Косметика, ничего больше. Мне нужен был рабочий офис, а не дизайнерская студия!
Глава 21
Артём
После ремонта привезли мебель. Столы, шкафы, тумбы, стеллажи под документы, кресла, компьютеры, принтеры, сетевое оборудование. Всё необходимое по солидной мебели для переговорки. Всё необходимое для кухни. Кулер.
За пару дней пустые комнаты начали приобретать вполне деловой вид.
В первой половине февраля две тысячи шестого ребята переехали.
Кит наконец получил собственный кабинет и официально пересел туда уже в качестве технического директора. Вопрос доли мы с ним тоже наедине обговорили, обе стороны пришли к соглашению, так сказать. Лена заняла соседний кабинет начальника отдела кадров. Вместе с ней туда перекочевали кадровые документы, папки, договоры и вся бумажная жизнь нашей компании. В общем зале разместились технари, те, что поновее. Наконец‑то мои сотрудники перестали сталкиваться локтями между рабочими столами.
Стало просторнее. Тише. Правильнее.
И самое главное – впервые за долгое время офис снова оказался чуть больше наших сегодняшних потребностей. Я с легким напылением сарказма рассчитывал, что хотя бы на несколько месяцев этого запаса хватит.
* * *
Двадцать девятое января, воскресенье.
За окном стояла настоящая тюменская зима. За ночь снова подсыпало снега, и двор под окнами выглядел так, будто его аккуратно укрыли свежей белой скатертью. Во дворе лениво прогревались редкие машины, дворник неторопливо сгребал снег с дорожек широкой деревянной лопатой, а мороз рисовал на стекле тонкие узоры. День обещал быть тихим. Именно таким, каким мне и хотелось встретить свои двадцать три года.
Будильник я даже не заводил. Да и с чего бы? Проснулся сам, часов около десяти, когда из кухни уже доносился негромкий звон посуды. Лена поднялась раньше меня. Я вышел в коридор, ещё сонный, в спортивных штанах и футболке, а она стояла у плиты, убрав волосы в хвост, получается – боком ко мне, и что‑то сосредоточенно помешивала в небольшой кастрюле.
– Доброе утро, именинник, – улыбнулась она, даже не оборачиваясь. – С днём рождения.
– Доброе. Спасибо.
Она подошла, легко поцеловала меня в щёку и тут же снова вернулась к плите.
– Завтрак почти готов. Только не заглядывай раньше времени.
– Уже командовать начинаешь?
– Конечно. Сегодня имею полное право. Хахаха. Шучу. Так, немножко, чисто для проформы.
Я отправился в ванную умываться, чистить зубы и всё такое…
После завтрака мы неспешно собрались и вышли в город. Никаких грандиозных планов у меня не было. Хотелось просто провести день вместе, без суеты, без бесконечных звонков клиентов и без мыслей о работе, которые за последние месяцы уже успели превратиться в привычный фоновый шум.
Первым делом мы поехали в супермаркет в самый центр города. Большой, просторный, современный, под названием… ааа, не важно. Тележка постепенно заполнялась сама собой. Хороший кусок охлажденной говядины – вырезка, свежие шампиньоны, сливки, картофель, овощи, зелень, сыр, виноград, мандарины, коробка конфет к чаю. Подкопченный лосось, большой шмат. Я очень любил лосося. Лена уверенно выбирала продукты, а я лишь послушно катал тележку следом и периодически складывал в неё то, что считал необходимым.
– Этого много не будет? – спросил я, глядя на очередной пакет. – Ну типа, чтобы не испортилось.
– Не будет.
– Ты так говоришь уже третий раз.
– Потому что каждый раз права, хаха. Артём, милый, не переживай… Ты словно своего дня рождения боишься как огня. Что не доедим – в холодильник.
Спорить было бесполезно. Да и не очень‑то хотелось…
А вот реально хотелось другого – понять, почему так тесен мир? Блин. Мимо нас у полки с зелёными оливками прошла Марина с ГАСЫ под руку с каким‑то отвязным парнем. Видимо, это и был тот самый Вазген… нет, Ашот… нет, Димон, вроде. О котором Лена недавно упоминала. Чертовка, ждущая своего Мишу из армии. Ага.
