Я молча обошёл бригадира, добрался до Азалии, рывком поставил её на ноги и вырвал из транса.

— Рассказывай, что ещё за очищение, и не надо мне басней про то, что ничего не знаешь.

— Она и вправду ничего не знает, — ответил за неё Серв. — У операторов Санктуумов стоит чип блокировки памяти. Даже если она очень сильно захочет, то не сможет тебе рассказать того, чего желаешь.

Азалия медленно подняла голову и посмотрела на меня так, словно просила прощения. Никогда ещё не видел её такой, и на мгновение мне даже стало её жалко. Не то, чтобы она сумела достучаться до моих чувств, используя щенячьи глазки и женское обаяние. Просто у меня не хватит эмоций, чтобы жалеть нас всех, ведь вот-вот всё закончится.

Четыре минуты…

— СЕРВОГОЛОВЫЙ! — Снаружи послышался дикий вопль того, чей голос профессионального оратора не спутать ни с кем. — ТОЛЬКО ЛИШЬ СМЕРТЬ ОДНОГО ИЗ НАС ОСТАНОВИТ ОЧИЩЕНИЕ!

Три минуты…

Вдруг посетила опасная мысль, а что если Дьякон прав? Серв явно не ожидает, что ему ударят в спину, да и кто меня станет винить, если очищение и вправду не состоится. С другой стороны, верить этому религиозному фанатику у меня причин не больше, чем верить собственному бригадиру.

Сервоголовый посмотрел на меня так, словно понимал, что я единственный, кто мог попытаться его убить, а когда мог клинок остался там, где и должен был, он перешагнул через тело Кровника, успевшего ранее прорваться внутрь, и вышел на улицу.

Все, кто ещё мог передвигаться, последовали за ним, конечно, кроме Некра, Трева и Азалии. Толстый, охранник оператора Санктуума, так же присоединился к нам, прекрасно понимая, что терять уже нечего.

Две минуты…

— Столько смертей! Столько убитых! Этого можно было бы избежать, если бы ты узрел путь единой системы, как вижу его я!

Сервоголовый, которого религиозный бред Дьякона раздражал не меньше моего, презрительно сплюнул под ноги противнику и ответил:

— Сколько лет прошло, а ты всё мелешь одно и то же, день ото дня! Ты действительно хочешь, чтобы я поверил в этот бред? Тобой движет жажда власти, не более того…

Минута…

Они серьёзно будут выяснять, кто прав, а кто виноват? Ну уж нет, если Серв горазд только языком молоть, то придётся взять всё в собственные руки. Сорвав с тела наёмника нож, я оббежал Серва и метнул прямиком в Дьякона. Перед ним выскочило сразу трое человек, закрыв бригадира собственными телами. Один из них умер на месте, а сам Дьякон, да и Сервоголовый, даже не пошевелился.

Ну уж нет! Вот так помирать я не собираюсь! Краем глаза следил, как последние секунды уходили сквозь будто вода в песок, и прикусив нижнюю губу, побежал со всех ног, дабы успеть нанести смертельный удар. До Дьякона оставалось так близко, что я мог почувствовать гнилое дыхание его и его людей.

Я замахнулся для удара, как вдруг небеса прорвал оглушительный рёв чего-то фантастически невероятного и злобного. Всех до последнего прибило к земле, будто сама госпожа, наконец, сподобилась спуститься со своего трона и лично покарать детей за непослушание. Я пытался поднять голову, сдвинуться с места, а когда это наконец удалось, то перевернулся на спину и выдохнул.

Над всем ВР-3 кружили металлические звери, как бы их назвал Брут. Быстроходные летающие транспорты ревели сиренами и звуковыми волнами усмиряли тех, кто сподобился им противостоять.

Первым на ноги сумел подняться Сервоголовый, а за ним и Дьякон. Странно, но во взгляде бригадира я не увидел удивления. Словно появление десятков летающих транспортов для него не впервой. То же самое могу сказать о Дьяконе, правда, рот ублюдка всё же скривился в самодовольной улыбке.

Серв недовольно поморщился и, раскинув руки в стороны, прокричал во весь голос:

— Чего началось-то? У нас же был уговор!

Ответа он так и не дождался. Над головой нависли дроны, а когда открылись люки и опустились первые канаты, я вызвал интерфейс и увидел входящее сообщение.

