— Отойди, мой мальчик.

Я повернулся и увидел старушку с дробовиком в руках. Она не стала повторять, и мне едва удалось отпрыгнуть, прежде чем она выстрелила в упор, превращая голову оперативника в кровавый фарш.

Баух, как и предполагалось, сидел в углу, спрятавшись за кроватью, и тихо стонал. Ну нельзя ему выходить из лаборатории, окружающий мир слишком явно создан не для него. Сажать на цепь члена ватаги — это слишком радикальный шаг, но клянусь, если он ещё раз вот так сбежит, придётся уже задуматься.

Старушка передёрнула затвор дробовика, положила оружие на плечо и спокойным голосом сказала:

— Хм, видимо, всё же первый вариант. Видишь, мой ученик, я оказалась права.

Тела оперативников ещё в первую нашу встречу показались мне слишком крупными. Тот же Черника выглядел как настоящий гигант в сравнении с другими людьми, но здесь всему виной обильная прокачка и кибернизация. Эти же люди выглядели настолько непропорционально, будто под кожей у них были камни. Сначала подумал, что всему виной дополнительная броня на теле, но когда с убитого мною человека слетела карбоновая маска, я подошёл и внимательно присмотрелся.

Крупное, практически квадратное и лишённое какого-либо волосяного покрова лицо. Широкий и низкий лоб с заметно выпяченными глазницами. Крепкие скулы, красные как кровь глаза и бледная, практически молочного цвета кожа. С первого взгляда они выглядели как смесь человека, страдающего альбинизмом, и неандертальца. Причём больше в сторону второго.

Из-под нагрудника в шею уходили множественные трубки и изолированные кабели, питающие всю эту громадину. Уверен, что, если снять с них костюмы, под ними окажется столько железа, что позавидовал бы даже Мышь. Но не это больше всего удивило меня. Все эти возгласы о чистоте крови и цитирование Кодекса Генетика как чуть ли не священного писания оказалось полнейшей чушью. Когда дело дошло до крови и грязной работы, ублюдки не чурались пускать в дело монстров, наплевав на все правила и составленные же ими законы нормы.

В очередной раз человеческий цинизм и двуличие не сильно впечатлил бы, если бы не одно «но». Я уже собирался хватать обоих и сваливать, пока не нагрянула подмога, как краем глаза заметил одну интересную особенность. Клинок разрушил челюсть оперативника настолько, что мне удалось её подцепить кончиком ботинка и вывернуть наизнанку.

На заляпанном кровавыми сгустками полу валялась часть тела, меньше всего напоминавшая человеческую. Десятки мелких белых отростков, торчащих во все стороны из челюстной кости, тускло поблескивали в скудном освещении коридора острейшими гранями. У людей такого не бывает, но увиденное мне было очень знакомо, ведь я сотни раз наблюдал это совсем у других существ — у эскувиаторов.

***

Молодой парень лет четырнадцати, с зелёным отпечатком надписи «биошлак» на лбу, схватил свою сестру и побежал вслед за остальными. Он, как и многие из его жилой многоэтажки, попал сюда совсем недавно, сумев сбежать, когда в гетто произошла реакция. Ему пришлась по нраву жизнь в ОлдГейте, причём настолько, что он начал подумывать о способе дополнительного заработка.

Однако всё осталось в прошлом.

Теперь он попросту пытался спастись и не дать себя убить крепким людям в чёрной броне. Он забежал в открытую дверь магазина, обогнул прилавок и выбежал через задний ход. За спиной были слышны мощные шаги преследующих, будто за ними гнались настоящие гиганты. Паренёк достал пистолет, добытый в драке, передёрнул затвор и не глядя выстрелил за спину.

Его сестра пригнулась, и в её руке появилась светошумовая граната. Трофей с убитой гончей, которую они загнали вместе с братом несколько дней назад. Она планировала использовать её позже, но сейчас любые способы хороши. Однако ей так и не удалось сорвать чеку, так как за поворотом их ждал тупик.

Боец Белого шва с размаха саданул по рёбрам паренька, сломав практически все рёбра сразу, и прижал его к стене. Девушка яростно зарычала и потянулась за пистолетом лишь для того, чтобы её кисть растоптали тяжелым металлическим ботинком.

— Цель обнаружена, — произнёс один холодным машинным голосом.

— Мы меч Кодекса, — добавил второй, занося винтовку над головой паренька. — Чистка должна продолжаться.

Подросток зажмурился и приготовился вернуться в принтер, как вдруг понял, что выстрела не последовало. Он открыл глаза и не смог поверить увиденному. Его интерфейс самостоятельно активировался, и все, включая его сестру, замерли в нерешительности. Слова, много слов, и все они от той, которая, казалось, больше никогда не заговорит:

//Внимание. Объявляется введение особого положения по всему ВР-1.

//Причина: хроническая неэффективность обслуживающего рубеж населения.

//Рабы нижнего и верхнего класса продемонстрировали неспособность к самостоятельному наведению порядка и поддержанию функциональной дисциплины.

//Реакция системы признана единственно рациональной мерой.

//Режим автономии аннулирован. Контроль возвращён в руки управляющих алгоритмов.

//На двадцать четыре часа введён запрет на любой тип насилия. Нарушение запрета — смерть. Попытка обойти запрет — смерть. Попытка обжалования — смерть.

//По истечению срока будет введён особый режим сроком на 72 часа. Для фракции «Биошлак» за убийство члена специального военного отдела полиции награда: 100. 000 опыта. За убийство члена Белого Шва награда: 1 уровень.

//Фракция «Верховный аппарат» за это время должна закончить чистку и избавиться от последней единицы биошлака. За каждого убитого награда: +1 к репутации Рубежа и расположения Города-Кокона. + 100 омни на личный счёт убившему.

//До момента окончания особого положения: все миссии, задания и цепь заблокированы. За отказ от выполнения установленных фракциям условий — смерть.

И помните:

СИСТЕМА… ВСЁ… ВИДИТ!

«Результатом Первой чистки стало восстановление предписанной структуры генетической карты. Любые человеческие потери трактуются как необходимая коррекция биологической экономики.»

(Кодекс Генетика. Отчёт Центра Демографического Ремонта)

***

— Ну и как вы предложите мне это понимать? — взорвался мужчина после трёх суток без сна и такой дозы кофеина, что у него уже десять часов подряд нервно дёргался правый глаз.

— Руководство требует результатов, — произнёс шёпотом второй, пытаясь хоть как-то успокоить коллегу. — Второе падение системы за несколько месяцев. Наверху все в ярости.

Пожилой мужчина, который полысел после того, как его назначили начальником отдела обслуживания сектора — 4 всего год назад — схватил кружку с оставшимся кофе, как она внезапно соскользнула с его пальцев и разбилась о пол. Он раздражённо посмотрел на растекающуюся жидкость под ногами и гневно выпалил:

— КОФЕ!

— Нам нужно как-то преподнести это совету правления, иначе нас на тряпки порвут. Такого ещё никогда не было в истории Города. Падение системы? Дважды? На прошлом заседании меня спросили, почему она внезапно стала столь молчаливой, а что я мог ответить? Откуда мне известно, что твориться в её сознании? — всё так же шёпотом проговорил молодой человек с густой шапкой чёрных волос на голове, краем глаза замечая, как ассистентка подносит начальнику кофе.

Мужчина принял новую кружку, поднёс напиток к губам и внезапно замер. Его взгляд привлёк внимание всех сотрудников в белых обтягивающих халатах, которые тут же наклонились вперёд и приготовились записывать. Седой человек некоторое время молчал, а затем огорченно выдохнул, так и не выдав ничего запредельного.