Нынешний визит в деревню очень удачно совпал с нашей очередью выпасать общественное стадо. Поэтому, даже не дав отдохнуть человеку с дороги, все же он часа три добирался, в шесть утра я был безжалостно поднят с кровати и отправлен к рукомойнику. Мы с дедом, наскоро позавтракали, чем бог послал, а послал он вкусно и много, и бодро зашагали по улице, сгоняя в кучу своих буренок. Дед, помахивал длинным кнутом, а я бегал за самими неторопливыми и громкими криками подгонял их, помогая себе хворостиной. Как обычно, чтобы не заскучать, я прихватил с собой и гитару, наигрывая потихоньку все, что приходило в голову. И вот, как раз во-время этого дежурства, перед самым обедом, последние строки теперь уже моей песни, заняли свои места в голове. Эти "тридцать три коровы" тут же оказались на первой позиции в шорт - листа моего хит-парада. Мало того, она попадала в самое яблочко, ведь именно тридцать три коровы и насчитывало наше стадо, которое мы с дедом выгнали на выпас.
Не стану скрывать, в этот момент я почувствовал что взлетаю, вот и будет чем порадовать дядю Марка! И пока мы гнали коров на обед, я, загребая ногами облака пыли, раз за разом повторял основу будущего мюзикла, помогая себе на гитаре.
В центре города большего,
Где травинка не растет,
Жил поэт, волшебник слова,
Вдохновенный рифмоплет.
Рифмовал он что попало,
Просто выбился из сил
И в деревню на поправку,
Где коровы щиплют травку,
Отдыхать отправлен был.
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Свежая стpока.
Тpидцать тpи коpовы,
Стих родился новый,
Как стакан паpного молока.
В пять утра вставал он ровно,
Это было нелегко,
Он читал стихи коровам,
Те давали молоко.
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Свежая стpока.
Тpидцать тpи коpовы,
Стих родился новый,
Как стакан паpного молока.
День за днем промчалось лето,
Очень вырос наш поэт,
Ведь молочная диета
Благотворна для поэтов,
Если им двенадцать лет….
Нужно ли повторять, что песенка была ну прямо в тему, словно обо мне написана. Не удивительно, что она стала самой популярной в нашем колхозе и несколько раз, на площади перед сельсоветом я исполнял ее на бис. Уверен, что и Исаакович будет в восторге, ведь действительно, давненько я его ничем не баловал, а за телефон, стоило бы и отдариться. После того, как первая эйфория прошла, я подумал и решил.
- Надо бы вначале к Ирине Васильевне заскочить, отшлифовать исполнение и без ошибок переложить ее на ноты. Ну а что, она же обещала помогать!
А теперь вернемся к моему Кошману, с ним то как быть? Ведь не петь же на дне рождения о коровах? Как то оно не в тему. После некоторых раздумий, решил, что из тех двух новинок, которые появились у меня этим летом, больше всего подходит песенка крохи – Енота. Хоть и коротковата, но как раз то, что надо.
От улыбки хмурый день светлее,
Вот улыбки в небе радуга проснется...
Поделись улыбкой своей,
И она к тебе еще не раз вернется.
И тогда наверняка, вдруг запляшут облака,
И кузнечик запиликает на скрипке...
С голубого ручейка начинается река,
Ну а дружба начинается с улыбки.
С голубого ручейка начинается река,
Ну, а дружба начинается с улыбки……"
И так далее… Уверен, что в этом случае и вопросов быть не может, ведь все это о нашей дружбе. В общем, решено, именно ее я и спою, а еще добавлю в конце жалобную строчку из крокодила Гены - "к сожалению, день рожденья, только раз в году". Думаю, нормально прокатит.
В пять часов, как и было заявлено в аудио-приглашении Мишки, я подошел к его дому. Гостей собралось счастливое число – тринадцать. Две пары взрослых с детьми и еще четверо - из нашего класса. Удивило то, что среди приглашенных, оказалось и три девочки! А это уже показатель! Мы ведь теперь седьмой класс, а не какая-то там мелюзга голимая.
