— Прикажешь? — я удивлённо хмыкнул. — Ишь как заговорил. Ладно, начнёшь с того, что откроешь мне эту дверь и вынесешь всех детей обратно в Ясли. Попробуешь бежать, и я, не раздумывая, выстрелю тебе в затылок, отрежу руку с Индексом и перенастрою сигнал. Мне так раньше уже приходилось делать.

— Нет, нет! Что ты! Я никогда бы такого не сделал! Ни за что! Всё выполню, как прикажешь, только не убивай.

Вот и славно. Губернатор побежал к двери и действительно сумел её частично открыть, прежде чем механизм заело, но этого хватило, чтобы в щель могло пройти тельце десятилетнего ребёнка. Благодаря появившемуся свету после того, как питание вернулось, мне удалось внимательно рассмотреть ту кровавую баню, которую устроил посреди переходного шлюза, как вдруг мой взгляд остановился на знакомом предмете.

Я носком ботинка перевернул уродливого карлика на спину и заметил, что на тоненькой шее у того болтались фиолетовые наушники. Каким образом они оказались здесь, за десятки километров от Старого города, даже думать не хочу. Видимо, они ходили по рукам от владельца к владельцу, или сам уродец ранее орудовал в гетто. Как бы то ни было, мне был известен всего один человек, носивший подобный предмет в качестве украшения.

Я сумел оторвать голову существа от тела, подхватить наушники и внимательно их рассмотреть. Они точно принадлежали Седьмой, нет никаких сомнений. Надо только почистить их, желательно, прокипятить в чане со спиртом, прочитать заклинание очищения и лишь потом торжественно вручить. Я убрал наушники в инвентарь, посмотрел на дверь, ведущую вглубь комплекса и мысленно заключил:

Где-то обрадуется одна Тянка.

***

Директорат постепенно отстраивался. Со всего ОлдГейта пришлось стянуть такое количество рабочих, что они едва помещались со всем оборудованием внутри здания. Снаружи так же шли восстановительные работы, а серый бетон административного корпуса успели очистить от тел. Ничего не напоминало о былой бойне, кроме тысяч и тысяч пулевых отверстий, которые тщательно старались замазать раствором.

По всему городу всё ещё проходили зачистки биошлака, а личная армия Ордена, захватившая власть в ОлдГейте, обживалась на новом месте. Раньше им приходилось прислуживать верховному аппарату, являясь фактически мечом, который убивал неугодных ему, но теперь они заняли заслуженное кровью солдат место и стали настоящими хранителями Кодекса Генетика.

Они, в отличие от предыдущей власти, будут чтить букву закона, писанного предками, и не станут отходить от него ради собственной наживы и выгоды. Однако для этого требовались солдаты, солдаты и ещё раз солдаты. Если Орден в чем-то и знал толк, то это толк не только в наборе, но и в создании идеальной машины для защиты достойных граждан.

Высокий мужчина в приталенной чёрной форме закончил читать предоставленный отчёт и поправил упавший на лоб локон. В каком-нибудь другом мире он мог бы стать известным актером, может, даже дамским угодником или профессиональной моделью, но здесь его судьба сложилась иначе. Он совсем недавно занял место своего предшественника и возглавил Орден Белого Шва. Пробуждение запасных резервов Ордена и атака на биошлак Директората была именно его идеей.

В отличие от предыдущего лидера, он знал, что падение аппарата — лишь вопрос времени, и лучше дать обеим сторонам друг друга ослабить, а потом добить победителей. Поэтому после того, как план был удачно приведен в действие, а былой глава случайным образом утонул у себя в ванной, этот подтянутый и молодой мужчина занял место правителя.

— Сколько ещё осталось? — спросил он, расположившись в кресле прошлого Верховного лидера и уставившись на голографическую карту города.

— Ещё четыре района ОлдГейта не проверены нашими легионами, Владыка. Очищение идёт по плану, но там требуются дополнительные войска для поддержания порядка. Не все чистокровные, принимавшие участие в бунте и несогласные с властью, открыто идут на контакт.