//Внимание

//Поставленные условия не выполнены

//Начат протокол очистки

— Я ещё раз спрашиваю, что началось? — повторил Сервоголовый, в этот раз слегка понизив голос.

Звуковые пушки, придавливающие к земле, отключились, и по канатам начали спускаться вооружённые люди. Облачены в чёрные тактические костюмы, каски, скрывающие лица, а в руках автоматическое огнестрельное оружие. Значит, оно всё же здесь есть.

Не искушая судьбу, я спешно отполз за спину Серва и, встав на ноги, осмотрелся. Повсюду стоял дикий вой. Те Кровники, что пришли вместе с Дьяконом, попадали на колени и в религиозном экстазе вздымали руки к транспортам, словно к посланникам системы, а когда из них спустились ангелы, то едва не сошли с ума.

Некоторые из них, не выдержав, принялись резать себе глотки в жесте подношения жертвы системе. Другие, считая себя недостойными, бились лбами о землю, сбивая свои хваленые пластины. Лишь один Дьякон смотрел на бойцов так, словно прекрасно понимал, что они не посмеют ему навредить.

Солдаты спешно взяли всё поле битвы в кольцо и, щёлкнув затворами, приготовили оружие. Сервоголовый по-прежнему стоял во главе выживших наёмников и требовал ответа. Несмотря на то, что на их фоне человек выглядел как обычный техноварвар, вёл он себя, как с равными.

Никто из них не собирался отвечать, и, кажется, за них будут говорить винтовки. Я медленно попятился назад, ощущая, как смерть подбиралась всё ближе и ближе, и едва сумел проглотить подступивший к горлу ком. Сейчас начнётся что-то серьёзное.

— Я всё ещё спрашиваю, чего…

Инстинкты оказались правы. Я схватил Приблуду за шиворот и, отпрыгнув назад, потянул его за собой. Свинцовый дождь за секунду убил всех, кто не успел спрятаться, а кого нет, те вскоре об этом пожалеют. Нам удалось схорониться под грудой трупов, и несмотря на отвратительный запах, тесноту, тонны крови, я всё ещё держал Приблуду и не давал ему встать.

Это и есть очищение? Уж очень надеюсь что Дьякон получил то, за что так яро проповедовал среди своих последователей.

Оставаться заживо похороненными долго не выйдет, поэтому под всё ещё звучащие выстрелы мы, словно черви, поползли, распихивая тела. Приблуда что-то шептал, но его слова тонули в грохоте винтовок и утопали среди всё ещё тёплых тел убитых.

Я сумел наконец увидеть свет в конце туннеля смерти и еле как выполз. Всё ещё не поднимая головы, потянул за собой Приблуду, помог ему выбраться и на согнутых коленях вбежал в КиберСанктуум.

— Это? Это? — продолжал быстро дышать Приблуда.

У него началась гипервентиляция, но несмотря на творившийся вокруг хаос, парень всё же сумел взять себя в руки.

— Смертник, кто эти люди? — спросил лежащий на полу Трев, закрывая голову руками.

Значит, этот жив, уже неплохо, но как насчёт остальных? Огляделся, заметил сидящего рядом с Тревом ежа, за которым спряталась Азалия. Странно, но девушка, поджав под себя ноги, смотрела перед собой и качалась из стороны в сторону, словно заведённая. Я жестом приказал всем оставаться на полу, и, схватившись за иглы Мыши, обогнул его и резко выдохнул.

— Ах ты ж сука.

Некр…

Старик сидел в механическом кресле, служившем ему в качестве нижней части тела. Четыре аккуратных дырки – три в груди и одна между глаз. Рядом с ним Толстый с вытекающей из затылка смесью мозговой жидкости и крови. Судя по всему, он в последнюю секунду пытался повалить Некра на пол, но чуть-чуть опоздал.

— Смертни-и-и-к, — Привычно затянул Мышь, облизывая заострённым языком пожелтевшие зубы.

Я закрыл ему рот, не зная, понимает ли он меня, а затем повернулся и, схватив Азалию за плечи, прошептал:

— Нам нужно отсюда уходить, причём срочно! — она никак не отреагировала на мои слова, поэтому я тряхнул её сильнее и повторил. — Азалия! Да приди ты в себя, женщина! Нам надо валить отсюда.

Она резко заморгала, словно наконец оторвалась от интерфейса, и едва слышно прошептала: