Кстати, в наличии и полное безразличие к бесхитростным детским забавам и развлечениям. Всем этим играм в лапту, догонялки, жмурки и прочим «штандерам» с «гусями-лебедями». Такое поведение тоже может показаться очень странным для моих сверстников, особенно на фоне прежних привычек и достижений. Из этого следует, что наиболее разумным будет как можно точнее следовать словам Салтыкова с Щедриным, – "слово серебро, а молчание золото". Как там уверял нас Марк Твен – "лучше держать рот на замке и казаться всем дураком, чем заговорить и развеять все сомнения". Вот и постараюсь, больше молчать, а когда не выйдет – молчать, то помалкивать. По крайней мере, до той поры пока хоть как то не научусь говорить на спец. жаргоне младших классов или пока ко мне самому не привыкнут окружающие.

Хотя, в любом случае, произошедшие изменения будут заметны, и мне обязательно придется действовать и выкручиваться по ситуации. Полагаю, нужные таланты у меня найдутся, ибо как утверждала будущая жена – "врать у тебя получается превосходно". Кроме того, следует учесть и то, что поскольку изменения во мне предполагаются исключительно положительного плана, то и придираться особенно не должны. В общем, нечего сушить себе мозги, лучшего объяснения чем "ударная" амнезия - мне не найти.

Все это хорошо, но мне и самому хотелось бы знать, что же со мной случилось здесь, в этом мире?

А вот с этим, густой туман и полная неизвестность. Ни единой здравой мысли на ум не приходит. Хорошо уже то, что случилось все утром и похоже в присутствии мамы. Ведь кто-то же пристроил мне на лоб эту мокрую тряпку под названием компресс?

- Интересно, а как вообще вся цепочка сложилась?

Хорошо помню, как я, находясь еще в теле дедушки, полез по лестнице под крышу, чтобы обрезать виноград. Видимо, одна ножка лестницы попала в кротовую нору, лестница поехала, а вместе с ней поехал и я. Вначале поехал, а потом и полетел. А там внизу, сложенная из гранитных плит дорожка, такие же гранитные ступеньки крыльца, и на довесок, рядом стоит железная тачка, которую я сам же и притащил. Словом, выбор места приземления у моей головы был довольно широк. Ну, а затем случилось то, о чем пел Олег Даль – "жизнь это миг между прошлым и будущим…" Вот такое невеселое сравнение получилось.

- Ну да ладно, не стоит о грустном. А о чем тогда стоит? Что дальше то делать, ну тогда, когда вырасту и стану большим? Хотя, чего тут есть непонятного, дальше я буду ... ну точно, не стану спасать СССР. Вот никакого желания нет спасать пациента, который будет скорее мертв, чем жив. Да и обычный третьеклассник, как бы нас ни заверяли ветераны-попаданцы, с такой задачей справиться точно не в силах.

Но в любом случае, мне необходим четкий, надежный план действий, хотя бы на начальный период адаптации. А во-вторых, следует обязательно записывать все то, что я еще помню или вспомню из будущего, ведь, как утверждают ученые, память способна хранить в основном только хорошее.

А кто его знает, что, где и когда может пригодиться? Я же не Нурали Латыпов, что бы все знать и обо всем помнить? В моем случае, будущее может забыться так же легко, как и прошлое. Вот много ли я сейчас помню, о нем, о прошлом? То то же..! Это только моя жена, с ее феноменальной памятью, могла сказать примерно такое:

- А помнишь, как тридцать лет назад ты брал три рубля на продукты и до сих пор сдачу не вернул?

Итак, решено, мемуары – это мое все! - Хорошо, ну и где здесь у нас хранятся тетради с карандашом?

Карандаш нужен обязательно, потому что авторучки до школы еще не дошли, вернее, они дошли, но в третьем классе - пока что являлись табу. Каллиграфию, видите ли нам следует отрабатывать. Ага … особенно тем, кто собирается учится на участкового врача! Тем не менее, в ближайшие год-два придется пользоваться обычной деревянной ручкой и чернильницей- невыливайкой в матерчатом мешочке.

