Заселение прошло организованно, хотя и с небольшим скандалом. Получив богатый опыт "комиссарства" в стройотряде, я прежде всего занялся обустройством быта. Сразу же указал хозяевам на несоответствие санитарным нормам температуры в помещениях – благо, обнаружил нужные цифры на одном из настенных плакатов. А после того как я намекнул председателю, что нас сюда доставили на транспорте, не приспособленном для перевозки людей, а это ещё одно нарушение, тот тут же согласился с моими справедливыми замечаниями. На один день, в мое распоряжение был выделен ещё бодрый дедушка – столяр он же печник, и кроме того, был обеспечен свободный доступ к колхозной кладовой, с одним лишь условием: без фанатизма.
Определив двух парней на хозяйственные работы - носить воду и рубить дрова, - со всеми остальными я отправился в поле, хотелось лично осмотреть фронт будущих работ. Всякий генерал обязан осмотреть поле будущей битвы – авось, что толковое в голову придет.
Казалось-бы, чего тут еще придумать? Собирай огурцы в вёдра и высыпай все в ящики, которые парни загрузят в тракторный прицеп. Ан нет ….! Забегая наперед, скажу: кое-что всё же удалось поправить. Я выпросил ещё один прицеп, который установили на противоположном конце поля, и теперь четверка пацанов таскала свои вёдра к тому, который находился ближе. Хоть и небольшая, но все же экономия сил и времени. Кроме того, на колхозном складе удалось разжиться дополнительным комплектом вёдер. Теперь, наши девчонки будут работать, а не болтать друг с другом, в ожидании, когда им вернут опустевшую тару. А главное, удалось договориться с трактористом - и пока стояли погожие деньки, он доставлял нам обеды прямо в поле, как и механизаторам.
К обеду, сколотили длинный стол, укрыли его трофейной клеенкой и все дела. Обедать под кронами дубов и клёнов оказалось намного приятней, чем в убитой столовке акушерского пункта с облупившейся штукатуркой. А главное, такое логистическое решение, экономило нам почти час времени, который не нужно было тратить на ежедневную спортивную ходьбу в столовую и обратно. Быт также наладился: печка перестала дымить, а уютно потрескивала, исправно прогревая все помещения. Увидев среди прочего хлама неработающий титан, мы притащили его на кухню, подсоединив к водопроводной трубе. Нагревать воду он давно не мог, так что дежурные по камбузу просто подогревали лишний котёл кипятка и заливали его в этот бак. Теперь, утром и вечером можно было умываться тёплой водой, что получило высокую оценку у наших бойцов и особенно бойцыцек.
Вот только не хлебом единым … следующим вечером после того как мы полностью обустроились, нашим девицам приспичило культурно отдохнуть, их словно магнитом потянуло в клуб - на танцы. И хотя было у меня неспокойно на душе, но возразить было нечего. Ведь даже древние римляне, помимо хлеба насущного, требовали зрелищ. Может, записать всех в библиотеку. Отпускать их туда одних я не решался - кто его знает, что за кавалеры в этом захолустье водятся. Хорошо, если смирные, а если как и повсюду? Так как явное численное преимущество наверняка будет за местными, мне пришлось не только привлечь весь наличный мужской состав, но и лично отправиьться в этот очаг культуры. Так сказать, попытаться компенсировать нашу малочисленность качеством.
Сегодняшний день не задался: после обеда пошел моросящий холодный дождик, и сбор огурцов с помидорами был отменен, и вовсе не потому, что мы боялись промокнуть. Нет, просто мокрые овощи не принимались на хранение. Сидеть, и киснуть в четырёх стенах без телевизора и магнитофона девчонки не пожелали и уговорили меня пораньше сходить в клуб.
Несмотря на то, что темнеть начнет еще не скоро, там уже во-всю гремела музыка, слышался гомон молодых нетрезвых голосов и попытки хорового пения. Оказалось, для местной молодежи сегодняшний день был особым, село провожало в армию своих лучших сыновей. Считай третий, после свадьбы и похорон праздник на селе. Естественно, что отбывающая на два года троица решила достойно отметить такое знаменательное событие. Они притащили в клуб едва ли не ведро самогона и нехитрую закуску: сало, хлеб, зелень и жареную рыбу из местного пруда. Впрочем, закуски было немного. Рядом с ведром, на фанерке, стояла щербатая эмалированная кружка, с помощью которой каждый желающий могл зачерпнуть из ведра и разлить огненную жидкость по своим стопкам – в качестве которых, использовались обычные двухсотграммовые гранчаки. Похоже, что эта кружка была клубной, стационарной и предназначалась для воды, поскольку была прикована к стенке массивной собачьей цепью.
