В том то и дело, что никто, но другого выбора у меня нет. При переходе на Первый рубеж я не учёл того факта, что там будет настолько строгий режим пропуска. На Второй попали без проблем. Кто? Куда? Ай, да заходи так! Всем плевать… а тут? Видимо, система безопасности хорошенько прокачалась в сравнении с ВР-2. К тому же нас опять поджимало время. За мной уже и так послали отряд, а когда узнают об уничтожении Чистилища, то направят целую армию.

Нет, до этого нам надо успеть проникнуть на ВР-1 и раствориться там в десятках тысяч других жителей. Это единственный способ спасения, ради которого я готов пойти на всё. Трев молча на меня смотрел, прикидывал варианты, а затем достал очки, вытянул из них тоненький кабель и произнёс:

— Тогда я пойду вместо тебя, — повисла тишина, и не успел я возразить, как он продолжил. — Тебе нужен тот, кто отличит кусок нужного кода от задницы, но это полдела. Нужно ещё его фрагментировать, затем собрать воедино и каким-то образом вытащить на новый индекс. Без обид, Смертник, но проводить тебе обучающий курс на несколько недель у нас времени нет. Так что подключаться буду я, но не без твоей помощи.

Я устроился на одном из кресел транспорта и задумчиво спросил:

— Что от меня требуется?

Трев нацепил очки на лоб, медленно выдохнул и произнёс:

— Пу-пу-пу, с чего начать? Нет, как бы тебе так объяснить... Помнишь про киберпространство? — я кивнул. — А про инфополе? Ладно, вижу, что помнишь, так вот, представь, что киберпространство — это безграничный океан, а инфополе — населяющие его твари. Чтобы добраться до нужного места, мне нужен маячок, указатель, что-нибудь, иначе буду бродить бесконечно. Этим маячком послужит твой имплант. Я подключусь к тебе в то время, как ты будешь подключён к индексу, и, используя мощность твоего мозга и импланта, попробую отыскать код. Понял?

— Ты хочешь использовать меня в качестве проводника? Как мозг использует индекс для соединения с машиной?

Трев поджал губы и покачал головой:

— Что-то вроде этого, но если для тебя проникать в мысли другого человека стало уже нормой, то для меня интерфейс "мозг-мозг" станет настоящим испытанием. Даже не так, а "мозг-мозг-индекс".

— А может, ты напрямую подключишься к индексу? — попробовала вмешаться Седьмая, на что сразу получила ответ.

— Эх если бы, но для начала мне нужно обзавестись вот такой височной игрушкой, как у нашего с тобой общего друга. Поэтому придётся импровизировать.

Я посмотрел через открытую дверь наружу, внимательно оглядел ватагу и спросил:

— Насколько это опасно?

Трев взял отрубленную руку женщины, покрутил перед собой, внимательно осматривая рисунок индекса, и ответил:

— Опасно. Но если справимся, я официально буду требовать, чтобы меня называли самым лучшим конструктором на рубежах!

***

— Ага, ага, и чего дальше?

— Да я тебе говорю, она ещё не успела к нему в штаны залезть, как тот всё в трусы спустил, — давясь собственным смехом, ответил молодой парень, яростно размахивая руками при рассказе истории.

Они шли по небольшой, но довольно оживлённой улочке подземного поселения, не забывая при этом кричать на всю округу. Окружающие даже не обращали на них внимания, так как прекрасно знали, к кому принадлежали эти наглецы. Один остановился у лотка, за которым коренастый мужичок жарил маленькие кусочки мяса на шпажках. При виде парней он стыдливо опустил голову, а когда тот, что покрепче, бесцеремонно схватил еду и пошёл дальше, едва слышно выругался под нос.

— Да ну, прям вот так? Даже влупить ей не смог? — с особым интересом поинтересовался человек и зубами сорвал половину мяса со шпажки.

Второй забрал у него половину, набил рот едой, и, смачно чавкая, ответил:

— Ну а я тебе о чём? Ему только помацать дай, он сразу на всё готов, вон, даже притащил нам эту отраву!

Тут светловолосый парень замолчал, проводил взглядом проходящих мимо девушек и вполголоса сказал:

— Ты бы жало так широко не раскрывал насчёт этого, а то главный не любит, когда его любимого доктора упоминают в этом ключе. Поржать над ним всегда можно, но вот о деле лучше ни слова.

