Дробовик испарился в инвентаре, и в руке материализовался посеребрённый револьвер. Звук, с которым пуля выходила из дула, можно было сравнить с настоящим грохотом. Половина головы заборника лопнула, словно переспелый арбуз, а я при этом даже не почувствовал отдачи. Так же заметил, что похмелье от использования Нейролинка уже не так сильно тревожило, поэтому активировал его ещё раз и попутно устроил одному замыкание нейронов.

От резко удара по нервной системе тот скрючился, коротко хрюкнул и упал колодой на пол. Зеки, которых только что лупили дубинками, раскрыв рты, смотрели, как мясозаборники падают один за другим. Многие из них даже не знали о существовании огнестрельного оружия и не понимали, что происходит. Однако одно было ясно как день — у них появился шанс.

Я отщёлкнул барабан и, схватив его на лету, убрал в инвентарь. Из двух десятков противников осталось чуть меньше пяти, когда особо храбрые зеки бросились на них толпой и начали мстить. Количество какое-то время им помогало, но характеристики охраны всё же взяли верх. Они раскидывали узников, словно бесполезные куски мяса, попутно ломая кости и портя товар.

Револьвер, забравший достаточно жизней, вернулся в инвентарь, и в дело вступили клинки. Я стремительно приблизился, на полном ходу убил одного и, не останавливаясь, двинулся дальше. Пока клинок торчал из груди противника, я свалил его на второго и добил сверху резким ударом в макушку.

Под руку попался один из узников, который зачем-то схватил меня рукой за запястье, которой тут же лишился. Я, не оборачиваясь, взмахнул лезвием, отогнав от себя всякую шушеру, и перепрыгнул через беснующуюся толпу, к которой присоединились остальные заключенные. А когда удары самопальных заточек посыпались со всех сторон, даже хвалённые характеристики охраны их не спасли. Десятки гиен попросту заживо сжирали гордых львов, которые когда-то правили этой саванной.

После того, как погас экран, дальнейшая судьба моей ватаги оказалась неясной. Я оставил добивать мясозаборников узникам и подошёл к двери. Крепкая, плотная, но всё же из обычного металла. Я попробовал нащупать петли или какой-нибудь механизм, но, ничего не обнаружив, пришлось действовать по старинке и вонзить оба клинка в небольшую щель. Они пробили толстый слой металла лишь с третьего раза, когда окружение начало нагреваться от моих клинков, и я почувствовал, как медленно создаю себе проход.

Ещё немного… ещё чуть-чуть! Мышцы напряглись, а на лбу выступила горячая испарина. В нос ударил запах мертвечины, который заставил работать ещё быстрее, а когда двери открылись достаточно, чтобы я сумел пролезть внутрь, первое, что увидел — это широкую улыбку на покрытом кровью и заплаканном лице Элли.

Взгляд мужчины остановился на комнате, в которой по кругу, словно лепестки одного цветка, лежали в люди в капсулах. Они были подключены к одному из множества устройств, благодаря которому существовала вся система Чёрного узла. Ему ранее приходилось слышать об этом месте, но чтобы посещать? Тем более вот так? Это не входило в его планы.

Истории о том, как обеспеченные люди со всего ОлдГейта приезжали аж в сам Чёрный узел, чтобы напрямую испытать ощущение от кого, как мучились и какие эмоции чувствовали узники, для него звучало слишком по-варварски. Кокон, несомненно, обладал своим спектром возможностей для получения удовольствия, и Чёрный узел на его фоне не так уж и сильно выделялся. Однако это место каким-то образом умудрялось вызывать у него чувства, которые давно похоронил под холодной и прагматичной личиной.

Мужчина, как обычно, убрав руки за спину, медленной походкой зашел в центр управления Мясной башней и коротко выдохнул. Десятки техников трудились здесь каждый день, чтобы обеспечить работу всей этой мегаструктуры, начиная от целостности купола, заканчивая поставками питательной пасты и работы канализации.