— Но они ведь чистокровные, — вмешался второй советник, пуская солнечные зайчики начищенной до блеска лысиной. — Кодекс Генетика гласит…

Вдруг взгляд Владыки метнулся на стоящего в углу хранителя знаний, и тот спешно произнёс:

— Кодекс Генетика гласит, что всякий житель, подвергнувшийся смраду биошлака, тем самым запятнан проклятьем грязной крови и должен быть переработан ради благополучия и чистоты нации.

В помещении повисла тишина, так как никто не посмел спорить с хранителем знаний. Владыка вновь перевёл взгляд на первого советника и позволил ему продолжить.

— Для более быстрого продвижения Очищения и дальнейшего контроля над населением, нам требуется ещё дополнительная тысяча чистокровных солдат Шва.

— Ещё тысяча? — прошептал лысый. — Для этого придётся распотрошить объект.

— Нет, советник, — Владыка встал с кресла и подошёл к окну, наблюдая за восстановительными работами. — Причина, по которой Белый Шов всё это время был в тени аппарата, заключается не в слепом повиновении, а в отсутствии решительных действий. Объект и ранее стабильно поставлял нам материал для создания верных хранителей законов Кодекса, но каждый раз сталкивался с ограничениями. Количество лабораторий, урезанное финансирование — всё это только ставило палки в колёса прогрессу Ордена. Однако теперь, когда у нас есть полный доступ ко всем ресурсам Первого рубежа, включая ОлдГейт, это ограничение больше не будет стоять у нас на пути. Пока мы с вами беседуем, происходит развёртывание новых лабораторий, в которых будут создаваться будущие защитники человечества. Они вскоре приступят к работе, и им понадобится дополнительный биологический материл, — он обернулся и, бросив взгляд на советника, приказал. — И вы его обеспечите.

Мужчина замялся, потирая взмокшие от пота ладони, и неуверенно выдавил:

— Но это означает, что придётся намного понизить популяцию объекта.

Вдруг Владыка полностью обернулся, вновь поправил упавшую на лоб густую чёлку светлых волос и поправил советника:

— Не понизить, а выпотрошить полностью. Мне нужна каждая доступная биологическая ячейка.

***

— Конечно, я здесь всё закончу и попробую усилить сигнал, — произнесла Фи, стараясь разобрать хоть слово сквозь плотный слой помех. — Смертник? Смертник?

Связь оборвалась, и девушка вернулась к консоли комплекса, у которой копалась уже добрые полчаса. За это время ей удалось не только наладить связь, но и выяснить, что система сплетена в один клубок, который управляется напрямую с верхнего этажа. Если Смертник прав, а опыта взаимодействия с принтерами у него было намного больше, где-то там должна быть главная комната управления. Если до неё получится добраться и подключится напрямую к главному серверу, то удастся не только выяснить, в чём заключалась проблема принтера, но и, возможно, исправить её, наладив тем самым стабильную работу.

Что-то в его настройках заставляло систему печатать тела сроком годности всего в один год. Более того, Смертник рассказал, что Взросляки на самом деле были вполне половозрелыми людьми, запертыми в тельцах детей, что само по себе кричит о поломке принтера. Фи пыталась выяснить, где находятся Ясли, последние два года, и наконец оказавшись здесь, она попросту не могла сдаться.

— А как мне позвонить, кому я захочу? Обязательно надо сначала кнопку нажимать? — тараторил неугомонный Павлик.

— Да, — медленно протянула Фи, стараясь не отрываться от информации, которая дублировалась на интерфейс системы через её личный планшет.

— А если плохо будет слышно, можно кричать в трубку? — не сдавался Павлик, которому наскучило сидеть без дела.

— Да, но на качество связи это не повлияет, — всё тем же голосом ответила Фи, моля, чтобы эти бесконечные вопросы наконец закончились.