Второй, с заметной рыжей копной волос, которую перетягивал на лбу синей ленточкой, ответил:

— Ну и ладно, я тебе просто историю рассказывал. Обычно мы над жертвами Лейлы вместе ржём, а тут ты такой серьёзный, завидуешь что ли? Так она тебе никогда не даст, слишком уж кривая у тебя рожа.

Парень надеялся, что тот начнёт возражать и наконец развеселится, на что блондин наоборот ещё больше нахмурился и добавил:

— Хрень какая-то просто, не нравится мне всё это, но ладно, лучше помолчим, тем более уже добрались. Вон дверь, заходи!

Шпажки отправились в полёт, и у небольшого здания, сбитого из металлических досок, они открыли дверь и спустились в подвал. Тёмную лестницу освещал единственный фонарик на механической зарядке, который наёмники подвесили под углом около часа назад. Она вела глубоко вниз, а затем коридор сворачивал и упирался в железные прутья двери.

За ними сидели сбившиеся в кучку люди и заметно шмыгали носами. Кто от страха перед смертью, кто от грусти, а кто-то старался утереть сопли от трёхдневного сидения на холодном полу. Светлоголовый наёмник достал свой фонарик, посветил перед собой, и в свободной руке появился пистолет. Пленники вздрогнули и словно тараканы разбежались по углам.

— Ну в общем, Лейла-то девка прикольная, фигура у неё зачёт, но только чего она постоянно с сиськами голыми ходит? Эта сетка ведь нихрена не прикрывает, зачем она её вообще таскает? — никак не мог угомониться рыжий, вставляя ключи в замок двери.

— А тебе не пофиг ли? Сам же сказал, что такая, как она, ни за что не даст. Всё мечтает, чтобы ей главный влупил. Эй, скоты чистокровные, а ну хватит ныть, запарили уже! Так, сколько сегодня?

Второй закрыл за собой замок, задумчиво промычал и ответил:

— Один, сегодня вроде один. Сказали опробовать как надо. Выбирай сам, я пока проход открою.

В то время, как его товарищ уже привычно произносил считалочку, тыкая указательным пальцем в пленников, парень подошёл к дальней стене и трижды постучал. С той стороны раздался механический звук, и она отъехала в сторону. Там их ждала ещё одна группа с огнемётами наизготовку.

Светловолосый схватил белокожую и довольно симпатичную девушку и пинками выгнал в канализацию. Остальные с интересом наблюдали за происходящим, а когда наёмник противно шикнул, они вновь спрятались, и фальшивая стена закрылась.

— Вот главный тоже странный тип, — никак не мог угомониться рыжий. — Баб у него, может быть, больше, чем у кого другого, а он всё нос воротит. Прёт время от времени какую-нибудь страхолюдины из села, да всё над картой сидит, думает что-то.

Второй схватил девушку за волосы, поставил на колени и произнёс:

— Да фильмов поди насмотрелся и строит из себя бесстрашного лидера, необременённого пороками.

— Вы о главном? — спросила курсоная девушка с огнемётом в руках. — Ха! Вы просто новички и ничего о нём не знаете. Он и по ноздре запулить любит, и выпить, как все остальные. В общем, побудете подольше с нами, всё сами увидите. Ладно, давайте уж заканчивать, а то у меня мужик наверху ждёт.

Рыжий получил подтверждение от остальных, достал небольшой инъектор с выпущенной иглой, а затем всадил в шею девушке. Она пронзительно заплакала и принялась молить, чтобы её отпустили, но было уже поздно. Сложный химический состав уже курсировал по её венам и заражала клетку за клеткой, не предвещая ничего хорошего.

Всего за какие-то секунды её живот разбух от газов, а затем, не выдержав, лопнул. Внутренности вывалились наружу, скелет распадался на звенья, а кожа с плотью выворачивалась в отвратительного экскувиатора. Рыжеволосый парень присвистнул, посмотрел на внутренний секундомер интерфейса, а когда пламя огнемётов накрыло монстра и превратило его в обугленную кучу мяса, уверенно выпалил: