А потом…

Кто-то после спокойной и содержательной беседы со мной по фактам затихает, кто-то начинает мелко пакостить, кто-то идёт на сближение. Кузнецов, по голосу, был из тех, кто побычит для порядка и отползёт. Не страшный. Просто человек, которому неуютно от того, что его сонное болотце кто-то решил расшевелить.

Хуже было другое…

Артём

Я знал, что он такой не один. Есть второй игрок, покрупнее, и тот пока молчал. А молчание у больших обычно означает, что они либо тебя не заметили, либо заметили слишком хорошо и думают. Но Кузнецов же обмолвился, что за мной пристально наблюдает не только он. Значит, недовольство есть и с той стороны тоже. Ну, спасибо за информацию, Вадим. Хоть какая-то польза от звонка, хахаха.

Шутка. Мне нет до них дела, если только они пакостить не начинают. Мой подход к работе обеспечивает чистоту моей совести, а это то, что действительно имеет значение для меня.

Я усмехнулся сам себе. Да уж… чудак сорока пяти лет от роду… который искренне верил, что во второй раз строить бизнес будет легче. Что молодое тело, знание будущего и пара выигранных ставок сделают дорогу гладкой. Ага. Щас! Рынок везде одинаковый, что в две тысячи двадцать шестом, что здесь. Появляется новый — старым становится тесно. Каждый новый игрок для них угроза, и тут уж ничего не попишешь. Такова жизнь, и больше никакова.

Я придвинул обратно лист с заявками. Недовольство недовольством, а сети сами себя не настроят.

Голова гудела ровно, методично. Я зашел в квартиру, скинул кроссовки в коридоре. Бросил ключи на тумбочку. Прошел на кухню. Налил стакан холодной воды из-под крана, выпил залпом. Легче не стало. Выпил минералку из холодильника, прямо из бутылки, но все равно легче не стало.

За последние пару месяцев я приучил себя вести занудную статистику. Завел общую тетрадь в клетку, расчертил страницы ручкой. Получился своеобразный медицинский журнал для одного очень специфического пациента. В левую колонку я записывал примерное количество всплывающих тегов за день. В правую колонку ставил уровень вечерней мигрени по десятибалльной шкале. Почему в тетради, а не в файле Word или Блокноте? Ну типа дневник, аутентичненько и всё такое.

Поначалу я искренне думал, что способность видеть эти системные сообщения работает на чистой магии. Фигушки. Мой организм оказался суровым бухгалтером. Я потратил несколько свободных вечеров на анализ записанных цифр, вывел четкую закономерность. До пятидесяти тегов в сутки обходились мне в два или три балла. Легкая ломота в затылке, тупое давление на глаза. Достал блистер. Выпил таблетку аспирина, запил водой. Вполне терпимое состояние. Если счетчик переваливал за полтинник и подбирался к сотне, наступала жесткая расплата. Пять или шесть баллов. Виски пульсировали рваным ритмом, перед глазами плавали черные канализационные мушки бабочницы. Свет кухонной лампочки казался направленным прожектором. Работать в таком состоянии становилось физически больно. А ещё, при большом количестве, начинали проскакивать ошибки, которые я выявлял благодаря своему опыту, понимая, что на сто процентов нельзя доверять тегам — можно наломать кучу дров.

Как-то раз в августе я мотался по двум крупным объектам подряд. Сначала большой автосервис, потом оптовая база. Теги сыпались водопадом. [Конфликт IP-адресов ], [Сгоревший предохранитель], [ Битый сектор жесткого диска], [Отвал чипа видеокарты]. Я щелкал их как орехи. Ошибки были, но в этот раз удавалось их своевременно выявлять. Хотя я и замечал, что если положиться в чистом виде на часть из них и делать то, что они подсказывали — можно было бы прийти к серьёзным проблемам с техникой. Но, тем не менее, я радовался. Радовался собственной эффективности, дуралей. Домой вернулся часам к восьми. Меня накрыло прямо в прихожей.,. Упал на пол. Не просто упал, а даже рухнул — так, наверное, правильнее. Чуть шею не сломал. Прижался лбом к холодному линолеуму, стиснул зубы. Казалось, кто-то вкручивает мне в голову ржавые саморезы, от которых происходило моментальное заражение столбняком… Желудок скрутило спазмом. Пролежал так минут пятьдесят. Сердце начинало колотиться так, словно я обожрался энергетиков. Ближе к сотне и более тегов за сутки превращали меня в абсолютно бесполезный кусок мяса. Пришлось выключить телефон, задернуть шторы, доползти лечь на свой синий диван мягкого уголка, тупо лежать в полной темноте пока не заснул… через ещё два часа мучений.

