– А понятые? – спросил я. – Досмотр транспортного средства – два понятых и протокол. Статья двадцать семь точка девять КоАП Российской Федерации от 2001 года.

Он посмотрел на меня секунды три. Его рожу скривила злая гримаса. Потом он вернул документы.

– Свободны.

Я сел в машину и понял простую вещь. Скорее всего, никакого списка нет. Нет базы, куда меня внесли, нет бумаги, которую можно запросить, нет фамилии, которую можно назвать. Есть человек, который по рации передал другому номер моей машины, и всё.

Формально я могу пожаловаться на незаконную остановку. Только что именно я буду доказывать? Три остановки за неделю без протокола, без штрафа, без досмотра и без единого документа на руках. Против такого трудно писать жалобу. Против этого можно только ездить дальше и каждый раз терять несколько минут своей бесценной жизни.

В Екатеринбург в этом месяце я не поехал. Собирался, но проверки съели время.

В конце августа ко мне зашёл Павел и закрыл за собой дверь.

– Артём, слушай. Мне тут звонили. Престижное кадровое агентство, ищут ведущего разработчика в екатеринбургскую компанию, с переездом. Уровень зарплаты назвали вдвое выше. Вернее… Они спросили, я ответил им что это коммерческая тайна. Девушка сказала что‑то типа: «Павел, мы хорошо осведомлены о вашем уровне, навыках. Скажем так, если у вас зарплата на текущем месте – икс, наш клиент, ваш потенциальный будущий работодатель, готов платить два икс. Это отличный мотиватор для того, чтобы как минимум призадуматься».

– И? Продолжай.

– Да особо нечего продолжать. Я подумал, что тебе надо знать об этом звонке. И, да, я отказался. Деньги, конечно, это довольно весомый довод. Но для меня не играют ключевую роль, да и микроклимат на рабочем месте важен. Я, например, ни за какие деньги бы, даже за десять икс, не согласился работать у какого‑нибудь автодилера с их бесконечными стандартами, правилами, дресс‑кодами, заученными фразами и прочей рабской институционализирующей лабудой. Для меня важна свобода мысли, образа и действий. В твоей компании это моё желание реализовано на сто процентов. Как там будет у новых людей – неизвестно. Но крупные компании, корпорации склонны ограничивать в свободах. Сама работа здесь очень интересная и развивающая именно в том направлении, в котором я хочу. И я уже начальник отдела. Коллектив комфортный. Плюс мне Тюмень милее, не хочу переезжать в Екатеринбург. А деньги… ты и так мне платишь выше рынка. И у тебя в компании, как я понял, есть правило пересмотра зарплат в сторону повышения примерно раз в полгода. Так что – я здесь.

Он ушёл, а я сначала пар минут смотрел на закрытую дверь. А потом подошёл к окну и смотрел в него ещё несколько минут.

Снова заметил на ветке дерева пустельгу. Интересно – это всегда одна и та же? Или разные?..

Ранее я поднял зарплаты, не дожидаясь просьб, и Кит тогда спросил, зачем платить больше, если люди и так не жалуются. Я ответил, что дешёвый сотрудник обходится дороже всего. Так я считал в прошлой жизни. Так я считаю и по сей день.

Хмм… Значит, Мезенцев пытается перетянуть у меня толкового программиста. Всё пронюхал, гад. А парень молодец, верен делу. Надо придумать повод в духе «за отличные показатели в работе» и выдать ему внеплановую премию. За лояльность и порядочность. Но не сейчас. А месяца через два, чтобы смотрелось естественно. Как бы невзначай. Паша – парень неглупый, понять сможет за что премия. Но доказать не сможет, хах!

* * *

Но не всегда так бывает, как с Пашей. В самом начале сентября ко мне в кабинет пришёл Женя из отдела продаж, тот, что был из торговых представителей раньше. Решил мне устроить подарок на день знаний, так сказать. Мялся минуты две, потом сказал, что уходит: нашёл место в торговой компании по оптовой продаже водки, оклад плюс проценты, стабильно. И выше, чем у меня. На сетевика с перспективой стать супервайзером в обозримом будущем. То есть, решил вернуться в ту же сферу, откуда и пришёл.