После того, как ребята, поминутно перебивая друг друга, поведали кто, где и как провел лето, мы расселись за столом, а моя рука привычно потянулась за бутылочкой коньяка. Вернее, рука не потянулась, а лишь слегка дернулась в том направлении, но, увы …к сожаленью¸ День рожденья в этот раз без нас…. Но, какие наши годы, я еще свою норму доберу, ведь я ее до сих пор помню, хотя столько и не выпью. Кстати, об этой самой норме, не мешало бы и эту цифру зафиксировать в своей тетради ,… в той, где о "разном".
Компания взрослых, активно наливая и закусывая, беседовала о чем-то своем, перемывая косточки некому Фиме, как тут, до меня донеслись о слова о Новочеркасском расстреле. Выходит, что он уже случился, но как они узнали, ведь об этом у нас все молчат? Не иначе как какой вражина из русской службы Би би Си постарался.
Закончив общие разговоры, мужики переключились на футбол. Они еще не утратили иллюзий, но я то, точно знал, что в этом, да и в следующие два сезона, наше Динамо даже в тройку призеров не попадет, о чем и сообщил, добавив:
- Я на секции слышал, Динамо тренера менять собираются, какой-то Маслов из Москвы приезжает, ну и из дубля парочку перспективных ребят подтягивать будут. Обещают, что через год – два, нашу команду и не узнать будет, а в этом сезоне все, можно и не надеяться.
Мне ничего не ответили, а лишь посмотрели с понимающими ухмылками, мол, что взять с пацана. Но думаю, что этот мой прогноз, могут и запомнить. А если бы они узнали, что хоть я и учусь в седьмом классе, но мне лишь одиннадцать лет, то и вовсе не стали бы слушать.
Поскольку все остальные гости, свои подарки имениннику вручали еще в дверях, я встал и громко произнес заготовленное поздравление. Вспомнив нашу дружбу и оправдываясь сказал, что лишь вчера вернулся из села, а потому не смог приготовить достойный Мишки подарок. После этих слов, взял гитару и предложил выслушать мое музыкальное поздравление.
Ну что сказать, сыграл, спел. Моя песенка, вызывала не только всеобщее одобрение, но и некоторые сомнения:
- И что, это действительно ты написал?
- Да, не сойти мне с этого места! – деланно нахмурив от возмущения брови, заверил я.
А так как никто ничего подобного еще не слышал, то и возразить было нечего. После музыкального приветствия гости слегка расслабились, и я с примерами из жизни рассказал о своем веселом сельском житии-бытии, в конце предложив, заслушать еще одно произведение. Поскольку взрослая часть аудитории уже пребывала в весьма приподнятом настроении, а о моих товарищах и говорить нечего, вторая песенка была вообще воспринята на ура. Не зря же говорят, что взрослые от детей отличаются лишь размером игрушек и масштабом игр, особенно после третьей рюмки. После этого, последовали подробные расспросы о нелегкой и ответственной работе подпаска, о жизни на селе, о других моих сельских обязанностях, о походах за грибами. Не забыл и историю о том, как мы ловили, кололи и смолили кабана. Похоже, я рассказывал о своих приключениях настолько увлекательно, что их отдых в Крыму, начинал казаться каким-то пресным и совершенно не интересным.
К моему удивлению, свое законное место среди закусок, нашла и моя хлебная пицца. Как по мне, несмотря на изысканное оформление колечками помидоров и импортное название, она все же не относится к списку праздничных блюд.
Вот так, за спорами, разговорами, воспоминаниями, мы и просидели почти до девяти часов, что можно было объяснить лишь долгим перерывом в общении. Я по второму кругу исполнил обе песенки, при этом гости даже попытались подпевать мне хором. В общем, вечер прошел весело и непринужденно, зря я не хотел идти.
Довольные друг другом, все стали прощаться, так как уже совсем стемнело. Домой идти было недалеко, но тем не менее, я решил чуть срезать путь, пройдя через соседний двор. Расслаблено топая по тропинке, не сразу разглядел, что у детской площадки, на скамейках, отдыхает небольшая компания, человек пять. Когда я уже почти миновал их, они заметили пацана с гитарой. Две тени, быстро настигли меня и один, имитируя уркаганские интонации, прогундосил.