Вывод напрашивался сам собой. Жесткий лимит — пятьдесят штук на сутки. А лучше — меньше. Так и результаты даже точнее. Использовать только по необходимости, когда недостаточно своего личного опыта. Зараза, конечно. Жить с этим можно. Я всё-таки взрослый IT-спец с многолетним стажем — это здравое подспорье, так что остальную диагностику буду делать по старинке. Руками, тестером, пингом, здравым смыслом. Да, оставил себе теги на крайний случай. Буду включать эту опцию только ради глубоко зарытых проблем.

Вторая половина лета выдалась такой же жаркой, суетливой, однако… По вечерам я любил посидеть за ноутом. Читал городские форумы, листал новости, следил за рынком компьютеров и проверял, что нового появилось в мире технологий. Где-то в один из дней я случайно наткнулся на портал «Медиа72 ».

Там на главной странице висела объёмная статья про обманутых дольщиков. Я начал читать от скуки, но неожиданно завис на полчаса.

Текст был реально хорош.

Городские новости обычно представляли собой унылую тягучую жвачку. Депутат торжественно открыл очередную помойку с обязательным перерезанием ленточки, где-то прорвало трубу, где-то очередная Юлия Якубеня уронила сосиску. Местные журналисты обожали длинные вступления, тяжёлые конструкции, бессмысленные эпитеты и выводы, которые можно было угадать ещё в первом абзаце.

Здесь всё было иначе. Голые факты. Чёткая структура. Ссылки на документы. Точные цитаты. Сканы договоров. Схемы движения денег через фирмы-однодневки.

Каждый абзац сообщал что-то новое. Без воды. Без лирических отступлений. Без попыток произвести впечатление красивыми словами.

Никаких соплей. Чистая прагматика.

Для две тысячи пятого года текст выглядел аномально современным. Такой материал органично смотрелся бы на крупном федеральном интернет-издании лет через пятнадцать-двадцать, но никак не на региональном портале Тюмени сейчас.

Я обратил внимание на имя автора — «Вершинина М.».

Ясненько…

С того дня я закинул сайт в закладки браузера. Заходил туда пару раз в неделю, просматривал новые материалы. Люди там определенно делали очень качественный медийный продукт, писали старательно и стабильно. Основные расследования читались на одном дыхании.

А в конце августа раздался интересный звонок.

Я сидел дома, проверял почту и составлял план работ на следующую неделю. Звонила девушка. Назвалась Мариной. Сказала, что руководит местным медиа-проектом, ищет грамотного подрядчика для модернизации новостного сайта.

Марина говорила спокойно, четко формулировала задачу. Сайт тормозит в часы пик. Текущая система управления контентом неудобна для редакции. Нужно масштабировать проект под растущий трафик, она хотела добавить новые разделы и в целом сделать дизайн более стильным и солидным.

Мы проговорили минут десять. Я задавал свои стандартные вопросы про текущую нагрузку, планы развития, архив материалов, количество одновременно работающих через админку сотрудников и всё в таком духе. Она отвечала. По ходу разговора я предложил несколько вполне очевидных решений: немного разгрузить самые проблемные разделы сайта, привести в порядок редакторскую часть, чтобы журналисты с доступом тратили меньше времени на рутинные действия, заранее подготовить структуру под будущие разделы и сразу заложить запас под дальнейший рост посещаемости. Ничего особенно сложного и заумного. Обычная работа, которую лучше сделать сейчас, чем через год экстренно переделывать всё заново.