Я спросил прямо, звонил ли ему кто‑нибудь. Он посмотрел в пол и сказал, что нет. Может, и правда нет. А, может, и неправда. У него жена и двое детей… Неважно. Это меня не касается.

Я подписал заявление без осуждения и пожал ему руку. Позвонил по внутренней связи Лене, сказал, чтобы оформила с Женей всё как надо и две недели упорно искала замену. Потом, подумав пару секунд, добавил, что пусть ищет двух продажников. Расширение штата отдела. Виктор во главе, Лиза и двое новых.

Потом сидел в пустом кабинете и стратегически планировал.

Я взял чистый лист А4 и стал выписывать события.

Пожарный надзор. Администрация округа. Трудовая инспекция с рябой женщиной. Требование из налоговой. Отказ оператора. Крайне подозрительные остановки на дороге сотрудниками ГИБДД. Звонок Павлу. И, наверное, Жене. И сверх того повышение аренды и двое клиентов, взявших паузу в вопросе расширения по количеству объектов для обслуживания.

Я посмотрел на список целиком и увидел отчётливую схему всего этого кипиша, происходящего разом, в период меньше месяца. Отдельно каждый эпизод можно было списать на совпадение, некомпетентность или обычную бюрократическую дурь. Когда они выстроились на одном листе друг за другом, случайностью это уже не выглядело. Всё, что я и так понимал, но наглядно, письменно, воспринималось ещё лучше.

Первое. Ни одна проверка не пришла сама. Все внеплановые либо «вдруг» именно сейчас (какое совпадение), либо по обращениям от условных «Олег Вагин и Ко». И тут была интересная деталь: по закону анонимка основанием для внеплановой проверки быть не может, обращение должно позволять установить обратившегося. Значит, за каждой бумагой стоит подпись живого человека с фамилией и адресом. Кто‑то каждый раз должен был написать заявление, поставить под ним свои данные и запустить очередную процедуру. За щедрое вознаграждение, само собой.

А копию обращения, между прочим, можно запросить…

Второе. Ни одна из этих проверок не смертельна. Штрафы до пяти тысяч рублей, вывеска, коробки на эвакуационном выходе. По отдельности всё это ерунда, и любой предприниматель в городе через такое проходит регулярно. Ни один пункт сам по себе не способен выбить бизнес из колеи. Максимум – несколько часов, несколько бумажек и очередной платёж.

Все вместе они съедают одно: моё время и моё душевное спокойствие. И именно это было самым неприятным. Время нельзя вернуть, нельзя занять у банка и нельзя компенсировать ещё одним рабочим вечером. А отсутствие душевного спокойствия способно надолго выбить из колеи.

Третье. Я был прав ещё весной. Мезенцев хочет подрубить мне оборотку, подмочить репутацию и купить дёшево. Так оно и есть. В этом и суть всех его потуг. Он не пытается убить меня одним ударом. Он методично создаёт вокруг меня достаточно мелких проблем, чтобы я сам начал искать выход попроще.

Паразит.

Четвёртое. Теперь у этого появилась предполагаемая дата и сумма. Через полгода мне, похоже, предложат двести тысяч зелёных за тридцать процентов вместо четырёхсот за восемнадцать. И я соглашусь, потому что устану (нет).

Значит, задача формулируется просто.

Надо оказаться выносливее! Не отступать и не сдаваться!

Марина

– Нет, Тимофей. Ещё раз. Профиль – это же не анкета отдела кадров.

Я позвонила ему из редакции. Раньше чаще писала в аську, но сегодня хотелось проговорить всё голосом и не устраивать пятнадцать заходов с уточнениями.

– Что именно ты хочешь добавить? Давай предметно.

– Витрину человека. Чтобы он мог показать о себе больше, чем имя и две строчки.