Суставы правой механической кисти вытянулись, связанные друг с другом энергетическими нитями, и он резким движением охватил червя и припечатал того к земле. Тварь отказалась сдаваться и выпустила из широкой пасти несколько длинных и острых прутьев. Они бы и оставили шрам на лице наёмника, если бы не подоспели его соратники. Пара мощных ударов тяжелыми молотами лишила существо возможности к побегу, а затем остальные набросились и принялись добивать тварь чем попало.

Я заметил, что наёмники помладше не могли похвастаться серьёзным вооружением и в основном сражались самодельными дубинками, молотами и крепкими тесаками. Косой командовал как заправский офицер, раздавая приказы молодым головорезам. Видимо, не зря Мышьяк поставил его во главе ватаги.

Я подпрыгнул на месте, едва сохранив правую ногу от вынырнувших из земли металлических челюстей, как вдруг послышался предсмертный крик. Юный смертник, тот, у которого раньше тряслись руки перед рейдом, не сумел справиться с напряжением и стал первой жертвой. На бедолагу напрыгнуло сразу четыре мелких червя и с мощностью промышленных буров пробили его насквозь. Раба буквально разорвало на части, словно он попал в мясорубку, а поляну оросило алой горячей кровью.

Остальные, заметив смерть своего соратника по несчастью, замешкались, и лишь дикий вопль Косого смог вернуть их к реальности. Надо действовать осторожнее, иначе сам сгину на этой выжженной бурей земле. Тем более стало ясно, с чем придётся иметь дело.

С первого взгляда могло показаться, что черви реагировали на вибрацию шагов и атаковали людей с секундной задержкой, но лишь через пару минут бега по «минному полю» мне удалось уловить некую закономерность.

Твари старались держаться крупных котлованов, оставленных после ударов молниями, и редко отдалялись от них дальше, чем на двадцать метров. В один момент я решил проверить свою теорию и, отыскав нетронутый стихией и червями участок, встал на месте и внимательно прислушался. Характерное жужжание, которое те издавали за мгновение до атаки, раскручивая свои нанитовые шестерёнки, постепенно приближалось, а затем, резко повернув на девяносто градусов, отправилось прочь. Что-то не просто привлекало их в этих котлованах, но и не позволяло отдалиться на достаточное расстояние. Пытались держаться группой? Чувствовали себя там в безопасности?

Косой заметил, как я топтался на одном месте, и заорал благим матом. Мысленно послал его к чёрту, сдобрив неприличным жестом и медленно, шаг за шагом стал отмерять безопасную зону. Два, три, пять… На шестом метре жужжание вернулось, и под ногами затряслась земля.

Мелкие засранцы двигались с впечатляющей скоростью, роя подземные туннели и просаживая почву в местах перемещения. Я прикинул, за какое время они способны превратить сухую и выжженную землю в зыбучие пески и мысленно присвистнул.

Как бы то ни было, мне требовались ресурсы для того, чтобы сохранить собственную жизнь, а значит, придётся рисковать. Самые крупные особи оставались в котлованах, а те, что помельче, периодически выбирались и составляли первую линию обороны. Проблема в том, что ни с теми, ни с другими моё тело не справилось бы в нынешнем состоянии. Требовался мелкий, практически безобидный червь. Паршивая овца, отбившаяся от основного стада.

Дрожь усиливалась, а жужжание механических моторчиков обещало быструю и кровавую смерть. Я медленно выдохнул, привёл сознание в порядок и, призвав из инвентаря армейский нож, приготовился к сражению.

Пять… четыре… три… Тварь двигалась медленно, но целеустремленно. Я закрыл глаза, так как полагаться на них в данной ситуации бессмысленно, и через рваные кроссовки на физическом уровне чувствовал, как существо приближается. Вибрация выдавала каждое его движение, а механическое жужжание становилось всё более очевидным.

Я покрепче сжал рукоять армейского ножа и, трижды выдохнув, приготовился к бою.

Настала пора обзавестись настоящим трофеем…

Сухая каменная крошка ударила в лицо, а за ней последовала моя цель. Маленький, размером с переспелую дыню, червь просвистел мимо, оставив на щеке обидный порез. Из-за своих небольших размеров он двигался слишком быстро, и как только приземлился, то сразу зарылся обратно в почву.