Уровень зелья в ведре понемногу снижался, а настроение окружающих, соответственно повышалось, уверенно подбираясь к нужному градусу. Поскольку, это был их не первый выход в народ, наши девушки немного расслабились и охотно отплясывали не только со своими ребятами, но и с местными кавалерами.
Вот только, как я уже говорил, сегодняшний день был особым. Я не сразу обратил внимание на суету, которая началась в противоположном углу зала. Да и как я мог что-то услышать сквозь громкую музыку, несвязные крики и топот десятков ног? Только когда разногласия сторон достигли критической точки и эмоции начали зашкаливать - шум немного притих. Как позже выяснилось, двое будущих защитников отечества решили сделать своеобразный подарок своему третьему корешу. Идея возникла спонтанно и с точки зрения уже перегруженного сознания, казалась весьма удачной.
- Слушай, Анька, - обратился к своей партнерше её партнер по танцу, - подари на дорожку поцелуй нашему Миколе? Представляешь, он до сих пор не только девчонок на сеновале не мял, но еще ни разу не целовался. …..
Увидев на лице своей дамы полное непонимание, он продолжил уже более настойчиво - Да ладно ... чего тебе стоит – не ломайся. Пожалей парня, ему ведь целых два года терпеть, так пусть хоть эти проводы немного запомнятся.
После этих слов, не дожидаясь согласия партнерши, он ее туда, где наклонившись словно Пизанская башня, стоял их непорочный товарищ. Тот уперся в дверной косяк, словно опасаясь, что тот упадет. Наша Анечка, чертежница из отдела строительных конструкций, на такое заманчивое предложение отреагировала не сразу и даже успела сделать несколько шагов в направлении этого нераспустившегося бутончика, но опомнилась, попыталась вырваться и бросила беспомощный взгляд в нашу сторону. Увы, но её уже крепко держали за запястье, при этом настойчиво просили не дергаться.
- Слушай, да что ты из себя строишь? Тоже мне городская штучка! Или ты брезгуешь простыми хлопцами из села? Давай, давай …. не упирайся, это совсем не больно, глядишь - еще и самой понравится. Слушай…а может ты и сама еще не целованная? Так это не беда, вот прямо сейчас могу научить.
Сказав это, её неадекватный партнер притянул девушку за талию и попытался слюнявыми губами дотянуться до ее шеи. Через минуту, на помощь вырывающейся Аньке подоспела кавалерия - один из наших парней,– который сделал безуспешную попытку оттащить барышню от нахального ухажёра. Вот только он опоздал, да и подмога получилась неубедительной. Его обхватили сзади за шею, и не обращая внимания на безуспешные попытки вырваться оттащили в сторону.
Тем не менее, эта короткая заминка дала время и мне добраться до эпицентра событий. В таких случаях, положено сделать предупредительный выстрел в воздух, но … Поэтому, первым делом, как командир отряда, я попытался разрешить дело миром, вот только мой голос утонул в общем гаме. Да и на донышке ведра плескались лишь остатки самогона, и никакие разумные слова уже не действовали. Словом, мне не оставалось ничего другого, как несильно ткнуть десятисантиметровым ключиком от нашей кладовой под мышку самому активному из нападавших.
Попал удачно, именно туда куда и целил. Этого тычка оказалось достаточно, чтобы рука призывника-неудачника отлипла от девушки и повисла, как плеть. На короткий миг, все вокруг застыли, не понимая, что происходит, а затем - по старой, уже проверенной схеме – меня также попытались схватить сзади за шею и свалить на пол. Вот только ребята, здесь вам не там, да и пол в клубе слишком грязный. Освободиться от такого элементарного и неумелого захвата было так же легко, как леденец у ребенка выманить. Я не просто освободился, а еще, разумеется случайно, угодил нападавшему, локтем в печень. После такой подлянки, тот минут на пять был вынужден отказаться отактивного участия в боевых действиях.