Между нами тремя возникла неловкая пауза, а парень с Мариной ничего не мог понять. Мы посмотрели друг на друга, Марина сузила глаза. В её прищуре в отношении Лены читалось: «Вот же сучка крашеная!» Но вслух она ничего не сказала. Просто цыкнула, задрав свой большой нос и пошла в сторону от нас, дёрнув за руку своего кавалера, чтобы он проследовал за своей миледи.
Мы с Леной посмотрели друг на друга, улыбнулись и даже ничего не сказали по этому поводу.
Далее был винный отдел.
– Красное? – спросила Лена.
– Красное.
Минут пять мы разглядывали бутылки, пока я не выбрал французское Château La Nerthe Châteauneuf‑du‑Pape. Стоило оно весьма прилично, но знаменательный день, раз в году. Иногда приятно купить что‑то просто потому, что хочется.
Ближе ко времени выхода из супермаркета я вызвал такси по телефону. Когда вышли на парковку и нашли наше такси, я загрузил большие пакеты в багажник, посадил Лену в машину и попросил водителя подождать меня – я доплачу сколько надо.
– Лен, подождёшь минутку?
– Конечно, – ответила она с улыбкой.
Я свернул к небольшому цветочному павильону. Полно у нас их было на каждом углу.
Внутри пахло влажной зеленью, свежими цветами и холодной водой. Продавщица долго раскладывала передо мной разные цветы, но взгляд почему‑то сразу зацепился за большие белые хризантемы с кремовым оттенком на кончиках лепестков. Их собрали в аккуратный букет, добавили немного эвкалипта и яркой декоративной зелени. Получилось совсем не вычурно – спокойно, тепло и по‑домашнему.
Когда я вышел и направился обратно к машине, Лена улыбнулась как увидела у меня в руках большой бумажный свёрток, напоминающий по очертаниям букет цветов.
– Красивые?
– А то! День рождения всё‑таки.
Она посмотрела на меня тем самым взглядом, который говорил гораздо больше слов.
– Конечно. День рождения.
До дома доехали без всяких приключений. Подрезал цветы в воде, после чего они заняли своё место на этот раз уже в вазе, которую мы поставили в комнате возле телевизора, на тумбу с краю. Комната сразу изменилась. Зимой живые цветы всегда смотрятся немного неправдоподобно, будто вместе с ними в квартиру случайно занесли кусочек весны.
Лене букет очень понравился, я сказал, что это как бы и для неё и как бы для нашего сегодняшнего праздника одновременно.
– Ты что‑то зачастил меня баловать. Смотри, а то испорчусь ведь. Хахаха!
Мы переместились на кухню, мне захотелось выпить теплой воды, в горле пересохло. Как и ей.
Потом она решительно хлопнула ладонями.
– Всё. Надо дела делать, готовиться. Теперь марш отсюда.
– Ну ты жжёшь, мать! Это вообще‑то моя кухня, хаха.
– Сегодня нет. Сегодня ты только отдыхаешь.
– А если я помогу?
– Если ты поможешь, мне потом придётся переделывать.
– Какая беспощадная дискриминация, однако.
– Не разговаривай. Иди телевизор смотри.
Я понимал, что она просто хочет позаботиться обо мне сегодня, чтобы я, по возможности, вообще не напрягался. Честно выдержал минут десять, потом всё‑таки заглянул в кухню.
– Ну что?
– Артём.
– Я молчу.
– Уже мешаешь… Это своего рода сюрприз.
– Я же просто посмотреть…
Она повернулась ко мне с деревянной лопаткой в руке и прищурилась.
– Ну нет… Ещё раз зайдёшь – останешься без праздничного ужина. Доверься процессу.
Пришлось капитулировать. Обо мне сегодня реально заботились по полной программе. Я рассмеялся, поднял руки в знак полной и безоговорочной сдачи и ушёл в комнату, откуда вскоре начал доноситься такой запах жареного мяса, грибов и сливочного соуса, что терпеть становилось всё сложнее.
Включил телевизор, смотрел всякие приколы по MTV.
Минут через пятьдесят Лена наконец выглянула из кухни и, опершись плечом о дверной косяк, с довольной улыбкой объявила:
