От нового места жительства до парка Примакова стало немного ближе, и мой утренний маршрут сократился метров на триста, но это и к лучшему, ведь я уже не тот пацан, который с надеждой ощупывал мускулы после каждого забега. Здоровье есть и его беречь надо. Вот почему здоровье начинают беречь, когда его уже нет. Впрочем, чего здесь непонятного, зачем беречь то, чего и так полно?

Как сказал мой знакомый, наливая,

- Саня, на, выпей вина, вино укрепляет здоровье, а здоровье нам нужно, чтобы пить водку.

На следующий день, я отпросился с кафедры пораньше и забежал на свою старую квартиру. Дома никого не было, я открутил решетку на полу и достал из тайника свои секретные материалы. Поставив решетку на место, я задумчиво смотрел на опустевшую нычку, вспоминая те давние, беспокойные времена, когда только начинал новую жизнь. Как прятал сюда свои первые медяки и переживал, выйдет ли у меня все запланированное. Как примет новый мир, хватит ли везения, а главное упорства и силы воли? А оно и получилось. Мир принял, настойчивости хватило, а везение меня и так не оставляло без внимания.

Между тем, работа над дефектоскопом продвинулась и вступила в завершающую фазу. У нас получилась рабочая, но чертовски громоздкая конструкция. Конечно, появление полупроводниковых приборов позволяло уже сейчас создавать более компактные модели с батарейным питанием, но нам была поставлена более широкая задача. Требовался еще и толщиномер, и арматуроскоп, и трасоискатель. Именно поэтому и появилось на свет такое чудище. Возможно, если бы я устроился на работу пораньше, то смог бы как-то повлиять, хотя вряд ли. Кто бы стал прислушиваться к мнению какого-то студента. Так что, сейчас мы имеем то, что имеем и то, что записано в ТЗ.

Да и сомневаюсь я, что смог бы принципиально решить все проблемы. Сейчас, у нас разрабатывают аналоговые приборы со стрелочными индикаторами и мигающими лампочками. До эпохи программирования и графического отображения дефектов, было очень далеко, дальше, чем мои первые дивиденды от компании Майкрософт.

Со своей задачей по наладке полосовых фильтров я уже справился и сейчас помогал Володе со схемой калибровки, почему-то сбивавшейся почти после каждого измерения. Похоже, я ошибся, слишком рано подавшись в дефектоскопию. Все мои грандиозные идеи наталкивались на непреодолимую стену в виде откровенно слабой элементной базы. До тех времен, когда отраженные волны, улавливаемые датчиком устройства, с помощью специального программного обеспечения превратятся в картинку на экране монитора, оставалось еще лет двадцать, не меньше.

Все как всегда, стоит появиться свежей идее, так этого нет, а это еще не изобрели, а вот это хоть и придумали, но оно еще не выпускается. Надо бы подумать, может стоит перебираться к траншейникам - трубоукладчикам. Точно, как только Кацуба пробьет тематику в министерстве, так и сделаю. Кого-кого, а меня туда обязательно возьмут.

Поскольку, большая часть моего мозга была занята вопросами обустройства жилища, я как-то меньше стал жить проблемами кафедры, даже Володя обратил на это внимание. За прошедшую неделю, я составил список своих хотелок, на которые мне не хватало и времени, и средств. Многое из списка пришлось безжалостно вычеркнуть или заменить менее затратным аналогом.

Дубовый паркет был в неплохом состоянии, его следовало лишь отшлифовать и покрыть лаком. В опустошенную прежними хозяевами спальню я затащил большой пружинный матрас, который уложил на деревянные поддоны и покрыл широким, нежно голубым покрывалом, бахрома которого свисала до самого пола. Спать стало заметно комфортней, чем на моей старой, продавленной тахте. Осталось придумать, куда девать мой невеликий гардероб.

Первое же, что пришло в голову, это предложить себе и нашей мебельной промышленности, такое простое и интересное решение, как шкаф-купе. По-моему, это будет намного практичней, красивей, а главное дешевле, чем нынешние полированные монстры на гнутых ножках. Тем более, что за выполнение этого несложного замысла взялся мой дед - краснодеревщик со своими ребятами.

