, наиболее благоприятное время было упущено, а спустя неднелю, россияне пришли в себя, подтянули свежие резервы с других участков фронта и настолько плотно вгрызлись в землю, что выкурить их с позиций можно было лишь ценой значительных потерь. А такое нас категорически не устраивало. Василий Дмитрович, это вам не мясник Жуков, у него подход совсем иной. Требовалось отыскать иное решение.
Надо отдать должное Генштабу, они также это поняли. И начали все больше склоняться к мысли, что пришло время перенести боевые действия на территорию противника, ведь там еще не все почувствовали, что у них в общем-то война идет. Нет, наступательных действий с глубоким переходом границы никто не предлагал, считали, что еще рановато. А вот похулиганить в глубинке России и наделать там шороху – так почему бы и нет?
Речь шла не о высадке воздушного десанта где-нибудь в районе Байкала. Зтого никто не планировал, но нарушить размеренную и спокойную тыловую жизнь, проведя там ряд диверсий, имело смысл. Тем более, что нашим СБУшникам, совместно с армейской разведкой, уже удалось провести не одну такую операцию. Вот и в нашем маленьком штабе подумали, почему бы им не помочь? А ведь учитывая обширные довоенные контакты наших компаний, такая возможность имелась.
Если подробнее, то в этом плане холдинг BitCoin Corp. ничем не отличался от прочих крупных международных компании. Имею в виду, что в её составе имелось специальное подразделение промышленной разведки и контрразведки. На этапе становления, такими вопросами занималась служба безопасности, но со временем, когда наши интересы распространились практически весь земной шар, этих шпионов в галстуках и белых воротничках, выделили в отдельную службу, напрямую подчинённую одному из моих заместителей. А еще через три года, этих полу-гражданских рыцарей плаща и кинжала вообще перевели в отдельное здание. Не хотелось, напрямую связывать их полулегальную деятельность с нашим основным бизнесом.
В настоящее время, в этом подразделении трудились около сотни сотрудников, главным образом бывших работников спецслужб своих стран. И это, если не считать тех подснежников, которые работали на нас внештатно, нередко занимая на своих предприятиях весьма ответственные посты.
Не являлась исключением и Российская Федерация, вот только с началом войны мы полностью свернули там всю деятельность, закрыли офисы и вывезли сотрудников. Людей то вывели, а вот связи их никуда не делись, так же как и расписки за полученные гонорары. Неплохой такой компромат. Так что, ничто не мешало нам и далее продолжать такое взаимовыгодное сотрудничество. Разве что, в связи с военным положением выросли риски, а вместе с ними и итоговые суммы в платёжных ведомостях в графе "и прочие непроизводственные расходы".
Понятно, что личный состав связников в стране-агрессоре кардинально поменялся, ведь многие выехали, но что мешло работать не напрямую, а через своих представителей в израильских, индийских или бразильских филиалах? Да собственно, ничего. Именно благодаря этим нейтралам, мы как держали руку на пульсе внутренней кухни российской промышленности, так и держим. Вот только сроки получения свежей информации из кремлевских коридоров заметно увеличились. Теперь ее приходилось получать кружным путём, через третьи, и как правило - недешевые руки.