И хотя для меня все оно из разряда мазохизма, учиться писать с самого начала все же придется, уроки каллиграфии из-за меня никто не отменит. Хорошо, что хоть буквы все помню. Для меня, каллиграфия - тот еще гемор! Ведь после долгих лет работы с клавиатурой мне даже шариковой ручкой писать проблемно. Вот бывало пишу, а сам буквы пропускаю и не потому, что забыл. Просто мозг все торопит, подгоняет – быстрее, давай быстрее, а рука за мыслью и не поспевает. Да о чем разговор, мой нынешний почерк та еще проблема, он почти не отличается от рецептов семейного врача.

Ладно, это все не так уж и страшно, придется вновь учиться писать, с нажимом и с наклоном, как в тех старинных рукописях. Так что да здравствует каллиграфия! Может, еще и самому понравится?

Итак, записываю первый пункт,… Я задумался и тут же завис. Нет братцы, все же как говаривал товарищ Ленин, мы пойдем другим путем! В данный момент, более актуальными являются не стратегические, а насущные, так сказать тактические задачи, а именно - как убедить маму и прочих врачей в серьезности моей травмы и в то же время, успокоить всех относительно последствий.

- Кстати, и куда это она подевалась, ребенок, можно сказать, страдает, а ее все нет? Не думает же она, что у ее мальчика все само как на собаке заживет?

- Хм… а почему это я не знаю, куда она побежала? Ну да, не знаю, но догадываюсь. Не иначе как в поликлинику за врачом, телефона то у нас нет, да и не скоро он появится. Соседей также в наличии не имеется, так что сбегать и попросить некого. Вот положила мокрую тряпочку на лоб болящему и рванула, тем более, что она у нас бывшая спортсменка с какими-то там серьезными разрядами аж в нескольких видах спорта.

- А поликлиника то, насколько я помню, у нас недалеко, примерно в километре от дома. Или я это уже о новой, которую построили позже? Ладно, все равно не вспомню, но это и не важно, в любом случае, ждать осталось недолго.

Итак, нужно срочно возвращаться на свой диван, прикрыть глаза и постараться выглядеть достаточно пострадавшим, но вместе с тем, не нуждающимся в госпитализации.

- Хотя постой, ... почему это не нуждающимся в госпитализации? Очень даже нуждающимся. Полагаю, адаптация к современным реалиям пройдет значительно легче, если я буду находиться вдали от людей, которые меня хорошо знают.

- И верно, думать надо тщательнее ... Проваляться пару дней в больнице мне совсем бы не помешало, заодно, в спокойной обстановке, и мысли в кучку соберу. Итак, решено, я болен и нуждаюсь в срочной госпитализации.

Теперь бы еще вспомнить, а какие у меня должны быть симптомы из всего набора пострадавшего от сотрясения мозга? То есть, что именно мне следует предъявить на суд участкового врача?

Жаль, что из воспоминаний знакомых военкоматовских симулянтов ничего полезного в голову так и не приходит. Хотя нет, кое что такое есть ... голова кружится, временами даже тошнит. Ага, вот еще что следует не забыть - повышенная чувствительность к свету и шуму и частичная амнезия. Короче, я не помню ни момент получения травмы, ни более-менее длительный отрезок времени перед ним. Это так и есть, я и в самом деле не помню. И конечно же, в наличии обязательная сонливость, желательно, чтобы меня поменьше беспокоили.

Это совсем не трудно, тем более что сонливость по утрам и острое нежелание идти в школу – отлично знакомый мне недуг. Плохо, что не имею полной уверенности в том, какое же нынче число, ведь хотелось бы попасть в школу именно первого сентября, а не где-то в середине четверти, заявившись на урок как легендарный комдив Щорс, с повязкой на голове. Хотя, это и не страшно, один-два дня погоды не сделают, но хочется думать, что все же успею ….. выздороветь.

Вот и все, успокаиваюсь и срочно на диван. Возвращаю тряпку на место и прикрываю глаза, так как из коридора слышится скрежет ключа в замочной скважине. В прихожей кто-то забурчал, на пол свалилось что то тяжелое, это прибыла скорая медицинская помощь.

Протокол №2. Выздоровление.