Поздним вечером, когда уже стемнело и не рекомендовалось выходить на "торфяные болота Девоншира", у нас в квартире зазвонил телефон. Это был не слон, а звонок от Марка Исааковича.

- Слушай Саша, ты не сможешь приехать в эти выходные ко мне на дачу? Отдохнем, шашлычки пожарим, да и дельце одно обсудить надо. Никого из посторонних не будет, только свои, Розочка с Элей.

Раздумывал я недолго, тут же согласился и расспросил о расписании электричек. Знаю, что по пустякам этот Карлсон без пропеллера беспокоить не станет, а ну как в самом деле, нечто интересное придумал?

Электричка выгрузила меня на заснеженной платформе в полутора километрах от дачного кооператива, в котором и проживал метр. В эти годы, наш киевский истеблишмент еще не весь переселился в Кончу-Заспу или Новые Безрадичи. Вместе со мной, из вагона вышло лишь трое и я, решив последовать за ними, вскоре оказался у ворот садового товарищества "Лесной ключ". Дачу Исааковича, легко нашел по запаху. На небольшой, отгороженной камнями площадке, во- всю пылал жаркий костер.

– А мангала то у него нет! Вот появится свободное время, следует обязательно этим озаботится, а заодно, еще и маленькую коптильню изобрету. Нормальный подарочек получится.

Марк Исаакович обрадовался, словно с самого дня рождения, ждал встречи именно со мной. Как положено, минут десять меня погуляли по участку, затем завели в дом, после чего мы вернулись к костру и принялись заниматься мясом. Всем известно, что шашлык не любит женских рук, поэтому ни Лялю, ни Розу Семеновну, к этому занятию не привлекали. Они, укрывшись в теплом домике, занимались своими делами. Мясо было правильное, мастера опытные, поэтому все получилось на славу. А поскольку шашлык без красного вина – не шашлык, то и мне перепал бокал сухого Каберне.

После обеда, уединившись в крохотном кабинете хозяина, мы приступили к главной цели сегодняшней встречи.

- Вот, что я хочу тебе предложить, – с вопросом взглянув на меня, начал Марк – еще в прошлом году, когда вы со своим номером зажигали на школьном новогоднем вечере, мне пришло в голову, что в этой твоей задумке заложен большой потенциал. Думаю, что уже сейчас, вы могли бы неплохо выступить на эстраде, на концертах и ​​даже в телестудии. Это не Тарапунька со Штепселем, когда не всегда понятно, в каком месте следует смеяться. Вот я и подумал - а не попробовать ли вам выступить перед взрослой аудиторией. Конечно, я мог бы добавить в ваш коллектив и своих актеров, но вы и так нормально справились, да и тебе, со своими друзьями, удобнее будет. Что скажешь?

В голове промелькнуло – ну вот, он уже предлагает начать дискуссию, еще не заручившись принципиальным согласием. На ходу подметки рвет… - хотя мысленно уже принял положительное решение.

– Согласен с вами Марк Исаакович, давайте не будем нарушать заветы Ильича о свободе и равенстве. Чем мы хуже ваших актеров? А вообще, расскажите, как все это будет выглядеть? Вы же понимаете – никакой мы не художественный коллектив, нигде не зарегистрированы, репертуар не утвержден. Впрочем, здесь имеется целый букет всяких но. Вот как мы потом объясним все мужчинам в погонах, если у тех возникнут глупые вопросы? Думаю, вы меня понимаете.

– Это хорошо Саша, что ты зришь в корень, я в тебе не ошибся. Мы о таком варианте тоже думали. Но дело в том, что вы будете просто приглашены на день рождения к очень уважаемым в Одессе людям и некоторые, как ты говоришь, "мужчины в погонах с большими звездами", сами будут находится среди гостей. Все уже продумано, просчитано и согласовано.

Вот так, а ведь еще недавно у меня была такая же безупречная анкета, как у члена Политбюро.

- Ну хорошо, Марк Исаакович, а что там получается в материальном плане. Я имею в виду организационные расходы на поездку и прочее? Вот что мне сказать своим коллегам - артистам? – я решил не оставлять темных пятен.