Как и предполагал, наиболее сложной задачей стало изготовление подвесной системы, но с этим они справились. Все вышло практично и рационально, а экономия пространства, наряду с увеличением полезного объема привела в щенячий восторг двух неразговорчивых мастеровых, которые занимались его установкой. Мужики вообще выпали в осадок, после того, как на подвижную стенку мы приладили метровое зеркало. Моя, и так не маленькая спальня стала выглядеть еще просторней. К сожалению, учитывая высоту потолков, до верхних полок шкафа, я смогу добраться лишь с помощью стремянки. Ну, так нечего туда постоянно лазить, запишу в тетрадку, что туда положил.

Уверен, что сейчас, шкаф-купе гораздо ранее, чем в бывшей реальности, пойдет в массы. Особенно учитывая ощутимый дефицит мебели в магазинах и отсутствие свободного места в большинстве наших малогабаритных квартир. Не успевает наша плановая экономика за растущими темпами жилищного строительства, а тут тебе раз и готово, одна дверь - два шкафа, да еще и какие просторные!

Занятия в институте шли своим чередом, и я изо всех сил пытался не уронить перед преподавателями авторитет любимца Кацубы. Да и повышенная стипендия лишней не будет, особенно в условиях наступившего финансового кризиса.

Кстати, о ней, о стипендии. Моя конкурсная работа, отредактированная профессором, заняла второе место на республиканском конкурсе, и при условии отличных оценок на зимней сессии, мне светила ленинская стипендия, а это уже более восьмидесяти рублей чистыми. Неплохой стимул, для того, чтобы ударно потрудится над конспектами.

Нынешней осенью, военная кафедра внесла разнообразие в нашу унылую жизнь. Дня три, поместив осеннюю глину на стадионе, мы немного научились ходить в ногу. И это правильно, ведь из нас готовят не простых инженеров или архитекторов, а советских. Мы должны уметь и картошку копать, и свеклу собирать, а главное – дружно маршировать в колоннах со знаменами.

Сегодня, наш учебный взвод получил почетное право возглавить праздничную колонну тружеников Железнодорожного района на ноябрьской демонстрации. Всем вручили флаги, портреты членов политбюро и проинструктировали, когда и как, а главное что кричать. А нам что, мы и пошли, пытаясь держать равнение в шеренгах. На главной трибуне республики стоит и вяло переговаривается замерзшее правительство Советской Украины, передовики производства, военные и лучшие комсомольцы города.

Хоть это и считалось почетным, я никогда не завидовал тем, кто сейчас ежился от холода. Не вздумали бы и меня таким образом поощрить. Нам, рядовым демонстрантам что? Перед тем как собраться в колонны, мы согрелись портвейном, после чего, заметнор повеселив, с криками ура и слава советским хлеборобам, сталеварам или прочим строителям, прошлись по Хрещатику. Затем, свалив все политбюро в кузов грузовика, разбежались. Кто греться в пельменную, а кто домой или в общежитие. А вот тем беднягам, что на трибуне – не позавидуешь. Лучшим людям, придется часа три-четыре стоять на пронизывающем ноябрьском ветру, а бывало и под дождиком. Нет, не нужно мне такого почетного счастья. И почему эти большевики свой переворот в ноябре затеяли? Или снаряды на Аврору поздно подвезли?

Этой ночью, прошел холодный, осенний дождь и я, перепрыгивая особенно большую лужу, вспомнил слова песни. И как всегда, всего лишь несколько куплетов, а жаль песня то неплохая. Вот почему раньше, удавалось, хоть и не сразу, но все же припомнить все до конца, а сейчас, будто тормоз включается?

Тем не менее, я принялся потихоньку напевать, хлопая ладонью по портрету Косыгина временно назначенному барабаном.

"Что такое осень - это небо,

Плачущее небо под ногами.

В лужайках разлетаются птицы с облаками.

Осень я давно с тобой не был.

Осень, в небе жгут корабли.

Осень, мне бы прочь от земли

Там где, в море тонет печаль.

Осень, темная даль.."