Я топтался на месте, пытаясь предугадать следующую атаку. Откуда нападёт? Где будет удар? Несмотря на небольшие габариты, он всё же не мог полностью замаскировать своё передвижение под землей, и чем ближе становился, тем отчётливее я ощущал под ногами характерные вибрации.

Слева… Справа…

Он кружил вокруг меня, словно обладал разумом и пытался запутать свою будущую жертву. Кто-то вдали прокричал моё имя, но оно утонуло в общем шуме, создаваемого постоянным жужжанием существ и воплями рабов. Так, со скоростью существа мне не совладать, значит, придётся пойти на весьма рискованный поступок. Главное, чтобы награда себя оправдала.

Я медленно развернулся и сделал шаг вперёд. Если тварь действительно обладает зачатками разума, то должна решить, что я отчаялся и попробовал сбежать. Сработало! Червь перестал кружить и выстрелил из-под земли, словно выпущенный из пушки снаряд. Я зубами сжал лезвие ножа и, выставив перед собой ладони, слегка перенаправил полёт монстра.

Не смотря на то, что внешне он выглядел как сбитый из кусков металла искусственный слизняк, на самом деле тело скрепляло множество незаметных глазу организмов. Крошечные наниты безостановочно курсировали по невидимым магистралям общего целого, образовывая собой корпус существа.

Червяку явно не понравился мой заход, и он, выпустив игловидные шипы из пасти, попытался перевернуться на спину. Так бы у него и получилось, если бы не питательная паста, насыщающая энергией для сражения моё уставшее тело. Правой рукой я выхватил нож и нанёс несколько быстрых и метких ударов.

Сначала показалось, что сталь прошла насквозь, не оставив повреждений, словно наниты разбегались перед приближающимся клинком. Однако уже на второй удар я почувствовал сопротивление, а жужжащая тварь пронзительно заверещала.

Червяк, пускай и мелкий, оказался довольно грозным противником, и без надлежащей защиты охотиться на таких равносильно самоубийству. Пропустишь один удар – уже истекаешь кровью как отправленный на скотобойню поросенок.

Существо обмякло, медленно рассыпаясь на миллиарды нанитовых песчинок, и я рефлекторно погрузил сложенные ладони в тело, попытаясь зачерпнуть как можно больше. Мелкие организмы просачивались сквозь пальцы, стекали по коже и спешно впитывались в почву.

Паскуда…

Убрав нож в инвентарь, я принялся копаться в останках в надежде отыскать лут, который подарит мне временную безопасность.

Пусто…

М-да, получить награду за первого убитого червяка было бы слишком просто. Наниты не зря считались самой редкой валютой на ВР-3, и, по слухам, некоторые наёмники были готовы рискнуть пойти против правил системы, дабы разжиться драгоценным товаром.

— Ты! Здоровый! — раздался вдалеке голос Косого. — Хватай охреневшего Смертника и тащи за собой!

Здоровый? Такой среди нас был всего один – и это Брут. Я поднял голову, осмотрелся и заметил, как издали на меня смотрел озадаченный парень. Ну же, дружище, занимайся своими делами, не лезь, не до тебя сейчас. Еще не хватало препираться с ним и уж тем более драться.

Брут покрутил головой по сторонам, пожал плечами, увернувшись от выстрелившего червяка, и бегом направился в мою сторону. Чёрт! Ну и где же твой внутренний стержень, здоровяк?

Вдруг с запада послышались восторженные вопли, а значит, прибыла еще одна ватага. Я встал, смахнул остатки мёртвых нанитов с ладоней и, прищурившись, взглянул на горизонт. Даже не одна и не две. Широкая поляна, богатая нанитовыми червями, привлекала ублюдков со всего ВР-3.

Я присмотрелся внимательнее и заметил, что они носили джинсовые безрукавки с изображением сжатого в кулак человеческого сердца. Значит, не просто другая ватага, а другая бригада. Наша щеголяла нашивками с кибернетическим черепом с подключенными к нему проводами.