- Все за счет приглашающей стороны, а гонорар… ну скажем по пятнадцать рублей на каждого. Выступлений будет всего два, ты вот только подумай, за счет чего можно будет увеличить продолжительность каждого номера хотя бы до пятнадцати, а лучше до двадцати минут, ну и добавьте какую-нибудь третью сценку. Думаю, все у тебя получиться. Ваша новогодняя "библиотека" была хороша, а весеннее выступление на школьном КВН, еще лучше. Уверен, что третья - вообще станет шедевром.

Он внимательно посмотрел на задумчивого меня, а затем с надеждой спросил:

– Ну как, справитесь? Ориентировочно, мы где-то на середину февраля рассчитываем.

В принципе, все мне было понятно и я ответил.

– Думаю да, но хотелось бы вначале с остальными перетереть. Правда, времени на репетиции осталось не очень, Новый год уже на носу.

– Ничего, ничего …, я уверен, что успеете, у вас же почти все готово. В крайнем случае, придется сдвинуть их "дни рождения".

Марк, оставив меня на подумать, вышел на кухню.

Полагаю, что здесь и сомневаться не стоит, однако мне вспомнился всеми любимый "Кабачок тринадцать стульев", который вскоре выйдет на экраны страны и продержится там почти пятнадцать лет. Так даже его, дважды собирались закрыть, и за что? За их невинные шуточки у барной стойки? Да если показать наше выступление по телевидению, то нам лет по пять лагерей светит да и то по малолетству. Хотя, как я погляжу, Марк с подельниками, организовали все грамотно, да и моим одноклассникам новые приключения и лишние деньжата не помешают. Все-таки заработать тридцать целковых за два часа, это и для взрослого сейчас неплохо. Кроме того, просто прогуляться по столице хоть и северного, но берега Черного моря - неплохая идея.

– Добро, полагаю обвинений в подрыве устоев можно не опасаться, ведь все у нас политкорректно и без всякого подтекста. Третью миниатюру придумаю в том же ключе.

В который раз, убедив себя, что соглашаться все же стоит, я переключился на мысли о расширении нашего репертуара. Увеличить продолжительность каждой сценки, не составляло труда. Если раньше, я пытался их урезать, удаляя некоторые двусмысленности, понятные взрослой аудитории и не совсем уместные в детском обществе, то сейчас, просто верну их на законное место. А вот как быть с третьей репризой? Здесь было над чем подумать. Уснул я на выделенном мне узком диване в маленькой, отдельной комнатушке.

Наступило идеальное утро: проснулся, потянулся, улыбнулся, перевернулся и… заснул! Нет, все же не заснул, потому как услышал какую-то непонятную возню на кухне. Выйдя в коридор, столкнулся с озабоченной Розой Семеновной, которая несла в руках резиновую грелку. Кивнув на нее, в шутку спросил.

- Доброе утро, Роза Семеновна, что это вы с самого утра таким серьезным прибором озаботились?

- Ой, Саша, что тебе сказать, ночью у Марка живот сильно прихватило. Я и Панкреатин давала и активированный уголь, ничего не помогает, вот может грелка… Боюсь, как бы это не обострение аппендицита. Все-таки вина с шашлычком он вечером немало употребил.

- Так нужно срочно врача вызвать, с таким диагнозом шутить не следует. – озабоченно предложил я.

- Ой, да где же ты его здесь найдешь? И соседей попросить некого, зима ведь, на дачу никто не ездит.

Я на минутку завис, размышляя,

– Да уж, времени и правду терять не стоит, нужно срочно выбираться в город. Но ведь не электричкой же? А как тогда, ведь в таком состоянии Исаакович за руль точно не сядет.

Женщины, по-прежнему бестолково суетились, бегая из кухни в спальню и обратно, и никак не могли что-то решить. Надо определяться. Я зашел к Исааковичу и взглянув на его исстрадавшееся, потное лицо, спросил:

- Марк Исаакович, а где у вас ключи от машины хранятся? Через час мы будем в больнице, мне кажется, что с этим затягивать не стоит.

Меня услышала и тетя Роза

- Саша, а ты что, и машину водить умеешь? – на что я деланно пожал плечами.

- Конечно, мы же в школе давно автоделом занимаемся, так что все уже успели научиться.