Слева находилась серверная комната, которая, в отличие от обычной, управлялась при помощи сразу пяти даркраннеров. Они лежали в чёрных керамических ванных, со стороны напоминающие собой саркофаги. Мужчина видел только их обритые наголо головы и тянущиеся к индексам на ладонях провода.

Поначалу его никто не заметил, и все были поглощены рутинной работой, но вскоре взгляд главного управляющего всем этим механизмом зацепился за загадочную фигуру в дверном проёме. Он прищурился, словно пытался его получше рассмотреть, а затем ахнул от удивления и спешно затараторил:

— А, господин, мы ждали вашего прибытия! Верховный аппарат уведомил нас, и мы приготовили для вас самые лучшие места! Или вы предпочитаете прямое погружение?

Мужчина оставил его слова без ответа и ало-красными глазами осмотрел всё помещение. За окнами комнаты управления, которая располагалась в отдельном здании на десятом этаже, виднелась та самая Мясная башня, огни которой освещали всё окружение. Вблизи она казалась ещё больше, а у основания столпились многочисленные узники, желающие попытать внутри своё счастья.

— Значит, о моём прибытие доложили? Интересно, я не думаю, что верховный лидер станет заниматься подобными делами, особенно учитывая, что сейчас происходит в его городе.

— Ну не верховный лидер, — спешно пояснил тучный человек с выпирающим животом. — Его аппарат. Вы ведь понимаете, что мы весьма своеобразная организация, и членам аппарата запрещено с нами связываться, так как это может ударить по их репутации, но вам это и так известно, — он сделал паузу, проглатывая ком в горле и утирая со лба пот. — Так чем мы можем помочь такому гостю с самого Города-Кокона? Всё что угодно.

— Мне нужна информация насчёт новых поступлений, желательно, как можно быстрее.

— Да, конечно! — управляющий суетливо подбежал к одному из столов, за которым сидела девушка-оператор, и спешно поинтересовался. — Вас интересует кто-то особенный или всё поступление в целом? Мы можем разделить для вас на группы…

Вдруг взгляд человека изменился, он, слегка наклонив голову, с интересом посмотрел на тучного мужчину и спросил:

— У вас же должен стоять интерфейс класса Н-9? Его устанавливают прямиком в гиппокамп для удобного доступа к памяти, это так?

— Да, мне, как главному управляющему, положено знать обо всех и обо всём, что здесь происходит, а Н-9 с этим помогает, — продолжил дрожащим голосом говорить мужчина, а когда увидел, как пальцы с выкрашенными в чёрный цвет ногтями потянулись к его голове, жалобно простонал. — Может, не надо? Пожалуйста!..

Но было уже поздно. Человек напрямую подключился к его имланту и через него получил доступ ко всей хранящейся информации. Толстяк замер, словно его заморозило, и мёртвым взглядом смотрел перед собой и едва слышно сухо хрипел. В помещении повисла тишина. Работники искоса смотрели за тем, как их начальника препарировали при всех, и опасались, что подобное может случиться и с ними.

Вдруг всё прекратилось, и управляющий жалобно заскулил, хватаясь двумя руками за голову. Вокруг вновь послышались шелест клавиш и горячие обсуждения рабочей рутины. Мужчина некоторое время молчал, перебирая полученную информацию, а затем коротко произнёс:

— Группа 3885. Где она сейчас находится?

Управляющий не был в силах удовлетворить любопытство гостя, поэтому за него ответил первый помощник:

— Группа 3885 недавно прошла десятый уровень и на данный момент находится на одиннадцатом. Они почти закончили. Хотите, чтобы я вывел прогресс для вас на экран?

Мужчина коротко кивнул и подошёл к столу, за котором сидел человек. На множестве экранов, где ранее транслировались кадры с разных этажей и комнат, появилось отчётливое изображение, на котором группа из четырёх человек буквально валилась с ног от изнеможения. Мужчина наклонился вперёд, будто пытался разглядеть их получше, и задумчиво прошептал: